Не та невеста - Лина Шмидт

— У меня есть предложение. Мы можем объединить наши семьи и положить конец этой войне.

— Ты говоришь о браке?

— Да, я женюсь на одной из твоих дочерей. Это станет гарантией мира.

— Думаешь, я настолько глуп? Отдавать собственную кровь в руки заклятых врагов?

Я позволил себе лёгкую усмешку:

— Ты лишил жизни моего отца и искалечил дядю, но я всё равно веду с тобой переговоры. Я устал от бесконечных смертей и похорон.

— Именно поэтому не могу доверить тебе свою дочь. Какие гарантии, что с ней ничего не случится?

— Венчание в церкви станет той самой гарантией, — я сделал паузу, внимательно наблюдая за его реакцией. — Мы все под божьим взором, Юрий.

Мы оба уважали веру, особенно старшее поколение.

— Готов связать судьбу с незнакомкой?

— Да, если это принесёт мир и стабильность под твоим руководством.

В глубине души я смеялся над собственной ложью. Открыто, глядя ему в глаза. Никакого мира не будет. Он заплатит за всё сполна, и его дочь станет частью этого.

И меня не будет волновать его боль.

— Возможно, это действительно может стать началом долгожданного мира, — он пристально вглядывался в моё лицо. — Я согласен, Павел.

Настоящее время

Я сидел за столом своего заклятого врага. Напротив меня — моя будущая жена.

Стройная, с безупречной осанкой. Волосы белее первого снега. Черты лица мягкие, привлекательные, но взгляд… Такой же пронзительный и жёсткий, как у её отца.

«Возможно, это даже к лучшему. Эти глаза будут напоминать мне о моей цели».

Вани не было с нами — он собирал информацию об Алине. Мне нужно было знать о ней всё.

На то было несколько причин. Она могла быть вовлечена в дела отца, и её манера «держаться» подтверждала это предположение.

Моё недоверие к женщинам тоже играло свою роль. Особенно после истории с Лизой.

Бывшая жена… Женщина, при воспоминании о которой у меня до сих пор холодеет кровь.

Наша свадьба казалась началом идеального брака. Но жизнь преподнесла свои испытания. Мы долго не могли завести ребёнка. Три выкидыша подряд… Каждый раз она обвиняла меня и мою работу.

Но ей действительно ничего не угрожало. Пока не выяснилось, что она искала утешения на стороне. Изменяла мне два года.

До сих пор не понимаю, как я этого не замечал.

Развод был быстрым и мучительным. Она не просила прощения, просто собрала вещи и ушла к другому.

Прошло пять лет, а я всё ещё один. Иногда развлекался с женщинами из клубов, но в сердце осталась незаживающая рана.

Пусть эту красотку ждёт не лучшая участь, но не позволю ей водить меня за нос.

— Я думаю, что больше присутствие женщин не понадобится. Мы должны поговорить о делах. — проговорил, переводя взгляд на Юру.

Алина сразу встала и вышла из гостиной, вслед за ней ушла её мать.

Услышав какой-то шум, я обернулся.

В дверном проёме стоял Николай, или «Мясник». Кто как звал его. Тот ещё отморозок и больной на голову.

Сжав зубы до скрипа, я заиграл жевалками. Сколько стоило усилий держать лицо и не выдавать своей реакции.

Жгучая волна ненависти заполонила все внутренности. Этот человек был на втором месте из моего списка, кого следовало убрать вслед за Юрой.

Сколько он загубил жизней наших ребят. Даже вспоминать страшно, что тот творил.

Вальяжной походкой Николай прошёл в гостинную и сел за стол, скрестив руки на груди.

— Братец, не хочешь объяснить мне, что тут происходит? И почему этот. — он кивнул головой в мою сторону и злобно ухмыльнулся. — Сидит за нашим столом?

— Мой косяк, Коля. Ты занят был, от дел тебя не хотел отвлекать. Давай потом поговорим. — ответил Юра.

— Нет уж, я хочу знать об этом сейчас.

«Какой же упёртый подонок».

— Молодой человек предложил нам мир на наших условиях.

Я удивлённо вскинул брови. Молодой человек? Мне уже тридцать пять.

— Как интересно. И какого хера я узнаю об этом последним? — он продолжал буравить меня взглядом.

— Коля, потом. Сказал же.

Обстановка совсем не располагала к переговорам. Мои люди уже стали нервно глядеть по сторонам, подходя ко мне всё ближе.

«Мясник» резко встал из-за стола, стул противно скрипнул по полу, ещё больше раздражая слух.

— Не буду мешать тебе, братец.

С этими словами он вышел из гостинной. Я повернулся к Юре, тот гладил свою бороду и смотрел ему вслед.

— Когда будем играть свадьбу? — спросил прямо.

— После того, как мы принесём клятвы.

Клятвы. Я был готов поклясться чем угодно, лишь бы он мне поверил.

— Тогда в ближайшее время Алине нужно познакомиться с моей семьёй.

Он усмехнулся и помотал головой.

— Мы должны знакомиться семьями, ты так не считаешь?

Я прикусил щёку, сдерживая гнев. Он хочет встретиться с моей семьёй? Его наглости не было предела.

— Если это необходимо...

— Определённо. Иначе как я пойму о чистоте твоих намерений? — сказал Юра, зло улыбнувшись мне.

Резко встал из-за стола. Его люди сразу потянулись к кобуре, он поднял руку вверх.

— Будь по-твоему. Тогда не будем затягивать. Через два дня?

— Через два дня.

Как можно скорее покинул этот дом. Охрана двигалась по пятам. Сразу набрал Ваню и прыгнул в чёрный джип на заднее сиденье. Обрисовал ему всю ситуацию.

— Он что, больной?

— Да, он именно такой, Вань.

— Ты реально на это согласился?

— А есть выбор? Мы должны соглашаться.

По ту сторону трубки послышался тяжелый вздох.

— Ладно, приезжай на наше место, поговорим о твоей невестушке.

— Ты что-то нарыл?

— Узнаешь. Конец связи.

Не хватало ещё проблем с ней. Пока автомобиль плавно двигался по улицам, я стремился как можно скорее покинуть этот район города. Всё здесь напоминало о болезненном прошлом, времени, когда не было ни Юры, ни бесконечной войны, ни кровавых разборок.

Тогда я верил, что мой отец — успешный бизнесмен, который носит дорогие костюмы и ходит с охраной. Мы часто ездили в парк, расположенный в этом районе. В памяти всплывали моменты, как я ел сладкую вату, катался на аттракционах и был по-настоящему счастлив… Тёплые воспоминания отозвались в груди острой болью от потери.

Когда мы добрались до места встречи, Ваня уже ждал меня на окраине города, у небольшого холма с беседкой, которую мы установили специально для таких встреч. Отсюда открывался великолепный вид на весь город — идеальное место для спокойных разговоров без лишних ушей.

Я дал знак охране, и они остались у машины. Присев на скамейку,