Край воды - Анастасия Бауэр

Тяжелый шлепок ожег нежные ягодицы. Нина подпрыгнула, развернулась, широко размахнувшись, чтобы оттолкнуть и тем самым поставить на место наглеца, который бросил ее в тяжелый момент жизни, но, к несчастью, рука сорвалась и задела за полку, на которой стояла маленькая статуэтка, мгновенно и с громким стуком свалившаяся на пол.

— Погляди, что ты наделал, — растерянно прошептала Нина. — Сейчас весь дом разбудишь! И, надувшись, устремилась к вешалке.

Пиджак с шелковой подкладкой; коллекция пальто. Она набросила сверху свой берет и шубу. О макияже лучше не думать.

— Кстати, Ринат непредсказуемый. Я повернуться не успела, как он исчез.

— Ненавижу пьяных женщин, — признался Олег. — Он в курсе, что я их ненавижу. Поэтому и смылся.

— И часто он привозит к тебе пьяных женщин? Что-то я не поняла. И часто он привозит к тебе пьяных женщин?

— Давай, давай, — чрезвычайно весело ответил Олег. — Обувь снимай и пошли на балкон, покажу тебе виды.

Нина мгновенно вытянулась, ее оставило блаженное головокружение. Поцеловала жениха напоследок куда-то в ухо и бесшумно проскользнула в ванную.

— Я хочу в душ, — сказала она. — Как запирается дверь?

— А она не запирается, — ответил Олег.

* * *

Лунный свет лился в окно. Олег во сне перекатился на бок и протянул руку, ища Нинель. Рука наткнулась не на теплое тело, а на холодную простынь. Рефлекс, выработанный за жизнь, которая прошла среди потерь, в мгновение ока пробудил его, вернув от глубокого сна к полному осознанию реальности. Он раскрыл глаза, перевернулся на спину, оглядел спальню, скользя взглядом по мебели, возвышавшейся неясными тенями в тусклом лунном сиянии.

Спустив ноги с постели, Олег встал и поспешно надел брюки, проклиная собственную глупость, что не догадался отдать ключи утром. Прихватив по привычке телефон, он пылал яростью на самого себя, заснувшего в наивной уверенности, что Нина не сможет выбраться из-под него и тихо уйти в неизвестном направлении. Нинель Нестерова способна на это и на многое другое. Остается лишь радоваться, что она заботливо накрыла его одеялом, прежде чем убежать! Рванув задвижку, он первым делом распахнул дверь ванны, чуть не выронив трубку в которой уже слышался голос перепуганного водителя, среагировавшего на звонок спросонья.

— В чем дело, шеф? — тревожно спросил Ринат, садясь на кровати и готовясь вскочить на ноги.

Какое-то неуловимое движение, что-то, мелькнувшее за дверью на кухне, привлекло взгляд Олега.

— В чем дело, шеф?

В трубке, зажатой между плечом и ошеломленной физиономией Рината, послышались гудки.

Внушая себе, что он просто испытывает облегчение, избежав зрелища еще одного всплывшего тела, Олег тихо закрыл дверь и шагнул в спальню. Теперь он видел ее через коридор. Нина сидела у окна и пила молоко, устремив взгляд вдаль. Олег, прищурившись, разглядел выражение ее лица, и его омыла вторая волна облегчения. Похоже, она не собиралась бежать на ночь глядя из квартиры и не оплакивала потерю дяди. Она казалась просто погруженной в думы.

Нина действительно углубилась в собственные мысли и не заметила, что бодрствует уже не одна. Успокаивающий мягкий вкус молока помог ей прийти в себя, но даже сейчас казалось, что весь мир перевернулся минувшим днем, и причиной тому был уже не Олег, а Леня. Леня и рвота, спровоцированная алкоголем, подвигли Нину принести в «благородную» жертву ночной отдых. Ужасающая тошнота замучила ее, как только она начала проваливаться в сон.

Она переключилась на будущее, на большую семью, о которой некогда грезила, на Леню в роли дедушки, которая стала отныне как никогда не возможной.

Тут у нее сработал телефон.

— Алло, Нинель… — произнес Олег из глубины большой квартиры.

Она резко допила молоко, предпринимая большие усилия скрыть, как при звуках его низкого голоса у нее бешено забилось сердце. И ей захотелось забраться под стол от стыда, ибо даже сейчас Нина легко краснела от того, как звучит в его устах ее имя.

— Алло! Я… Зачем ты вообще проснулся? — спросила она, с облегчением осознав, что Олег остался в спальне.

— Я думал, ты позвонила Ринату и вы уехали, — отвечал он, усевшись на кровати и ненамеренно хвастнув своим округлым бицепсом из тени.

Покосившись на мускулистую руку и ниже на сжатый кулак, она поинтересовалась:

— И что ты намеревался сделать, отыскав нас?

— Какая разница, — сказал Олег, намеренно переводя тему. — Я тот, кто знает гнет тоски. И я прямо сейчас здесь с тобой. И я был с тобой сегодня каждую минуту.

— Время вылечит, — строго ответила она, давая понять, что в дальнейшем Олегу лучше не встревать, раз он такой загруженный своими делами.

— И вместе с тем, оно как не крути безжалостное, — иронически признал Петровский.

— Это все. Теперь все. Теперь без Лени буду жить своей головой, — признала она. И прикусила губу, точно сама себе сочувствует.

— Должно быть, трудно тебе придется, — в такт пробормотал он.

Нина против воли фыркнула.

Сейчас, когда он ее нашел, Нине хотелось лишь одного — чтобы Олег снова ее оставил. Его звонок нарушил одиночество, которого она так отчаянно жаждала. Замолчав и явно дав этим понять, что он может отключиться, она обратила взгляд на залитый луной центр города.

Олег поколебался, зная, что она хочет побыть одна, но не желал бросать трубку. Он говорил себе, что нежелание это вызвано попросту озабоченностью за ее подавленное состояние, а вовсе не наслаждением, которое доставляет ему ее голос и не ее точеным профилем. Догадываясь, что Нина не обрадуется предложению заняться любовью, он отвернулся, кончив смотреть на нее и прислонился плечом к спинке, огораживающей кровать. Нина по-прежнему пребывала в раздумье. Олег слегка сдвинул брови и несколько пересмотрел свое прежнее заключение о том, что она не пойдет на такую глупость, как отъезд домой среди ночи.

— О чем ты думала несколько минут назад, когда я позвонил?

Нина чуть-чуть напряглась, услышав вопрос.

— Ни о чем особенном, — уклонилась она.

— Все равно, поделись, — настаивал он.

Нина оглянулась, и сердце предательски екнуло при виде точеной линии подбородка в изголовье постели и сурового благородного лица, залитого ночным светом. Ее занимало две проблемы, и одну из них — бессмысленность дальнейшей финансовой поддержки клиники дяди — она, разумеется, не готова была обсуждать.

— Я вспоминала поход в морг, думала про жизнь и рассуждала о ее тайнах.

— О жизни? — повторил Олег добродушно и облегченно, так как мысли ее оказались мирного характера. Она кивнула, и рыжие волосы скользнули с плеча по лопаткам, а он резко подавил порыв подойти и запустить пальцы