Последняя любовь капитана Громова - Лина Филимонова

* * * *

Все позади.

Открытие, суета, гости, речи. Я так устала, что не могу собраться с силами и встать с дивана в холле библиотеки, на который рухнула после интервью. Это было так волнительно!

- Хотите шампанского? - спрашивает Виктор Петрович, присаживаясь рядом.

А я думала, он уже ушел. Все уже ушли. Ну, почти.

- Нет, спасибо.

- И я, пожалуй, тоже больше не буду. Завтра на работу.

- А я взяла отгулы.

- Прекрасная идея! Как планируете отдыхать?

- Слетаю в Сочи.

Я уже купила билет. И знаю адрес родителей Громова - Маруся как-то раздобыла.

- Неожиданно! - восхищенно тянет Виктор Петрович. - Никогда не был в Сочи в декабре. Очень хотел бы побывать. А вы когда вылетаете?

- Завтра.

- Завидую вам самой белой завистью. Может, и у меня получится вырваться на пару дней…

Но я его уже не слушаю.

Я вызываю такси. Пора домой, надо собраться. Хоть я и не планирую брать много вещей, надо все продумать.

Но я понятия не имею, что меня там ждет…

* * * *

Только захожу домой - звонок от Леры.

Дочка звонит мне каждый день. Иногда - по два раза. И это странно.

У них с Сашей медовый месяц! Я думала, она вообще обо мне забудет.

Помнится, раньше она упрекала меня за то, что я слишком активно лезу в ее личную жизнь. Если честно, так и было. Я ей постоянно звонила, всем интересовалась, во все хотела вникнуть.

Так вот, сейчас - ровно наоборот!

Я, конечно, рада ее вниманию, но мне каждый раз приходится притворяться, что у меня всё хорошо. Я не сказала ей про внезапный отъезд Громова, не хотела волновать.

- Мам, привет, ты как?

- Сегодня меня снимало телевидение.

- Ух ты!

Я рассказываю дочке про открытие выставки. А она все время что-то жует…

- Что там у тебя?

- Таранка.

- Что?

- Рыба такая. Сушеная. Вку-усная… До последней косточки обглодала.

- Ты там поаккуратнее с такими вещами.

- Она хорошая! Я ещё хочу. А она закончилась.

- Ну так купите.

- Да… такую не купишь…

- А где вы ее взяли?

- Сашка принес.

- Пусть ещё принесет.

- Попрошу его завтра. Не знаю, правда, удобно ли… Мам, ты как вообще?

- Всё хорошо, дочь.

- А.… - она замолкает.

- Что?

- Ничего. Люблю тебя.

- И я тебя, моя радость!

Такая нежная у меня девочка… Раньше она такой не была. Наверное, беременность влияет. Я так рада, что у неё все сложилось!

Про билет и про то, что я уже завтра буду в Сочи, пока молчу.

И не знаю, стоит ли вообще говорить им с Сашей. Всё-таки у них медовый месяц. Не хочу их отвлекать.

К тому же, неизвестно, как все пойдет. Может, я не найду Громова. А, может, найду и… он поведет себя так, что я буду три дня рыдать. Не хочу, чтобы Лера это видела. Пусть спокойно отдыхает.

* * * *

Утро. Я сажусь в такси. До вылета три часа, потом ещё два. Уже к обеду я буду на море.

Сегодня я увижу Бориса. Если он там.

Ну, или познакомлюсь с его родителями… Может, хоть они мне объяснят, что происходит?

44

Борис

Я, конечно, бешеный пес. Но уже старый. И местами мудрый.

Так что взял себя за шкирку и затормозил. Не сразу. После второго перевала, когда уехал от моря довольно далеко и попал в совсем другой микроклимат.

В горах вечером капец как холодно! Руки сводит, несмотря на перчатки, и ледяной ветер на скорости пробирает до костей.

Море работает как таз с теплой водой. Ну, или большая батарея. Вода с лета ещё не остыла, в декабре градусов шестнадцать. Поэтому на побережье тепло. Зато в горах, особенно на перевалах, на высоте, ночью заморозки.

Ну а дальше, за Краснодаром - вообще настоящая зима. Стандартные декабрьские минус десять.

А у меня старый мотоцикл, летняя резина, из одежды - драные джинсы и косуха.

Были у меня, конечно, шальные мысли купить одежду по дороге. Очень уж не хотелось останавливаться и поворачивать назад.

Так припекло, так загорелось помчаться к ней прямо сейчас… Лет двадцать назад я бы, наверное, так и сделал. Несмотря ни на что.

Но, говорю же, я уже старый и мудрый. И добраться хочу живым, с целыми конечностями, а не обмороженным и на костылях.

Поэтому я остановился на заправке. Немного погрелся. И - купил билет на самолет.

Мне повезло, прямой летает к нам раз в неделю, по пятницам. Завтра как раз пятница.

Завтра увижу Ингу!

Купил билет - и сразу так легко стало на душе. Ощущение, что, наконец-то сделал что-то правильное.

Хватит срываться и бегать. От себя не убежишь. От своей болезни тоже.

И от Инги…

Никуда я от нее не денусь. Разговора не избежать. А там видно будет.

Я ещё не ослеп.

Я ещё могу ее увидеть!

Тело сводит судорогой от желания сжать ее в объятиях. Но я сжимаю руль мотоцикла и мчусь домой по темной ночной трассе.

- Я чуть с ума не сошла! - встречает меня мама.

- Что случилось?

- Ты где-то носишься на мотоцикле. Трубку не берешь. А на улице темная ночь!

- Мам, я опытный байкер.

- Ну и что! Я все равно волнуюсь!

- Я ещё на самолетах летал, - иронизирую я. - Ты же не волновалась.

- Кто тебе такое сказал? Конечно, я волновалась! С ума сходила от волнения. Особенно в первое время.

- А я и не знал…

- Ты мой ребенок!

- Мам, я взрослый мужик.

- И что?

Я обнимаю ее. Она такая маленькая и хрупкая… С годами как будто все меньше становится. Но характер у неё - огонь! Не тускнеет, наоборот, все ярче горит.

Ее все обожают. Она - всеобщая бабушка. Вся улица у неё малышню оставляет.

А от меня она внуков не дождалась…

Наверное, больше меня переживала, когда я узнал о бесплодии. Но виду не подала. Меня