Приват для босса - Аля Миронова

глядя мне в глаза, брюнетка начала ласкать себя. Руки прошлись по груди, пощипали набухшие соски, одна ладонь скользнула ниже, по ногам, а вторую барышня поднесла ко рту. Облизав свои пальцы, она опустила руку на промежность.

Я мог бы остаться и посмотреть на это, но было противно. Встал и направился к двери.

— Куда ты? — воскликнула, подскочив на ноги, брюнетка.

— Меня не возбуждают шлюхи, — выплюнул ей в лицо и вышел.

Таких красавиц в моей жизни потом было много — практически каждую, что пыталась залезть ко мне в трусы, я ставил на место.

Игорян же оставил мне еще два подарка. Первый — клуб “Пекло”.

— Совсем рехнулся? — рычал на друга.

— Ты же танцами занимался! Что такого? — пожал плечами Гарик.

— Танцами, не стриптизом.

— Ты тело свое видел? Да бабы текут, стоит тебе футболку скинуть! Это я ещё про глаза молчу.

Да, глаза у меня вообще непонятно в кого — сине-фиолетовые. Еще в школе девчонки вечно визжали, думали, что линзы такие. Что забавно, как я помнил (потому что отец унес с собой фотоальбом), у сестры были тоже необычного цвета глаза — коричнево-розовые. Ну, здесь хотя бы понятно, ведь у обоих родителей глаза карие.

Наш с Игоряном спор мог длиться вечно, если бы Бугаец не озвучил сумму оклада. Из-за аномальной жары в то лето был неурожай, да и работа у соседей по даче оказалась не вечной. И маме вдруг стало хуже. Мне были нужны эти деньги. Даже больше.

Уж не знаю, как и где он познакомился с владельцем, но тот согласился устроить меня по документам Бугайца. Условий было два: я никогда не снимаю маску и не трахаю клиенток, хотя бы до совершеннолетия.

Вторым подарком стала работа на сервисе. Оказалось, “Пекло” лишь малая часть бизнеса, которым владел Дергачев. Туда меня также взяли в роли Бугайца, потому что я уже работал по своим документам, где по контракту совмещение было запрещено. Тем более, что Игорян оставил мне свой старый паспорт (этот долдон, умудрился еще зимой просрать свой документ и сделать новый, а затем, вдруг нашелся этот, с детской фоткой темноволосого паренька) и в случае чего, ответственность легла бы только на меня. Я был готов, потому что требовались большие деньги на обследование матери.

С работами в роли Игоря мне повезло, потому что клуб работал три дня, и на сервисе моя занятость была. Как правило, во вторую смену, чтобы поутру большегруз мог уйти в рейс. Правда, пришлось тщательно проработать образ “второго я”, максимально приближая его к оригиналу. Менять голос и повадки было не сложно (хвала театральному кружку). Труднее было вести двойную жизнь. Тогда я придумал себе игру: как только надевал линзы — я превращался в шпиона под прикрытием.

Дни быстротечно побежали. Мой организм привык спать по четыре часа, поэтому тянуть теперь уже три работы и учебу было не слишком сложно, к двойной жизни, со временем, я тоже адаптировался. Особенно, когда пришло осознание, что никто не пытался меня рассекретить.

Практически все заработанное утекало рекой в бесконечный круговорот анализов, диагностов, клиник. В конечном счете мне предложили поместить маму в реабилитационный центр, где за ней будет уход. Обсудив нашей маленькой семьей эту идею, мы согласились, ведь я практически сутками пропадал. К тому же, теплилась надежда, что если поставят, наконец, диагноз, то смогут вылечить болезнь. Наверное, чтобы радовать маму, я снова стал искать время, чтобы поработать на даче, где теперь вместо огорода был палисадник. С марта по ноябрь я старался радовать любимую женщину цветами. Но и мечту о чемпионате мира я отбросить никак не мог, поэтому вернулся к тренировкам.

В семнадцать я стал к мечте чуть ближе — после очередной победы на международных соревнованиях получил звание мастера спорта. Вернувшись в город, первым делом я поехал к маме, хотел порадовать любимую женщину, а “порадовали” меня — мама внезапно впала в кому. Врач говорил о каких-то органических изменениях в головном мозге, предложил терапию. Естественно, платно. Деньги нужны были срочно, и не сказать, что очень много, но на тот момент я увидел лишь один выход.

Мало кто из профессиональных бойцов не слышал про подпольный клуб “Зевс”. Никаких чемпионских титулов это место принести не могло, более того, узнай хоть кто-то из лиги о твоем участии в боях — карьера окончена. Зато там платили. Прилично и наличными, на месте. В случае победы, разумеется. Проигравших, как правило вывозили из клуба и оставляли где-нибудь в темном переулке: если повезет, какой-нибудь случайный прохожий вызовет скорую.

Я даже не представлял, что такое бои без правил, но четко осознавал, насколько рисковал. Во-первых, с отбитой тушкой мне нечего делать в “Пекле”. Во-вторых, Ильич бы меня не понял и сразу вышвырнул бы вон. И да, я понимал, что чемпионский титул мне уже не светил.

Влиятельные дяденьки с толстыми кошельками спускали сотни тысяч за вечер. Организаторы тотализатора никогда не смотрят на твою массу и навыки (впрочем, готовы закрыть глаза и на возраст): тебя ставят с тем, кто способен сделать бой зрелищным. Первый бой я выиграл чисто случайно, удачно проведя удушающий прием. Соперник вырубился, а у меня оказалась лишь бровь рассечена. Правда, большие деньги тот бой мне не принес, потому что я был никем. Ко второму пришлось тщательно готовиться, изучая приемы и техники других видов единоборств.

Вторая победа мне далась с большим трудом, трещиной в ребре, вероятно отбитой почкой и рассаженой скулой. Дергачев орал на меня матом, но с работы не выгнал, дал отпуск на пару недель.

В принципе, заработанных денег мне уже хватало на терапию для мамы, однако, когда позвонил один из организаторов и предложил закрытый бой, я не раздумывая согласился. Стратегическая ошибка. Когда в подпольном клубе могут проводить закрытые бои? Когда драться хочется кому-то из толстосумов.

Увидев соперника, от боя отказаться я уже не мог, потому что суммы для выплаты неустойки у меня не было. Хишанов, оскалившись во все тридцать два зуба, обещал научить меня, щенка, драться. Я уступал во всем: опыте, массе, немногим в росте, навыках… Но, как оказалось, и преимущества у меня имелись: выносливость, скорость, гибкость. Мы не просто загоняли друг друга, но и знатно залили ринг кровью. Тот наш бой прозвали “Охота на Хищника”, потому что я частенько оказывался за спиной у Рустама.

(Прим. автора: Хищник — это прозвище Рустама Хишанова, главного героя романа “Охота на хищника”, действия в котором разворачиваются летом 2021 года. Указанный