Сексуальный коп - Лорелин Пейдж

с тем, что получаю удовольствие от секса с ним, но это только пока он у меня есть. Кода его нет рядом, мне не следует думать о нем, но ничего не могу с собой поделать. Он так живо запечатлен в моей памяти. Настолько настоящий. Его энергия такая теплая и сильная. Как будто он никогда не уходил. Словно…

Минутку.

Я открываю глаза и, конечно же, Чейз лежит рядом со мной, полностью одетый, наблюдая, как я сплю.

Мое сердце бешено колотится, но любой трепет, который я испытываю, тут же уносится приливом беспокойства.

— Ты что, вломился сюда? — спрашиваю как можно спокойнее. Может, он и не серийный убийца, но я не предполагала, что он сталкер.

Его губы кривятся в усмешке.

— Нет. Я никуда не уходил.

— Это еще хуже, — стону я, закрывая глаза рукой.

Если его не увижу, может, он исчезнет. Может, я все еще сплю. Может, проснусь одна. Как и должна. Как и положено любой женщине, заключившей контракт с мужчиной, чтобы забеременеть.

Но это не сон. Он действительно ночевал здесь. В моей кровати.

Ах, чертовы французские тосты с крем-брюле.

— Это вышло случайно, — говорит он, словно читает мои мысли. — Ты меня вымотала. И я вырубился.

Украдкой смотрю в его сторону.

— Похоже, ты уже встал. Оделся. Мог ускользнуть, а я бы никогда не узнала. — Я опускаю руку и смотрю на него в упор. — Почему ты этого не сделал? Почему все еще здесь находишься?

— Потому что фолиевая кислота очень важна для женщин, когда они пытаются забеременеть, — говорит он, как будто это все проясняет.

— И?

— И я заметил, что у тебя в холодильнике нет апельсинового сока. Поэтому я хотел убедиться, что ты получишь этот витамин.

Я хмурюсь, но не могу удержать сердитое выражение лица надолго, кажется, его действительно беспокоит уровень фолиевой кислоты в моем организме, и это вроде как мило. И он выглядит таким сексуальным, заботясь обо мне. А поскольку мои бедра все еще болят из-за наших действий прошлой ночью, возможно, я позволяю своим гормонам взять верх над собой, но у меня овуляция.

— Когда ты так говоришь, это звучит грязно. — Смирилась я. Смирилась с тем, что Чейз здесь и мужчина горяч, а я возбуждена сильнее, чем готова признать.

— Все звучит грязно, когда это говорю я. Давай. — Он стягивает с меня простыню и хлопает меня по ягодицам. — Вставай. Одевайся.

— Зачем? — ною я. Раз уж Чейз здесь, мы можем начать еще один раунд зачатия ребенка, но только, если я останусь раздетой.

— Потому что нельзя выходить из дома голышом, — говорит мужчина, вставая. — Лично у меня не будет с этим проблем, но я должен буду арестовать тебя за непристойное публичное поведение, хотя и не отказался бы увидеть тебя в наручниках, будет совсем не весело, если ты попадешь за решетку.

При упоминании наручников у меня по коже пробегают мурашки, но я обнимаю себя, притворяясь, что мне холодно.

— Совместная прогулка? — вздыхаю и смиряюсь. — Куда пойдем?

Он закатывает глаза, притворяясь раздраженным.

— Потребить немного фолиевой кислоты. Ты меня совсем не слушала?

Качая головой, вылезаю из постели и прогоняю Чейза из спальни, чтобы собраться. Собираю волосы в беспорядочный пучок, быстро принимаю душ, затем накидываю зеленое вязаное платье с короткими рукавами, украшенное химическими формулами.

Когда я выхожу из спальни, то чувствую запах кофе, и, прежде чем успеваю спросить, Чейз протягивает мне неполную дорожную кружку, оставив место для молока.

— Не знаю, какой ты предпочитаешь, — говорит он.

Я благодарю его, и он наблюдает, как я добавляю нужное количеством молока и сахара. Затем беру сумочку, и на мгновении моя рука зависает около крючка у двери, где я храню ключи от машины.

Вопросительно приподнимаю бровь.

— Доверишь мне свозить тебя в одно место? — спрашивает он. — Или предпочитаешь взять свою машину и ехать за мной… Но нам недалеко ехать, и это только будет нас тормозить.

Я опускаю руку.

— Поехали на твоей. Я доверяю тебе. Уф.

— Уф?

— Я верю тебе. Уф. Просто. — Это глупо. Я доверяю ему. Честно. Теперь сомневаюсь в себе. Возможно, смогу справиться с сексом без привязанности — в чем я уже не уверена, и сильно сомневаюсь, что совместное времяпровождение исправит ситуацию.

Но я уже перешла все границы предосторожности, рискуя зайти на территорию, где каждое наше взаимодействие становится сложнее, а жизни переплетаются все больше. Я могу остановиться. Знаю что могу. Честно говоря, просто не знаю, хочу ли.

По крайней мере, не хочу до завтрака.

Еще раз вздохнув, подталкиваю Чейза к двери.

— Отвези меня туда, куда запланировал. И лучше бы там была чертовски хорошая фолиевая кислота.

***

Меньше чем через десять минут мы подъехали к подъездной дорожке двухэтажного дома, отделанного желтым виниловым сайдингом и с американским флагом, прикрепленным к входной двери. Двор благоустроен просто, но со вкусом, и хотя сейчас ранняя весна, газон ухожен. Это мило. Не слишком маленький. В таком доме, я бы хотела вырастить своего ребенка, но никогда не смогу себе это позволить при моей нынешней зарплате. Во всяком случае, не в Приари-Виледж.

Проблема в том, что я не могу придумать ни одной веской причины, по которой Чейз ведет меня в чей-то дом. Если только это не его дом.

Дверца с его стороны уже открыта, но я не двигаюсь.

— Твой дом, Чейз? Шутки в сторону?

Боже, надеюсь, я ошибаюсь.

Но оказываюсь права.

— Куда, по-твоему, я тебя веду?

— Не знаю. Первое что приходит в голову? Кафе? Старбакс? — Что-то в сто раз менее личное, и, боже мой, он живет так близко от меня? Мне не надо это знать. Очень жаль, что узнала.

— Мой дом лучше всего перечисленного вместе взятого. — Он дергает меня за рукав платья. — Давай. Я приготовлю лучшие оладьи с черникой и лимонно-коричневым сахаром, которые ты когда-либо пробовала. И, если в тебя влезет, могу даже дать немного моей колбасы.

— Очень надеюсь, что это не эвфемизм, потому что я зла, а вдобавок теперь еще хочу колбасу. — Я ставлю свою пустую дорожную кружку в подстаканник и неохотно вылезаю из машины.

— Что ужасного в том, чтобы заглянуть ко мне домой? — спрашивает он, когда я обхожу