Околдованная шипением - Элизабет Прайс

— И воля её мужа всё ещё в её пользу, — сказала Джесси. — Если бы он умер позже, этого могло бы и не быть.

Джерри кивнул.

— Согласен, я думаю, что было что-то фальшивое в том, как она плакала в ночь смерти её мужа. Но кажется маловероятным, что она могла бы сделать это одна — присмотритесь к ней, но внимательно, последнее, что нам нужно, — это преследование скорбящей вдовы.

— Сэр, — сказал Ганнер, показывая команде, чтобы они ушли.

Джерри перечитал отчёт судмедэксперта. «Семнадцать раз пронзили серебряным ножом». Учитывая реакцию перевёртышей на серебро, бык, должно быть, был в агонии. Он должен был кричать. Его не волновало, насколько крутым был этот чёртов бык. Он должен был шуметь. Даже если он просто кричал: «Эй, перестань меня колоть, ты сумасшедший питон». Джерри снова посмотрел на заявление соседа. Она чётко заявила, что слышала крик незнакомца в доме Максвелла. Как она могла быть уверена, что это не Максвелл? Может, он попросит Каттера повторно опросить её. Каттер был подобен молотку, неуловим, и имел склонность рассматривать всё в мире как гвоздь, но временами он был весьма эффективен. «В других случаях он был прямой обузой».

Команда вышла, и Джесси занялась тем, что убирала свой ноутбук. Когда они остались одни, она подошла к нему и сжала его руку.

— Ты в порядке? — спросила она.

«Она была солнечным лучом в самый тёмный из дней».

Джерри кивнул и молча спросил её о том же. Она кивнула и улыбнулась. Она ушла после того, как вырвала свою руку из его рук. Его змея не хотела отпускать. Они не были вместе с той ночи, когда был арестован его шурин — его дня рождения. Ему очень хотелось быть с ней, но он был слишком занят.

Он сказал своей змее, что не всегда будет так. «Точно?» — прошипел сварливый зверь.

«Нет», — настаивал он. — «Не будет».

* * *

«Бедный Джерри», — подумала Джесси, возвращаясь в свой офис. Её белка согласно заскулила. Она знала, что ситуация для него трудна, но не могла не пожалеть себя из-за этой ситуации. Она скучала по нему. У них было очень мало времени вместе до того, как случился этот беспорядок. Теперь их время не существовало. И он выглядел усталым и напряжённым. Он, должно быть, мало спал. Её зверь хотел, чтобы Джесси подошла к нему и присмотрела за ним, но она не могла. «Нет, потому что она всё ещё была его сотрудницей, а он — просто её начальником».

Фу. Ей было жаль, что он когда-то встретил этого проклятого Гранта Коллиера и его ужасную дочь с её идеальными волосами, идеальными зубами и всем безупречным! На этот раз белка успокаивала. Эдит была не так уж хороша. Джерри явно терпеть не мог её, не говоря уже о любви.

«Бедный Джерри». Это действительно была сложная ситуация. Ей просто хотелось сделать для него больше. Он столкнулся с давлением со стороны членов Совета, чтобы они закрыли дело и предъявили обвинение Лэнсу. Тем временем Джесси знала, что его тесть пытался заставить его отпустить Лэнса. В то же время адвокат АСР Хэстер уговаривала его предъявить обвинение и ему. Вдобавок даже её собственные товарищи по команде начали думать, что Джерри плохо соображает. «И это были не только они».

Остальные члены АСР, другие агенты стали на него косо смотреть. Они считали, что он не обвиняет Лэнса из-за его связи с ним. Джесси слышала, как они сплетничали о Джерри. Она слышала, как Кора называла Лэнса всевозможными неприличными именами и говорила, что он заслуживает наказания и что Джерри такой же плохой, как и он. «Глупая Кора».

Джерри, вероятно, уже знал, о чём они говорят. К счастью, он, похоже, не рассердился на это.

Больше всего его толкало внутреннее чувство, что Лэнс невиновен. Джерри не мог избавиться от ощущения, что кто-то подставил Лэнса, а Джесси просто хотела помочь.

Джерри всегда работал сверхурочно, и за последние несколько месяцев Джесси также вошла в привычку работать в одни и те же часы, обычно для того, чтобы они могли, по крайней мере, поехать домой вместе. Но Джерри работал практически круглосуточно.

Он приходил к ней накануне вечером и так устал, что заснул, пока она делала ему массаж. Её сердце и её белка заболели, когда она увидела его таким, ей нужно сделать для него больше. Но она не думала, что у неё есть навыки, чтобы помочь ему.

«Подождите хотя бы одну проклятую минуту!» Было кое-что, чего они не пробовали — экстрасенс. Экстрасенсы были не совсем надёжными и не могли заставить себя иметь видение, но у них было одно, очень сильное.

Джесси закусила губу. С этой идеей была небольшая проблема. Эрин была спарена с руководителем её группы Ганнером, и, поскольку она была беременна, ей фактически не полагалось выходить в поле. Ганнер довольно чётко об этом заявил. Эрин улыбнулась и позволила ему кричать и разглагольствовать, но на самом деле она мало говорила по этому поводу. Может быть, если она спросит Эрин, та захочет. Джерри был довольно привязан к Эрин — ничего настолько, что Джесси могла бы ревновать и испытывать желание загрызть человеческую женщину до смерти, — но Эрин ему нравилась. И Эрин он тоже нравился. Он дал ей работу агента, в отличие от других отделений АСР, они считали, что человеческие агенты будут создавать проблемы, потому что не так сильны и быстры, как перевёртыши и вампиры.

Да, Джесси была уверена, что Эрин захочет помочь. Кроме того, Эрин всё ещё могла сказать «нет» — нет ничего плохого в том, чтобы спросить.

* * *

— Спасибо, Эрин, — хмыкнула Джесси.

Эрин улыбнулась, и её щеки порозовели. Она была довольно застенчивой и приземлённой женщиной. Это было одной из тех черт, которые нравились Джесси в ней.

— Конечно, я удивлена, что Ганнер не попросил, — она остановилась, — на самом деле, нет. Он убеждён, что, поскольку я человек, я могу развалиться и умереть в любую секунду.

— Он просто немного перегибает с заботой.

— На днях он пытался заставить меня надеть защитный шлем в машине на случай аварии. К тому же он хочет переехать, чтобы у нас не было лестниц, и я не упала с них. И он не позволяет мне принимать душ на случай, если я упаду, — на последней части она покраснела.

Джесси подмигнула.