Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Ты думаешь, он обидится, если увидит, что я не выполняю свои обещания?

— Не обидится. Но определенно расстроится.

— Я так не хочу разочаровывать его… — качает головой Наталия. — Конечно, рядом с ним я пытаюсь как-то держаться… Но без его присутствия я впадаю в отчаяние. Я очень хочу, чтобы Эдвард все время был рядом. Но я не могу заставлять его идти на это, потому что ему нужно личное пространство. Я не одержимая эгоистка, которая считает, что все должны бегать вокруг нее двадцать четыре на семь.

— Послушай, дочка, если бы все было совсем плохо, то Эдвард сказал бы об этом. Он всегда говорит что думает и старается оценивать ситуацию трезво.

— Знаю… — тихо вздыхает Наталия. — Как бы я хотела такую же уверенность, как у него… Мне ее очень не хватает…

— Нельзя так расстраиваться из-за любой ситуации, Наталия. В твоей жизни будет еще миллион проблем и неудач! В жизни без них никуда. Если бы мы с твоей мамой расстраивались из-за каждой нашей неудачи, то уже давно бы сошли с ума и не добились того, что у нас есть.

Наталия ничего не отвечает и тяжело вздыхает, рассматривая свои руки грустным взглядом. Энтони же пару секунд наблюдает за дочерью и заключает ее в свои объятия, нежно, но крепко прижимая ее к себе, и гладит ее по голове, пока та носом утыкается в отцовское плечо с очень тихими всхлипами.

— Ну все, милая, успокойся, — мягко произносит Энтони. — Все будет хорошо… Твой папа не станет тебе врать.

Наталия плотно зажмуривает мокрые от слез глаза, пока Энтони гладит ее по спине и целует в макушку. А спустя несколько секунд они отстраняются после того, как в комнату заходит Летиция.

— О, привет, дочка, — скромно улыбается Летиция. — Я думала, ты еще спишь, и хотела тебя разбудить.

— Нет, я не сплю, — тихо отвечает Наталия и убирает с глаз тонкую прядь волос.

— Кстати, а что вы тут делайте вдвоем? Обсуждайте секреты втайне от меня?

— Да нет, никаких секретов, — скромно хихикает Энтони и мягко гладит Наталию по голове. — Я просто пытаюсь заменить Эдварда.

— Эдварда? Неужели она соскучилась?

— Просто переживает за Анну.

— Ох, Наталия… — Летиция подходит к Наталии и, наклонившись к ней, нежно гладит ее по щеке. — Девочка моя, я прекрасно понимаю, что ты все принимаешь очень близко к сердцу, но нельзя же быть такой впечатлительной.

— Все в порядке, мама… — неуверенно говорит Наталия. — Я пытаюсь справиться с этим. Ради Эдварда и тех обещаний, что я ему дала.

— Дорогая, мы все переживаем за бедняжку Анну, молимся за ее выздоровление и желаем ей лишь добра. Но стараемся верить в лучшее не ради кого-либо или ради обещаний, а потому, что искренне надеемся.

— Ты же прекрасно знаешь, что я воспринимаю все слишком близко к сердцу. — Наталия бросает легкую улыбку. — И я ничего не могу с собой поделать.

— Но это же не повод так расстраиваться, — поправив Наталии прическу, мягко говорит Летиция. — Хорошо, что тебе не все равно. Но не надо все время думать лишь о плохом.

— Я просто хочу, чтобы мои близкие люди были счастливы, живы и здоровы… — Наталия тяжело вздыхает и сгибается пополам, уставив грустный взгляд в пол.

— Не надо переживать, дорогая, — взяв Наталию за руку, уверенно говорит Энтони. — Очень скоро все наладится. Да, ситуация Анны очень сложная, но слава богу, она не одинока.

— Проблема не только у Анны… Ведь с Ракель тоже происходит что-то странное. И никто не знает, почему, ибо она не называет причину.

— Ракель не может молчать все время, радость моя, — мягко отмечает Летиция. — Рано или поздно она все расскажет. Терренс вытянет из нее признание.

— А какого ему сейчас! — с грустью во взгляде тихо произносит Наталия. — Хоть Терренс – сильный человек и может выдержать все, у него все меньше сил бороться с моей подругой. И я боюсь, что однажды он потеряет терпение и бросит ее.

— Нет, Наталия, с чего ты это взяла? Терренс любит Ракель и понимает, что отношения – та вещь, над которой нужно очень много работать.

— Я не хочу, чтобы и они тоже страдали из-за секретов Ракель. Если она так и не признается во всем, то их отношениям придет конец.

— Ох, Наталия… — погладив Наталию по плечу, медленно выдыхает Энтони. — По-моему, тебе просто надо хорошо отдохнуть.

— Я думаю обо всем этом даже по ночам…

— Ах, дочка… — с грустью во взгляде произносит Летиция, присаживается на кровать рядом с Наталией и приобнимает ее за плечи. — Вижу, без помощи Эдварда тебе не обойтись.

— Я не хочу сейчас беспокоить его. Пусть немного отвлечется от плохого и где-нибудь развеется. Я безмерно благодарна ему за то, что он помогает мне отвлечься. Однако мне очень жаль его… И я… Я чувствую вину за то, что… — Наталия переводит грустный взгляд на Летицию и Энтони. — Вру Эдварду. Видя меня сейчас, он был бы ужасно разочарован… Хотя я так не хочу заставлять его верить, что не могу сделать то, что обещаю.

— Нет, Наталия, не говори так, — немного поправив Наталии волосы, с грустью во взгляде говорит Летиция. — Ты ни в чем не виновата перед Эдвардом.

— Иногда мне кажется, что он немного устал от моего нытья, — неуверенно признается Наталия. — Как и вы с папой, бабушкой и всеми моими друзьями…

— Дочка, что ты такое говоришь? — округляет глаза Энтони. — Откуда у тебя такие мысли?

— Ты еще скажи, что хочешь закрыться ото всех! — восклицает Летиция.

— Я не смогу притворяться, что ничего не происходит, — тяжело вздыхает Наталия. — Все слишком хорошо знают меня и видят насквозь. Ракель правильно всегда говорила, что я никогда не