Сохранить нельзя разбить - Али

забилось с бешеной скоростью. Я смотрела на молодого преподавателя в черном классическом костюме, с идеальной стрижкой и холодным оценивающим взглядом и не могла поверить, что это был тот, кого я всем сердцем хотела забыть.

Глава 2

В аудитории резко перестало хватать воздуха. Мне показалось, что время остановилось и сконцентрировалось на одном человеке, который неспеша вытащил из своего дипломата документы, а потом зашел за кафедру.

— Добрый день. Еще раз представлюсь, меня зовут Дмитрий Александрович, и я буду вести у вас курс «Перевод в сфере профессиональной коммуникации по направлению немецкого языка». От вас требуется максимальное посещение лекций, прогулов не потерплю, подготовка к практическим занятиям, так как поблажек на сессии не будет, ну и освоение материала, который я буду давать. С моей стороны даю гарантию, что предоставляю вам все знания, которыми владею сам. — Его голос был четким и строгим. Совсем не таким, как шесть лет назад. Дима изменился внешне. Возмужал и из парня превратился в молодого серьезного мужчину. Девочки с первых рядов смотрели на него, не отрывая глаз. Но их интересовало совсем не то, что он говорил, а то, как выглядел. Под черным пиджаком скрывалась белая рубашка, которую подчеркивал тонкий галстук, на строгих брюках вырисовывались стрелки, а массивные часы на левой руке идеально подчеркивали запястье, на котором слегка выступали вены. У него всегда так. Кожа тонкая, и вены были хорошо видны.

— Насть, ты в порядке? — шепотом спросил Дэн и чуть толкнул меня в бок.

Я посмотрела на друга.

— Ты себя как чувствуешь? Бледная, как мел.

— Все… все нормально.

— Давайте быстро пройдемся по списку. Я называю фамилию, вы говорите «здесь».

Его голос звучал, как раскат грома. И с каждой фамилией он становился все ближе. Я захотела убежать, пока он не добрался до меня.

— Петренко Николай.

— Здесь.

— Руденко Надежда.

— Здесь.

— Скворцова Анастасия.

Вот оно. Дима поднял голову и наконец встретился со мной взглядом. Он на минуту замер, точно так же, как и я, после чего взял себя в руки и снова произнес мою фамилию, не отрывая глаз. Я не выдержала. Схватила сумку и побежала вниз, быстро пролетев мимо его кафедры. Меня зацепил запах его одеколона. Терпкий, чуть горьковатый и до боли знакомый. Глаза начало щипать, но я успела добраться до двери и оказаться в коридоре, прежде чем потекли слезы.

Я не заметила, что Дэн бросился за мной.

— Извините, ей стало нехорошо, мы скоро вернемся.

Он догнал меня, когда я была почти на первом этаже, и собиралась выйти из здания.

— Насть, Настя, подожди.

Я вышла на улицу и резко остановилась, глубоко вдыхая теплый воздух.

— Настя, — Дэн дотронулся до моего плеча, отчего я вздрогнула. — Только не говори, что это тот самый Дима.

— Это он, Дэн. — Слезы душили. — Он вернулся. Приехал. Он будет у меня преподавать. — Я чуть ли не срывалась на крик.

— Тихо, тихо. Давай присядем. — Друг подвел меня к скамейке.

— Я так долго пыталась о нем забыть, Дэн. Так долго… И…

— И что, Насть? — он почти невесомо поглаживал меня по спине.

— И не смогла. Понимаешь?

— Успокойся, пожалуйста. Дыши ровно, ладно?

— Как же я на пары буду ходить? Я же смотреть на него не могу.

— Нужно как-то пересилить себя. Но ты не будешь одна, я буду рядом. Все будет хорошо.

Я сделала несколько глубоких вдохов, и дрожащие руки наконец пришли в норму.

— Сможешь вернуться? Или отвезти тебя домой?

— Нет, пойдем обратно. Если сейчас не вернусь, в следующий раз будет намного сложнее.

— Хорошо, пошли.

Перед тем как зайти в аудиторию, я отправилась в туалет, чтобы привести в порядок весь поплывший макияж. Дэн подождал меня, и вот мы уже стояли перед дверью.

— Давай я первый?

— Не нужно. — Я постучалась и вошла в аудиторию. Хотелось отвезти глаза, но я продолжала смотреть на Диму. — Извините, мне стало нехорошо. Можно войти?

Его взгляд был таким пристальным, что по коже побежали мурашки.

— Проходите, — сказал он и снова развернулся к аудитории, продолжая вести лекцию.

Мы с Дэном заняли свои места, и я стала считать минуты до окончания пары. Дима, а точнее Дмитрий Александрович, стал проводить опрос, но на меня не обращал никакого внимания. Смотреть на него не было сил, поэтому я вырисовывала в тетради узоры, прислушиваясь к его голосу.

— Все свободны. — Наконец, спасительный звонок. — Анастасия, задержитесь, пожалуйста.

Нет. Нет. Нет. Только не это. Я и так еле держусь.

— С тобой остаться? — Дэн взял меня за руку.

— Не нужно, я сама.

От Димы это не ушло незамеченным. Он бросал резкие взгляды то на меня, то на Дэна, пока перебирал документы на столе.

— Ладно, подожду у дверей.

Дэн ушел последним, оставив нас вдвоем. Я взяла сумку и тоже спустилась к кафедре.

— Настя, очень рад тебя видеть. Я не знал, что ты учишься здесь, мое заступление на работу произошло очень быстро и немного неожиданно, даже не успел ознакомиться со списками. Ты себя как чувствуешь? Так быстро вылетела из аудитории.

— Нормально.

— Странно как-то получилось. Столько лет не виделись, а теперь я твой преподаватель. Но я рад, что ты все-такие поступила на лингвистический.

— Да, я тоже. — Говорить с ним не было сил. Дима это тоже чувствовал, отчего с каждой фразой напрягался все больше.

— Как Егор?

И тут меня как будто окатило холодной водой. Он еще смеет спрашивать о моем брате, от которого так бессовестно отвернулся и которого предал.

— Вас это не должно касаться, Дмитрий Александрович, — сказала я, глядя прямо в его глаза. — Мне нужно идти, до свидания.

Я прошла мимо, оставив Диму в недоумении. Сильно хлопнув дверью, я сама подпрыгнула от резкого звука и быстро пошла прочь от этого кабинета, даже не заметив, что Дэн шел рядом со мной.

— Что он сказал?

— Сказал, что рад меня видеть. А потом спросил про Егора. — Я была так взвинчена, что не могла идти спокойно, поэтому просто неслась по коридорам университета, громко стуча каблуками.

Дэн молча шел рядом со мной и следил, чтобы я ни в кого на врезалась, потому что людей, которые проходили мимо, я совершенно не замечала. Я слышала только, как в висках пульсировала кровь, а руки потряхивало от злости, негодования и какой-то несправедливости. Я даже не понимала, на что именно я злилась. То ли на Диму, что он вернулся спустя шесть лет. То ли на бывшую Егора, потому что если бы не она, то