Как приручить альфача - Аня Истомина

– Так это я про работу говорил, – усмехаюсь.

– И что, серьезно у вас все? – косится, снова перелистывая бумажки.

– Хотелось бы.

Но, увы. Похоже, я так и останусь вольным ветром, которого то и дело заносит в какие-то неизведанные дали.

– Ладно, иди, командуй. Завтра отсыпной.

– Есть, – улыбаюсь и выхожу из кабинета.

– А! – будто что-то вспомнив, восклицает Анатолий Михайлович. Оборачиваюсь. – Пророка своего на курсы актерского мастерства запиши. Врать совсем не умеет.

– Так точно, – усмехаюсь.

Раздаю указания своим.

– Кто будет допрашивать свидетеля по фамилии Заяц? – уточняю у канцеляра.

– Прохоров, – просмотрев документы, бросает он.

– Отлично. – вздыхаю и ухожу в комнату отдыха.

“Прохор, мужик у тебя на допросе будет, по фамилии Заяц. Ты его до утра подержи. Только не прессуй смотри”. – отправляю сообщение и, набрав горсть леденцов, падаю на диван.

“Ок”. – приходит в ответ без лишних вопросов.

Мстительно улыбаюсь. Пусть отдохнет немного наш Зайчик, а то слишком прыткий. Ну и, по факту ведь, я его не трогаю? Не трогаю.

47. Традиция

Мне просто нужно время поговорить с Наташкой. Я всегда добиваюсь своего. Но, если она твердо меня пошлет, уйду, чтобы не мешать ее счастью.

“Заеду вечером, нам нужно поговорить”, – пишу ей сообщение, немного остыв. Кручу телефон в руках, в ожидании ответа. Уверен, что она уже прочитала.

Когда приходит сообщение, сердце пропускает удар, как перед выстрелом. Главное, чтобы это не был контрольный мне в голову.

Выдохнув, читаю.

“Пока не увижу, что Димка цел и невредим, можешь не торопиться”.

– Да, бля! – откидываю телефон на стол.

Мотор снова набирает обороты, разгоняя кровь. Пусть сидит, ждёт своего Димку неделю, раз так нужен!

За дверью слышится суета.

– Так, Ветер, а что ты нам не сказал, что у нас сегодня тусовка? – вваливается в отдыхайку “Шторм” в полном составе, создавая столько шума, что аж виски давит.

– Слушайте, давайте сегодня пропустим, а? – хмуро смотрю на ребят, разворачивая от фантика и запихивая в рот сразу два леденца.

– Ты что? Это же ТРАДИЦИЯ! – возмущается Тазз.

Да, есть у нас традиция успешные задания весело отмечать. А мы, военные, люди немножко суеверные и традиций не нарушаем.

– Брат, у тебя что, депрессия? – хмуро смотрит на фантики от конфет Береза.

– Хуессия, – сердито усмехаюсь с набитым ртом и тянусь к кружке с чаем.

Я не могу объяснить друзьям, где сейчас все мои мысли. Не готов пока. Если у нас с Наташкой не получится разговора, и она пошлет меня нахрен, я потом не смогу спокойно отвечать на их вопросы. Буду срываться, зная себя. А, когда я добрый, всем живется гораздо легче.

– Да отходняк у него. Видишь, сладкое точит. – усмехается Илюха и садится на диван рядом со мной, из-за чего приходится подвинуться. – Но, мы-то знаем, что и отходняк, и депрессия лечатся старым проверенным методом.

Кошусь на него в ожидании продолжения.

– Отдых в хорошей женской компании,.. массаж,.. секс, – делая многозначительные паузы, весело подмигивает Илья.

– Ты бы так красноречиво перед полканом выступал, – сердито смотрю на него. – Можешь начинать подыскивать кружок актерского мастерства, кстати. Приказ свыше.

– Не, Ветер, ты с темы-то не съезжай, – Тазз садится с другой стороны, зажимая меня в центре и толкая плечом, отчего я едва не разливаю чай. – Мы всегда ходим в кабак вместе. Помнишь, два раза неполным составом ходили и оба раза пиздец какой-то случался?

– Как вы мне дороги! – рычу в потолок. – Ладно, все равно ведь не отстанете. В восемь вечера сбор.

– А что не в шесть, как в садике? – возмущается Брюс, падая на второй диван напротив нас.

Просто я хочу пораньше свалить домой. Все.

– Сейчас кто-то допиздится, отбой в десять будет, – рычу, не желая ничего объяснять. – Сразу после программы “Спокойной ночи, малыши”.

– Она в девять начинается, – хмыкает Берёза.

Как по команде, начинаем все вместе ржать.

Снова немного отпускает. Беру телефон. Пока ребята стебут любителя мультиков, пишу Наташке еще одно сообщение.

“Тогда жди меня в шесть утра. Раньше его не отпустят.”

В восемь вечера в баре народу еще немного, поэтому мы спокойно занимаем столик и делаем заказ. К тому времени, как начинает подтягиваться народ, мы уже становимся веселенькими и расслабленными.

Никита по прозвищу Скромник отжигает на танцполе в одиночку, Тазз и Ой кадрят барменшу за стойкой. Мы с Березой, Пророком и Брюсом сидим за столом и болтаем. Я то и дело смотрю на время. Оно тянется так медленно, что хочется немного подтолкнуть земной шар, чтобы крутился побыстрее.

– Пошли танцевать? – предлагают ребята и встают, когда на танцпол выходит компания девушек.

– Идите, я попозже, – отмахиваюсь.

Наблюдаю, как друзья развлекаются. Краем глаза слежу за обстановкой вокруг. Мы очень мирные, когда отдыхаем, но неадекватов везде хватает, а в баре после горячительного особенно. И обязательно находится тот, кто так и норовит опиздюлиться, всячески цепляясь и выводя на эмоции. Иногда нужно вовремя притормозить своих, чтобы не получилось стычки.

Нам категорически нельзя ввязываться в заварушки. Но, мы же тоже люди, каждый со своим темпераментом, и случается всякое.

– Вот, дамы, знакомьтесь, это Влад, – Тазз подходит к нашему столику в обнимку с двумя девушками. – Влад, это Кристина и Наташа.

– Привет, – вздыхаю и двигаюсь на диване, уступая место одной из них. Наташе.

Вообще, я никогда не против приятной женской компании. Женская энергия реально уравновешивает эмоциональное состояние бойцов после операции. Если это не моя Наташа, блин!

Но, сегодня мне не хочется общаться с девушками, поэтому пока Тазз развлекает их веселыми разговорами, я молча пью свое пиво.

– А ты чего такой молчаливый? – не выдерживает Наташа.

– Устал, – усмехаюсь, взглянув на нее.

Молодая, лет тридцать. У этой, наверное, спину не клинит. А мне нужна та, которой в жопу уколы надо делать!

– Хочешь, я тебе плечи помассирую? – предлагает она и с улыбкой тянет ко мне руку.

– Нет, спасибо, – перехватываю ее руку за запястье и отвожу в