Небесная танцовщица. Книга 3 - Ната Лакомка

В этот раз Шакра пожелал устроить празднование довольно далеко от заветного города. Вимана снизилась на поляне в живописной роще, где уже стояли несколько виман. Анджали увидела виману госпожи Сарасвати и выдохнула с облегчением. Хоть богиня и не была благосклонна к ней во время арангетрама, обвинив в оскорблении богов, но вряд ли в её присутствии будут устраивать «поедание стеблей лотоса». Богиня любила игру на вине и не слишком привечала танцы – особенно те, что любили боги-мужчины. А уж на «поедании лотоса» её и вовсе никогда не видели.

Когда Анджали выбралась из летающей колесницы, то сразу услышала музыку вины – серебристые звуки текли, как река, неспешно, спокойно и звонко. Провожатый-гандхарв указал тропинку, ведущую между деревьями, и по ней Анджали вышла к реке.

Боги и богини расположились на песчаном берегу, под натянутым шёлковым пологом, украшенном гирляндами цветов. Прямо на песке были постланы ковры, и по ним небожители спускались в воду, чтобы поплавать в прозрачной, как слеза воде.

Музыка вины казалась продолжением этой спокойной, умиротворяющей картины. Анджали сбежала по пологому берегу и поклонилась Шакре, который нежился на коврах в тени полога.

- Вот и ты, - сказал царь богов, жестом предлагая Анджали занять место возле него. – Сарасвати сегодня играет для нас, - он понизил голос и сказал нарочито печальным шёпотом: - Я уже скучаю.

- Ни за что не позволю вам скучать, господин, - ответила так же шёпотом Анджали. – Не хотите искупаться?

- Не хочу, - расслабленно усмехнулся он. – Вода здесь холодная, как снега на Кайласе. Но если захочешь искупаться, то я с радостью полюбуюсь этим зрелищем.

Если захочешь! Как будто после такого можно было отказаться!

- Вода так и манит, господин, - ответила Анджали с улыбкой, – а я просто горю. И, признаться, только и мечтаю окунуться в эти голубые воды. Вы разрешите?

- Разрешаю, - Шакра подмигнул ей, и Анджали поднялась, выбравшись из тени полога на ослепительное солнце.

Вода блестела так, что глазам было больно. Прищурившись, апсара сбросила туфли и пошла по коврам, пока волны не коснулись босых ступней. Вода, и правда, была холодной. Наверное, текла с горных вершин, питаясь талыми снегами. Не прогретое до дня солнцем озеро с лотосами, но ничего слишком уж неприятного.

В воде уже плавали господин Кама с женой, и господин Читрасена плескался где-то на середине, заныривая на глубину. Увидев это, Анджали второй раз вздохнула с облегчением – значит, на реке нет колдовских чар, и ей не грозит превратиться, например, в обезьяну.

Серебряные звуки вины лились над водой, переплетаясь с ней, дополняя её, и под эту текучую музыку Анджали распустила узел одежд и сбросила покрывало, обнажив голову, плечи и грудь. Она кожей чувствовала алчный взгляд царя Шакры. Да и остальные боги не отказали себе в удовольствии посмотреть, как раздевается любовница их правителя.

Подняв руки, чтобы распустить волосы, освободив их от золотых шпилек, Анджали словно нечаянно уронила одежды. Шелковая ткань скользнула по её телу, окутав щиколотки мягкой волной, и вот уже апсара предстала перед всеми в первозданной наготе.

Солнечные лучи ласкали белую кожу, но жарко не было. Наоборот, Анджали ощутила, как по спине словно провели холодными пальцами – сверху вниз, от шеи по позвоночнику, до самых ягодиц.

Подавив желание поскорее броситься в воду, чтобы спрятаться от жадных взглядов мужчин и от завистливых взглядов женщин, Анджали небрежно уронила шпильки на ковёр и медленно пошла вперёд, покачивая бёдрами и продолжая удерживать волосы, показывая во всей красе груди, которые были так же упруги, как в юности, но уже не торчали дерзко, дразня острыми сосками, а покачивались, налитые зрелой, чувственной полнотой.

Когда вода достигла середины бёдер, Анджали наклонилась, изящно изогнувшись в пояснице, зачерпнула горстями и плеснула себе в лицо и на грудь. Холодные капли заставили вздрогнуть, соски сразу же отвердели, и Анджали повернулась чуть боком, чтобы царю Шакре было лучше видно, как она возбуждена.

Снова и снова она плескала водой, проводила ладонями по шее груди и животу, не забывая улыбаться и поглядывать с притворной скромностью через плечо, и будто застыдившись, прикрывала локтями обнажённую грудь.

Господин Читрасена оставил нырять и теперь стоял на отмели посредине реки, скрывшись в воде до плеч. Он не отрываясь глядел на речные забавы Анджали, и, судя по ряби на поверхности, не отказал себе в удовольствии слегка помечтать о царской возлюбленной.

Господин Кама позабыл о жене, которая нежно обнимала его, и она, ласково, но непреклонно, заставила его отвернуться от соблазнительного зрелища, ухватив за уши, словно играя.

Посчитав, что этого достаточно, Анджали оттолкнулась от дна и поплыла. Купалась она долго и выбралась из воды лишь когда совсем замёрзла. Одна из прислуживающих апсар тут же подбежала с покрывалом, чтобы вытереть тело и отжать волосы, а другая услужливо подала оброненные шпильки.

К этому времени боги уже не обращали внимания на прекрасную купальщицу, наслаждаясь музыкой, беседой и фруктами.

Отжимая волосы, Анджали услышала, как господин Кама, уже возлежавший на коврах рядом с женой, сказал что-то подошедшему гандхарву, а потом обратился к господину Читрасене:

- Прилетел Майя Данава. Сейчас посмотрит, что с твоей виманой. В прошлом месяце он починил мою, два дня искал поломку.

- Два дня – это слишком долго, - хмыкнул Читрасена в ответ. – Я хочу улететь отсюда сегодня, а не ночевать под открытым небом.

Боги засмеялись, а Анджали на мгновение замерла.

Майя Данава здесь. Друг или предатель друга. Чинит виману на поляне в лесу.

Завернувшись в покрывало, Анджали прошла по коврам к царю Шакре и опустилась на колени, прижимаясь холодной после купанья грудью к его ногам.

- А! Холодная, как змея! – вздрогнул и засмеялся Шакра.

- Мне надо отлучиться, господин, - произнесла Анджали с застенчивой улыбкой. – Вы позволите ненадолго покинуть вас? Я скоро вернусь, не заставлю вас ждать.

- Иди, но поскорее возвращайся, - разрешил царь. – Как раз захвати из моей виманы кости и доску, сыграем с тобой в чаупар, - и