Мистер Ноябрь - Николь С. Гудин

— Хорошо, кажется, мы нашли девушку на просмотре сегодня утром. Она недавно в городе, работает в библиотеке, так что не должна шуметь и всё такое… Джинс она понравилась, так что, думаю, всё отлично.

— Она знает, что её новые соседи любят трахаться в любое время ночи? И что они чертовски громкие…

— Возможно, ей придётся усвоить этот урок на собственной шкуре, — усмехается он.

Я жил с Калумом два года, но переехал и снял своё жильё вскоре после того, как он начал встречаться с Джинни — эти двое не могут держать руки при себе, и, как бы я ни был рад за них, когда тебе только что разбили сердце, находиться рядом с этим невыносимо.

— Ты уже купил Джинни то кольцо, о котором она всё намекает? — усмехаюсь я.

— Не-а, — качает головой он.

Я качаю головой.

— Тебе стоит окольцевать её, пока она не поняла, что ты на самом деле большой болван.

Он толкает меня в плечо.

— Стоит… поэтому я купил ей кольцо даже больше, чем то, о котором она всё твердит.

Я давлюсь глотком пива.

— Серьёзно?

— Абсолютно, — он широко улыбается.

Я просто подкалывал его; понятия не имел, что он действительно готов на такой шаг.

— Чёрт возьми, чувак, поздравляю, — я протягиваю руку, и он хлопает меня по ладони. Я притягиваю его и хлопаю по спине. — Это огромный шаг.

Я точно знаю, насколько он огромен. Я был готов сделать тот же шаг с Келси, пока всё не пошло прахом.

— Да, собственно, поэтому я и хотел сегодня выпить пива… сообщить тебе новость.

— Что же, я безумно рад за тебя, Кэл, вы будете счастливы вместе.

— Ты будешь моим шафером?

— Лучше сначала получить ее согласие, — ухмыляюсь я.

— Ты правда думаешь, что эта женщина откажет мне?

Я усмехаюсь. На самом деле, нет. Полагаю, в не слишком отдалённом будущем мне придётся надеть костюм.

Мы трещим о том о сём, затем договариваемся встретиться в конце недели, после чего звонит Джинни, и Кэл мчится прочь с мыслями в непотребном месте.

Мне и на руку. Нужно вздремнуть, я не могу понять, что именно меня так беспокоит в том, что произошло сегодня днём, но я не могу перестать думать о женщине, которую держал на руках и вернул к жизни, когда всё выглядело чертовски мрачно.

Я отгоняю мысль о её смерти.

С ней всё в порядке. С ней всё будет в порядке.

* * *

— Джорджия, ты связывалась с Оскаром?

Она качает головой, и я хмурюсь.

Оскар — один из парамедиков, тот, кто забрал вчерашнюю спасённую девушку. Мы довольно хорошо знакомы с бригадами экстренных служб в этом городе — сталкиваемся по крайней мере с кем-то из них ежедневно.

Если кто-то не тонет, то кто-то пьян на песке, или какой-нибудь придурок ворует сумки, или потерялся ребёнок… и так далее. Нам даже пришлось вызывать пожарных на прошлой неделе, потому что какой-то ребёнок застрял головой в перилах на пирсе.

Никогда не бывает скучно, это уж точно.

— Вам нужно было поговорить с той женщиной о чём-то, босс? — спрашивает меня Джорджия.

Я качаю головой.

— Не-а, просто хотел удостовериться, что он доставил её в больницу нормально, она ведь не очень-то хотела ехать.

Она выглядит озадаченной, но не расспрашивает.

Не виню её в недоумении. Мы никогда не проверяем судьбу людей, которых спасаем. Мы делаем свою работу, а затем передаём другим делать их работу.

Но в этот раз всё было иначе. Когда Оскар попросил меня прийти и уговорить её поехать в больницу, я не мог поверить, что она вообще отказывается от помощи.

Если честно, это меня немного разозлило.

Я рисковал жизнью, чтобы спасти её, и делал это не для того, чтобы она могла пойти домой под угрозой, что что-то другое её прикончит.

Всё изменилось в ту секунду, когда я увидел её сидящей там, явно напуганной и очевидно одинокой, её мокрые волосы ниспадали густой завесой на плечи.

Она красива.

Мне не следовало думать о ней так, она была уязвима, а я находился на работе, но я всё равно, чёрт побери, так подумал.

Она великолепна.

Звонит телефон, и я протягиваю руку раньше Джорджии.

— Это Ретт.

— Ретт, это Оскар, ты звонил?

— Да, я, эм… просто хотел проведать ту молодую женщину со вчерашнего дня, ты устроил её в больницу нормально?

— Мисс Рид? — переспрашивает он.

— Я не запомнил её имени.

— С ней всё хорошо, Ретт, слышал, выписалась сегодня утром и уехала домой.

— Хорошо, это… очень хорошо.

— Мне спросить, почему ты счёл нужным проведать именно её, а не кого-то из остальных? Не потому ли, что она была хорошенькой?

Я оглядываюсь на свою компанию, которая тщетно пытается выглядеть занятой, подслушивая.

— Без причины. Просто хотел услышать, что всё прошло нормально после её сопротивления.

— Я включил обаяние, и она стала податливой, как воск, до самого конца, — он посмеивается, и я представляю, как трясётся его большой живот.

— Спасибо, Оскар.

— В любое время, — говорит он, прежде чем повесить трубку.

Я должен чувствовать удовлетворение сейчас, но, как ни странно, не чувствую.

Я кладу трубку на место.

— Я спускаюсь на пляж, — говорю я новичкам. — Блэйк вернётся с перерыва через пять минут.

Оба кивают, и я благодарен, что Ник внизу на пляже, а не в вышке — парень устроил бы мне взбучку за то, что я проверяю судьбу одного из наших спасённых.

Я изо всех сил стараюсь думать о чём угодно, только не о ней, пока бегу по пляжу и осматриваю кромку воды, но её золотистые глаза никак не выходят из моей головы.

Глава 4

Либби

— Серьёзно, огромное тебе спасибо за все. Это место потрясающее, — восторженно говорю я своему арендодателю и новому соседу. — Я даже не задумывалась об отсутствии мебели, так что это именно то, что мне было нужно.

Джинни кривится.

— Я почти уверена, что этот богомерзкий диван не нужен никому.

Я хихикаю. Она не ошиблась, он довольно уродлив, но это диван, а у меня раньше и такого не было.

— Он не так уж и плох.

Она бросает на меня взгляд, который ясно говорит: «Ты это серьёзно?».

— Ладно, он ужасен, но я всё равно это ценю.

— Мы сходим за покупками — купим чехол на диван или какой-нибудь плед, или что-то в этом роде, — говорит она, возясь с шторами.

— Мы? — переспрашиваю я, недоумевая.

— Ах да,