Благословенная - Брэнди Элледж

— Я был в соседнем кабинете, наблюдал за уроком миссис Филдс. Она клянётся, что кто-то из учеников меняет оценки в журнале. Кстати, ты случайно ничего об этом не знаешь?

— Нет.

Он прищурился, но оставил эту тему.

— В любом случае, я слышал твои мысли из соседнего кабинета.

Заметка для самой себя: научиться лучше строить стены.

Мысль о том, что я настолько громкая, расстроила меня.

— Во-первых, оценки здесь вообще имеют значение? В смысле, я знаю, что на меня надвигается что-то ужасное, и скоро. Я это чувствую. Очень сомневаюсь, что оценки будут иметь значение. Возможно, нам нужны знания, и, возможно, нужна подготовка, но серьёзно? Оценки?

Улыбка растянулась на его лице, когда он качнулся назад на пятках.

— Вообще-то да, оценки имеют значение. Провал здесь может означать, что ты провалишься за пределами академии, когда столкнёшься с демоном или, что ещё хуже, с даркеном. Так что, может, расскажешь мне, что случилось?

— Ладно, может быть, я действительно раздражена. Я сижу на этом уроке, но мне нельзя участвовать, потому что, если я это сделаю, могу случайно раскрыть свои карты, и тогда все поймут, что я не просто деми. Но при этом ты говоришь, что я должна становиться сильнее. Видишь проблему?

Он вздохнул.

— Вижу. Тогда что, если в это время я буду встречаться с тобой в домике для тренировок?

В его домике дважды за день?

— А библиотека? Она прямо через коридор. И можно, чтобы Ханна тоже приходила?

Я почувствовала, как мои щёки вспыхнули, и поспешила объяснить:

— Ребята смеялись, когда ты вызвал меня сюда, а я и так уже занимаюсь с тобой дополнительно раз в день. Ну, знаешь… подростки болтают.

Господи, я краснела.

Он сделал шаг ко мне, сокращая расстояние между нами, и я подняла подбородок, чтобы посмотреть на него. Моё тело реагировало на него так, что я бы умерла от стыда, если бы он узнал, о чём я думаю. К сожалению, я ещё не освоила искусство возведения стен в собственном разуме, поэтому вместо мыслей о том, как сильно мне хочется, чтобы он наклонился и поцеловал меня, я заставила себя думать о щенках. Они милые, пушистые, и все любят щенков.

На его лице появилась широкая улыбка.

— Щенки? Когда мы впервые встретились, это были тако и единороги, а теперь щенки?

Он протянул руку, легко проведя пальцем по моей щеке, а затем убрал прядь волос мне за ухо.

— Сейчас приведу Ханну, и на этот урок мы пойдём в библиотеку.

Когда он ушёл, мне захотелось побиться головой о стену. Сегодня вечером я научусь строить стены. Это было задачей первостепенной важности.

После того как доктор Хаулер отпустил крайне любопытную Ханну, мы все направились в библиотеку, где я объяснила ей, что теперь здесь будут проходить наши уроки магии. Она пыталась делать вид, что тренировки с Командиром для неё ничего не значат, но нервный неконтролируемый смешок, который вырывался у неё в конце каждого предложения, выдавал её с головой. Командир лишь терпеливо ей улыбался.

Я не могла её винить. В нём было что-то такое, что заставляло всех прекращать свои дела и обращать на него внимание. И дело было не только в том, что он был красив. Отчасти причиной была мужественность, которая исходила от него волнами.

Ради уединения он запер библиотеку изнутри и повесил табличку «Закрыто». Затем мы сели за один из круглых столов, и Финн расположился между мной и Ханной. Он напомнил нам, что ни одной из нас ещё нет восемнадцати, поэтому, пока наши Дары не проявятся полностью, мы не достигнем своего полного потенциала, а значит, он не будет судить нас за то, насколько плохо мы справимся в течение этого часа.

Он протянул Ханне книгу и велел ей закрыть глаза и сосредоточиться. Он хотел проверить, сможет ли она понять, о чём книга, не открывая её. Когда она замялась, Финн заверил её, что не ждёт многого. Всё, о чём он просил, — это попытаться почувствовать, о чём может быть эта книга.

Изо всех сил стараясь произвести на него впечатление, она сидела неподвижно, как статуя, с закрытыми глазами и забавным напряжённым выражением лица.

Он повернулся ко мне и прошептал:

— С тобой всё иначе. Ты уже демонстрировала весьма значительные способности. Я видел в тебе силу Азраэля, когда ты общаешься с Реми. В своих снах ты используешь Дар Иеремиэля. Растения и деревья — это рука Ариэля. Твоя выдающаяся интуиция — визитная карточка Чамуэля.

Он протянул мне книгу.

— Но что насчёт дара экстрасенсорных способностей Ханиэль? Можешь ли ты делать то же самое, что и твоя подруга Ханна?

Я взяла книгу и постаралась не ёрзать на стуле. Я никогда не просила видеть Реми или общаться с животными. Это происходило само собой. А это было для меня совершенно новым миром.

Мне показалось, что я просидела целую вечность. Я перестала думать о том, что именно должна делать, и просто освободила разум. Книга слегка задрожала в моих руках.

— Эта книга о чуме, которая уничтожила большую часть человечества в 520 году нашей эры. Предположительно, тогда умирало по десять тысяч человек в день.

Я открыла глаза под звук аплодисментов. Финн улыбался от уха до уха.

— Потрясающе.

Ханна прищурилась.

— Я думала, тебя коснулись Габриэль и Азраэль. Никто ничего не говорил про Ханиэль.

Чувствуя себя ужасно из-за того, что лгала своей лучшей подруге, я умоляюще посмотрела на Финна.

Он повернулся к Ханне.

— Это противоречит моему здравому смыслу, но в будущем Габриэлле может понадобиться твоя помощь, поэтому ты должна знать правду. Габриэллы коснулись несколько архангелов.

Ханна скрестила свои худые руки на груди и перевела взгляд с Командира на меня.

— И сколько именно означает «несколько»?

— Я только что использовала Дар Ханиэль, так что, думаю, теперь их официально восемь, — сказала я.

— Восемь? — выкрикнула она. — Ты сейчас серьёзно, чёрт возьми? Почему ты мне не сказала?

Я указала на Финна.

— Потому что он, по сути, сказал, что речь идёт о жизни и смерти.

Финн сжал челюсти.

— Чтобы всем было ясно, так оно и есть. Полагаю, вы, дамы, расскажете обо всём Реми, но больше ни одна живая душа не должна узнать эту информацию. Понятно?

Последнюю фразу он почти рявкнул, заставив Ханну выпрямиться.

Мы обе одновременно ответили:

— Да.

— Значит, ты не врала, когда сказала, что тебя не касался даркен?

Я покачала головой, и её глаза расширились.

— Так самый сильный человек в этой академии действительно деми?

— Технически