Край воды - Анастасия Бауэр

— Ну, конечно, — она вздохнула, чувствуя себя на приеме у психолога и попыталась заинтерисовать его в продолжении беседы. — Я хочу долгой и тихой жизни. Всегда мечтала о доме, полном денег и орущих детишек.

— Бедный муж, — подразнил он, имея в виду себя. — На востоке считают, что во вселенной ничего не умирает, все переходит на круги своя. На классах по йоге вам разве не такое втирают?

Она посла ему унылую улыбку сквозь коридор, а в голосе зазвучали печальные нотки.

— Теперь все мои мечты изрядно омрачены страхом смерти, поэтому способность с размахом грезить о будущем ослабла.

Давно забытое воспоминание промелькнуло в памяти Олега, и, отстранившись от спинки, он положил руку на колено и разгладил несуществующие складки на брюках. Взглянув на окна, в ту же сторону, куда смотрела Нина, он тихо признался:

— Давным-давно я переживал нечто подобное. Теперь мне нравится думать, что смерть не вор, укравший у нас то, что мы ценим, а звезда на елке жизни. Это пик. Великолепная вершина. Что в ней нет ничего противоестественного. И это не конец, а начало чего-то другого.

— Тут мало что можно добавить, — отвечала она. — Ты похож на того, кого коснулась мудрость, а больше я ничего не знаю.

— Если оглядеться по сторонам и присмотреться, можно понять, что смерть всегда порождает другую жизнь. Даже если от нее осталась кучка пепла, — вежливо добавил Олег.

Нина покачала головой, и острая тоска в ее тихом выдохе погасила его улыбку.

— Тебе плохо?

Она качнула прелестной головкой.

— Нет, что ты.

— Это потому, что мы говорим о смерти ночью. В самую темноту.

Она передернулась, снова обхватила стакан руками и стала такой же, какой он впервые увидел ее на кухне.

— Не посвящай меня в это больше. Пока достаточно, я сейчас нестабильна, — шепнула она.

— Ты умная и рассудительная девушка, — сказал он наконец, — и по праву получишь диплом бухгалтера. Члены нашего коллектива, несомненно, отнеслись к тебе именно так, как тебе хотелось, а может быть, даже лучше.

— По правде сказать, — отвечала она намеренно лишенным всякого выражения голосом, — они уверенны, что я останусь с ними после практики, а я ни за что не останусь. Потому что, ты злой начальник.

— Что тебе внушило такую дурацкую мысль? — ошарашено спросил он.

К его изумлению, она решительно встала на их защиту:

— А что прикажешь мне думать после рассказа Карасевой о твоих приливах?

— О каких приливах?

— О творческих. И не могу я об этом больше рассказывать, — шепнула она.

Олег понимающе кашлянул, но покачал головой, отрицая обвинение:

— Нет, Нина, ты заблуждаешься во всех отношениях.

— Во всех? — с любопытством спросила Нина. — Что ты хочешь сказать?

Олег улыбнулся еще шире и пояснил:

— Назвался груздем — полезай в кузов. Не думаю, что когда госпожа Карасева вступала в должность главбуха, она искала легкости. — Он помолчал, ожидая ответа, и, не дождавшись, с улыбкой сказал: — На самом деле мы с Маргаритой Павловной сильно привязаны друг к другу. Случается, спорим, но только оттого что ей надо научиться правильно стареть, а мне жениться.

— Объективно, ты ее вымотал.

— Вымотал… Да Карасевой давно пора со своими приливами разобраться! Климакс как и старость, не радость.

— Она постоянно к тебе бегает, хуже мамы, — решительно продолжила Нина.

— Так и есть, — пожал он плечами. — У меня же все в голове, еще не проявленное. Такая мама должна стоять за каждой моей идеей. Облекать эту идею в цифру, словно в мясо. Интересно было бы испытать?

— О, — изумленно проговорила Нина и неуверенно добавила: — пока рано об этом думать.

— Во-вторых, далеко не все считают меня злым, а находят, напротив, мужчиной необычайного обаяния.

— Например, Кристина? — охотно внесла догадку Нина.

— И другие, — уточнил Олег.

Нина бросила на него забавный негодующий взгляд, требующий разъяснить уточнение, но Олег воздержался от пояснений. Вместо этого он протянул руку в пригласительном жесте и откинул за угол одеяло.

— Раз ты пользуешься таким бешенным спросом, тем более приму за честь взять твою фамилию, — объявила Нина, входя в спальню и ласково оглядывая жениха, вытянувшегося на матрасе. — Случилась большая несправедливость, — уточнила она, — слишком большая для начала знакомства. Вижу, что ты воздерживаешься от курения, так что тоже проси у меня, что хочешь. — Она еще ласковее улыбнулась и зачем-то оглянулась на дверь. — Что ты хочешь, Олег?

— Всегда советуйся со мной. Никогда не лги мне и, наконец, ничего от меня не скрывай, — мрачно ответил Олег и добавил: — Я точно знаю, чего хочу и ломать голову не надо.

— Хорошо, — согласилась Нина и вернулась в постель. Удобно устроила голову, так чтобы ее ухо было в ямке у него на плече. — Обещаю ничего не скрывать, также я буду всегда советоваться и к тебе прислушиваться. И я клянусь, что если я нарушу эти обещания, то тоже умру, как Леня.

— Не говори так! — прогремел Олег.

Повернувшись на подушке, он набросил на нее одеяло размашистыми движениями, но обычное для его самоуверенной физиономии выражение глухого спокойствия сменилось озабоченностью, от которой залегли морщинки вокруг серебристо-серых глаз.

— Никогда не говори так, — обнял ее и помотал головой он, вместо пожелания спокойной ночи.

На утро Нина стояла у окна спальни и ожидая, пока Олег вернет ей телефон с которого ему срочно понадобилось сделать звонок, наблюдала, как огни идущего вдали трамвая медленно движутся к остановке. Внешняя стена комнаты была отлита из стекла. Стоило шагнуть ближе, и отсюда к западу и северу открывалась захватывающая дух панорама города. Занесенные от снега дороги казались того же цвета, что и утреннее небо. Вот что значит квартира на самом верхнем этаже!

— Алло, — донесся голос Петровского из кабинета. — Помню вашу просьбу, поэтому шифруюсь как шпион… Мне тоже смешно, но вы сами просили об этой предосторожности… Это телефон моей жены… Крайне перспективное место… Лес, озеро, берег. Меня интересует самый край воды… В пятницу, так к пятницу. К этому времени подготовлю сумму… Без разницы как проведут участок по документам, это уже не моя головная боль.

Он задержался в кабинете, чтобы взять кое-какие бумаги, затем вышел в коридор, на ходу пробегая глазами документы.

— Доброе утро, Олег Константинович, — сказала домработница, укоризненно глядя на небрежно накинутый пиджак.

— Доброе утро, Жанна, — ответил он, забирая у нее пальто и не отрывая глаз от свежих документов.

Жанна приготовила портфель, обувь, подходящую по цвету и щетку, а затем начала чистить его пальто.

— Какой костюм вам подготовить на завтра: выходной или повседневный? Олег перевернул страницу.

— Черный, —