Спасите злодейку! Или как никого не убить, став принцессой - Мира-Мария Куприянова

— О Кристабель не беспокойся, — вдруг уверенно кивнул Веслей- Скажем, у меня есть пара мыслей, как привлечь ее внимание и не всколыхнуть неуместные терзания совести.

— Даже так? — правая бровь принца лишь чуть дернулась, выдавая напряженную работу мысли- Занятно…

— Или ты уже опять передумал сменить невесту? — внезапно и сам напрягся телохранитель.

— Конечно нет, — медленно покачал головой брюнет- Конечно нет, Нис. Что-ж… пусть будет так. И больше никаких несогласованных действий.

Глава 17

Путь до покоев принцессы снова несколько затянулся. По пути то и дело попадались слуги разной степени загруженности. И каждый с бобром. В конце концов, от ярких вспышек света уже малость рябило в глазах, а пожелание «добра» на креальский лад и вовсе вызывало подергивание века. Ворон многоопытно молчал и невесомо парил под потолком, не пытаясь комментировать скрип моих зубов и судорожное сминание пальцами подола. Где-то бобре на седьмом я резко повернула за угол и рванула к спальне, которая всяко была ближе. Опять же, здраво рассудив, что проникнуть в комнату Кристабель проще и логичнее по тайному ходу, нежели пробираясь сквозь бесконечный поток замученных животных.

В королевские покои, в итоге, я просто влетела, с чувством захлопнув двери за своей спиной и едва не отбив лбы упорно следовавшей за мной охране.

Усталость, злость и раздражение буквально разрывали меня изнутри. Я с чувством прикусила щеку, пытаясь оставаться культурным человеком, достойным почетного звания кандидата наук. Но то ли себя не обманешь, и стойкое понимание незаслуженности полученного звания расшатывало нервы. То ли и кандидаты не чураются браных слов. Но емкое «ять» вырвалось громко и четко. А следом я стянула атласные балетки с уставших ног и запульнула прямо в закрытую створку.

— Мистерль серчает? — осведомился Крул- Что-то не так?

— Все не так! Достали! — рявкнула я, бросаясь на кровать и срывая с головы очередную диадему с драгоценными камнями- Да сколько можно? Ну тыркнулись раз с этими бобрами, тыркнулись два… Мне теперь до конца этой командировки, прости Господи, светящимися бобрами любоваться?

— Дело в бобрах?

— Дело во всей ситуации! — взорвалась я- Меня все это бесит! Почему я здесь? Почему родственники ни разу, ни словом не намекнули, что у нас такие странные корни? Почему не подготовили к тому, что пусть теоретически, но перемещение возможно? Ведь точно знали. О! Теперь-то я ясно понимаю, что знали! Вот откуда дед достал эти странные рукописи о несуществующем государстве. Вот откуда координаты разрушенного замка! Вот зачем эта экспедиция на Алтай. Они с бабушкой искали этот портал. Собирались его активировать и вернуться. Но почему ничего не сказали мне?

От переизбытка чувств я снова зарычала и со всей силы ударила по подушке.

— Знаешь, а я, кажется, знаю почему. Потому что они собирались вернуться без меня! — в голове гулко звучал глухой колокол. Обида и злость буквально душили, заставляя грудь рвано вздыматься в перетянутом корсаже- Хотя, чему я удивляюсь? Их дочь бросила меня практически в младенчестве. А яблочко от яблони, как известно… И, главное, все сразу срастается! Вот откуда их маниакальное желание передать мне труд всей их жизни. Эту идиотскую кафедру! Ведь я вообще не хотела всем этим заниматься! Я хотела быть балериной. Нет, сперва феей, конечно. Потом принцессой…

— Ваше желание сбылось, мистрель.

— В жопу ваши желания! — рявкнула я- В жопу ваш мир и моих стариков вместе с ним! Ненавижу. Как же я всех вас ненавижу! — возмущенное рычание вырвалось изо рта само собой. А вот следом за ним…

Чуть ниже солнечного сплетения нестерпимо зажгло. Кольнуло. И сильный приступ тошноты заставил резко согнуться пополам.

— Ай! — испугалась я, машинально прижимая к месту впайки кулона враз похолодевшие пальцы- Больно!

— Тьма! — выдохнул ворон, неслышно соскальзывая с карниза и вспарывая крыльями черный туман, густыми барашками поднимающийся от прижатой к груди ладони- Вы исторгаете Тьму!

— Глупости, — запищала я, отказываясь признавать очевидное. Плотная мгла клубилась вокруг, окутывая меня непроглядным саваном. Но по комнате не расползалась, очевидно куда-то деваясь на излете— Ничего я не исторгаю. Мне не пять лет. Я вполне способна контролировать позывы организма. Или дотерпеть до уборной, в конце концов, чтобы исторгать все в специально отведеном месте.

— Вы исходите Тьмой, Мистрель. И впитываете ее! Посмотрите сами.

— Да эта хрень и раньше ей исходила, — постанывая от неприятных ощущений, протянула я, потирая под ребрами- Подумаешь…

— Но в Вас она не впитывалась.

Мыча от боли, я медленно сползла с кровати и аккуратно подошла к зеркалу. Из темного стекла на меня смотрели истерзанные усталостью огромные… синие глаза на излишне бледном лице. Вроде даже моем лице. вот только контуры его все время словно ускользали, не позволяя сосредоточиться на линиях.

Вот нос. Вроде мой. А с другой стороны, кажется, что слегка вздернут. Или нет? Или он просто тоньше?

Пухлые губы мои. Хотя, мои, кажется, не так изогнуты в тугой лук. Да и ямочка была шире.

А волосы? Эта мягкая волна образовалась от горячих щипцов? Или мои карамельные локоны сами по себе теперь лежат изящным изгибом? Кстати, оттенок тоже стал темнее. Какая жженая карамель? Это полноценный кофе.

— Что со мной? — испуганно всхлипнула я, резко опадая на пол подле серебрёного стекла- Что происходит?

— Кажется, Вы определились с цветом магии, мистрель, — качнул головой пернатый, опускаясь на пол и важно подходя ко мне.

— Ни с чем я не определялась!

— Определились. Вот же, Тьма наполняет Вас.

— Не определялась говорю.

— Но Тьма…

— Я сказала нет! — крик, сорвавшийся с моих губ лучше любых аргументов сопроводил хлесткий удар руки. Взмах- и покрытое черным пером птичье тело опрометчиво подошедшего ко мне ворона с размаху влетает в стекло, лишь чудом не разбив отражающую поверхность.

Тишина, повисшая следом, на мгновение заставила замереть время. А затем осыпалась крошевом льда под испуганный всхлип, сорвавшийся с моих губ.