Холодные голоса - Татьяна Волчяк

Мы же с Мораном прятались между соседними домами. Тяжелое дыхание моего знакомого выдавало гнев и тревогу. Парень сжимал кулаки, злился. Вдруг раздался звонкий хлопок. Моран сорвался с места и в одну секунду оказался рядом с девушкой, схватившейся за щеку.

— А это кто? Защитник твой пришел, Арана? — Верзилы заржали, обнажая гнилые зубы.

— Уходи, Моран, ты только сделаешь все хуже! — спроваживала парня блондинка.

Тут один, самый здоровый, толкнул Морана в плечо, а следом схватил девушку за щеки, сжимая их с силой.

— Своих ухажеров нужно держать подальше отсюда, поняла? Дура!

Моран, окончательно разозлившись, резко взмахнул рукой. Воздушная волна сбила верзилу с ног, опрокинув его на спину. Девушка отскочила и закричала:

— Прейт, он не хотел! Он же глупый, он не хотел тебя ударить! Он это случайно!

— Не случайно! — возразил стихйиник. — Она моя сестра и больше она здесь не работает!

— Вот видишь, Прейт, он не в себе, несет полную чушь! Не слушай его, — как умела, выгораживала брата Арана.

Ее никто не слушал. Два других здоровяка подлетели разом. Один замахнулся кулаком, но Моран успел отскочить. Второй попытался схватить его за руки и заломить их за спину, но тот извернулся и, словно змея, выскользнул из захвата. Стал накрапывать мелкий дождь. Трое взрослых встали напротив одного молодого парня.

— Я ухожу, и она идет со мной, — спокойным, твердым голосом проговорил Моран. — Иди сюда, Арана.

Девушка, стоящая за спинами громил, неуверенно стала обходить их. Дождь усиливался, шумел и размывал дорожную глину. Противники не сводили друг с друга глаз. Арана почти дошла до брата, когда Прейт схватил ее за руку. Дернул на себя и обхватил лапищами. Девушка закричала, я взвизгнула, закрывая рот ладонью. Что же делать? Ввязываться в драку смерти подобно. Да и что я могу со своей бытовой магией? Верзилы внушали страх. У них такое каждый день, наверно, происходит, им не впервой размахивать кулаками. «Думай, Анна, думай».

— Барк! Нет, пожалуйста, не трогайте его! Прошу, не надо! — выворачивалась и выкручивалась, умоляя мужчин, Арана, но все было бесполезно.

Моран, потерявшись на секунду, пропустил удар Прейта и повалился на мокрую землю. Из носа у него потекла кровь.

— Нет, Прейт, отпусти! Отпустите его, пожалуйста! О богиня, зачем вы? Нет, прошу! — кричала девушка.

Пока один удерживал сестру, двое других подскочили к брату, со всей силы стали бить его ногами, выкрикивая ругательства.

— Жалкий сосунок! Думаешь, своим даром одолеешь самого Барка⁈

Моран закашлялся, попытался отползти от них.

«Да они убьют его!» — Я осмотрелась вокруг. Дрожащая от страха и вымокшая до нитки, ничего подходящего не нашла. Только мокрые стены домов и жижа под ногами. Медлить дальше было нельзя. Оторвала от прилипшей к ногам ночной рубашки широкую полосу, набросала в нее острых камней и завязала крепким узлом, оставив длинный конец для размаха.

Мужчины из кабаре стояли ко мне спиной. Действовать нужно было быстро, Вцепившись намертво в свое оружие, я метнулась к Морану. Мысль была только одна — не поскользнуться, не добежав до цели. Я занесла над головой Барка камни и со всей силы ударила. Не обращая внимания, какой урон нанесла первому, сразу размахнулась и влепила по лбу второму. Тут от выброса эмоций и страха, что первый не добит и сейчас схватит меня, я обернулась вокруг своей оси, раскручивая оружие и при этом устрашающе крича. Но никого позади не было. Я огляделась. Возле меня лежали трое — Моран, Барк и безымянный верзила. Барк носом уткнулся в землю, у его собрата был рассечен лоб, а Моран постанывал, поджав колени. Я с ужасом взглянула на державшего Арану Прейта. Он с неподдельным удивлением — на меня. Богиня, один его удар, и я у Всекарющего Ара.

Тут очнулся толстяк, вывалившийся из борделя в самом начале. Поднялся на четвереньки, прополз. Встал на ноги, шатаясь, и с затуманенными, невидящими глазами зашагал по скользкой земле. Мы смотрели ему вслед, пока он не скрылся за поворотом дома.

Как-то отец учил нас с Матильдой: если опасность неминуема, лучше всего нападать первой. Показать врагу свое бесстрашие и превосходство, тем самым обескуражив его. Никакого другого умного совета я не вспомнила, а уйти, как тот селянин, и оставить Арану вряд ли смогу, да меня и не отпустят. Пока я собиралась с духом, Прейт отбросил девушку, словно ненужную вещь, и двинулся ко мне. Я закричала. Подняла руку с орудием и с ревом взбесившегося кабана бросилась на противника. Сделала несколько размашистых шагов и, не добежав, поскользнулась. Пока падала, думала, что все, вот он, мой бесславный конец… И действительно, завязанные в ткань камни приземлились прямехонько на мое лицо.

Без сознания я была недолго. Очнулась и взглянула на возвышавшегося надо мной Прейта. Поняв, что сама себя я не убила, он замахнулся, сжимая руку в кулак. В ожидании неизбежности я зажмурилась и сжала зубы. Секунда, две, три… и только звук упавшего на мокрую землю тела. Я приоткрыла один глаз, тот, который остался целым после падения камней.

Темный, с распущенными волосами на меня смотрел Арк. Серые глаза заволокло пугающей белой пеленой, но это точно был он.

— П-профессор Арк? — с трудом проговорила я.

Некромант свел брови, вернул свой естественный цвет глаз и, кажется, только сейчас понял, кто перед ним.

— Анна-Лея? Это вы? — с недоверием всмотрелся в мое лицо.

Я, видимо, была неузнаваема. Голые ноги, разорванные рубашка и пальто. Левый глаз совершенно заплыл.

— Анна! — зарычал Арк. — Какого демона вы здесь забыли⁈ — быстро снял с себя теплую непромокаемую накидку, помог подняться и укрыл меня. — Что вы делаете в таком месте? — осмотрел всех участников побоища и снова взглянул на меня. — Это они сделали? — скрипя зубами, указал на мой глаз.

Я была так рада его видеть, что не могла вымолвить ни слова. Сдержать эмоции было трудно. Храбрилась, пыталась помочь Морану и его сестре, а сама еле стояла на ногах от страха. Минуту назад, если бы не появился Арк, мое бездыханное тело уже валялось бы где-нибудь в канаве. Не отдавая себе отчета в том, что делаю, я бросилась к профессору в объятия. Обхватила его за шею, тесно прижимаясь к теплому телу. Нет, я не плакала, меня начало трясти. Содрогалась, словно в судорогах, и никак не могла успокоится.

— Ну все. Все уже закончилось, — поглаживал меня по спине Арк. — Успокойся, Анна, слышишь? Тебе ничего не угрожает.