Маалик - Мелани Джейд

комнате, прежде чем спуститься сюда. Но ни одна не пропала. Да и не думаю, что какие-то из моих книг или текстов могли быть для них важны, — Маалик взял бутылку «Macallan» и снова плеснул себе в стакан.

Рамиэль поднялся, чёрный свитер с длинными рукавами и чёрные штаны делали загорелого ангела угрожающим.

— Я пойду проверю свою коллекцию и посмотрю, не пропало ли что-нибудь.

— Есть что-то, что, как тебе кажется, вампиры могли хотеть? — спросил его Роман.

Рамиэль нахмурился, глядя на Романа.

— Возможно, есть одна вещь. Но сначала я хочу убедиться, — сказал он и вышел из комнаты.

Маалик смотрел, как Рамиэль уходит, и его хмурый взгляд становился всё мрачнее. Что за древний текст мог быть у ангела, который понадобился Люциферу? Рамиэль наверняка упомянул бы об этом тексте раньше, если бы он действительно имел значение или мог напрямую подвергнуть их всех опасности.

— Во всём этом нет никакого смысла, — сказал Феникс, откидываясь на спинку стула и глядя на Маалика. — Разве ты не должен быть королём этих вампиров? Какого хрена они пытаются нас убить?

Маалик вздохнул.

Он всегда держал свою вампирскую жизнь отдельно от своих падших братьев. Он и сам толком не знал почему — возможно, потому что хотел, чтобы у него было что-то своё. Что-то отдельное от Небес и печальных воспоминаний, которые они приносили. Много веков назад, когда он создал кланы, он жил ими и дышал. Полностью растворился в роли их короля, и, если быть честным, ему это нравилось. Но без Илины мир словно стал меньше. Ему нужно было уйти от них. Каждый вампир, обращённый им, был напоминанием о ней, о любви, которую он создал, и это причиняло ему слишком сильную боль.

Но теперь всё было иначе. Теперь он нашёл Аву. Где-то в глубине его сознания тлела крошечная искра света, подпитывая надежду снова обрести дом. Дом рядом со своими вампирами, снова в Румынии. Но если он хотел получить шанс снова жить так, как хотел, ему нужно было убедиться, что все, кто ему дорог, в безопасности. Ему нужно было рассказать ангелам всё, чтобы между ними не осталось никаких тайн. Чтобы не было путаницы насчёт того, какие вампиры хорошие, а какие — нет.

— Эти вампиры не из моих кланов. А̀ну, тот, кто оставил этот след у меня на груди, был первым. Тысячелетия назад я создал его, первого из моей линии крови. Но со временем стало совершенно ясно, что А̀ну не собирается следовать правилам, которые я установил ради безопасности кланов и людей.

— Если он был первым, значит, он древний, — сказал Григори. — А значит, он будет быстрым и сильным, как ты.

Маалик слегка кивнул.

— Да, А̀ну очень силён. Будучи из первой линии крови, он, как и я, может ходить под солнцем. Но он никогда не будет сильнее меня. Никто из обращённых мною не сильнее меня. Но теперь что-то изменилось. У него есть какая-то сила, что-то противоестественное, что он приобрёл по пути. И да, он стар. Я создал его больше десяти тысяч лет назад.

Феникс присвистнул, широко раскрыв глаза.

— Действительно древний, — сказала Сабриэль. — Почему он больше не часть кланов?

— У нас возникли разногласия, — сказал ей Маалик.

Феникс и Каэль расхохотались через стол.

— Да ну неужели? — сказал Каэль, покачав головой.

Маалик закатил глаза.

— Он очень долго не подчинялся мне. Нарушал определённые законы, которым не было прощения. Его ненависть к людям затмила ему разум, поэтому я изгнал его. Честно говоря, я даже не знал, жив он или мёртв, пока он не забрал Аву.

— И ты наконец скажешь нам, зачем он её забрал? Что ему могло понадобиться от этой смертной девушки? Единственная её важность, кажется, в том, что она семья Шарлотты, — ото заговорил Мариус, откинувшись на спинку стула и крепко скрестив на груди свои мускулистые, покрытые татуировками руки.

Маалик бросил взгляд на Романа.

Он был единственным, кто знал об Илине. Никогда её не встречал, но после смерти Илины Такеши появился на пороге у Романа и отвёл его в замок Маалика в Румынии, чтобы помочь вытащить его из той бездны, в которую он провалился.

— Ты должен рассказать им, брат. Они должны знать, — сказал Роман, обводя взглядом комнату.

Маалик вздохнул, ощущая себя до мозга костей древним вампиром.

— Полторы тысячи лет назад. Кто-то, кто был мне дорог… умер, — его голос дрогнул на этом слове.

Образ обгоревшего тела Илины снова мелькнул у него в сознании.

— Она была моей парой, моей невестой. Я любил её всем, чем был. Люди-солдаты убили её, обезглавили и сожгли её тело. Они убили весь её клан, уничтожив македонскую линию крови.

— Маалик, мне так жаль, — тихо сказала Сабриэль, её глаза увлажнились, пока она смотрела на него через стол.

Маалик знал, что она чувствует его боль своей противоестественной силой. То, что она проявляла столько эмоций, только доказывало это.

— Ты должен был рассказать нам, Маалик. Позволить нам помочь тебе, — сказал Феникс, печально глядя на него.

— Ава… выглядит точно как она, — прошептал Маалик, и его тело полыхнуло жаром при мысли о том, что она наверху, в одном с ним доме.

Григори склонил голову набок, нахмурившись.

— В смысле — выглядит как она?

— Я имею в виду, она выглядит в точности как она. Когда я впервые увидел её в клубе в ту ночь, несколько месяцев назад, с Шарлоттой, я подумал, что это Илина, восставшая из мёртвых. Или какая-то больная шутка, которую кто-то или что-то решило сыграть со мной, — сказал им Маалик, снова приходя в замешательство.

— Бля. Теперь понятно, почему ты тогда ударил меня. Твоё странное поведение теперь полностью обрело смысл, — сказал Феникс.

— Он тебя ударил? — Каэль подался вперёд, смеясь и не веря своим ушам.

Феникс кивнул.

— По-моему, он даже чуть ли не клыки показал и зашипел на меня.

Григори, как раз сделавший глоток красного вина, выплюнул его через весь стол, заходясь кашлем и поперхнувшись. Каэль начал хлопать Григори по спине, пока они с Фениксом пытались, но безуспешно, сдержать смех.

— Какого хрена, Григори! — рявкнул Роман, злобно переводя взгляд с Григори на вино, теперь забрызгавшее его драгоценный мраморный стол.

— Может, сосредоточимся, пожалуйста? — раздражённо рявкнул на них Мариус.

— Кто она? Ава… это она? — спросил Мариус, нахмурившись на остальных, прежде чем остановить тяжёлый взгляд на Маалике.

— Я думал, может быть, переродилась, но она не Илина. Ава похожа на неё, но на этом сходство заканчивается. Я не понимаю. У меня нет для вас никаких ответов,