Все началось с измены - Анна Филин

работе, потом появляются командировки. Извечное недовольство моей внешностью и тем, как я веду хозяйство. Ну а точку ставит ремонт: «Ты же сама его хотела»? Ехидно, с усмешкой. Конечно, хотела, потому что невозможно жить в хлеву.

Но! Это Дашкин отец, и, несмотря на его отношение ко мне, он таковым останется навечно. Чтобы у нее не случилось травмы детства, нужно предельно мягко и корректно объяснить наш развод. Только как подобрать слова… И слезы эти… Обида…

— Я не знаю… Мы не разговаривали. Он лишь написал, что устал и поживет отдельно.

Это ложь во спасение. Пока не придумаю, что ответить, как объяснить его поведение.

— От нас устал?

Говорю же — дочь зрит в корень.

— Как можно от нас-то устать? Посмотри, какая ты красавица и умница. И перестань таскать мармеладки.

— Я только две… — тут же сознается Дашка.

Вскоре в замке входной двери повернулся ключ. Невзирая на все сложности переходного периода, Сашка крепко держит слово и не нарушает договоренностей относительно возвращения домой.

— Саша, проходи, нам надо поговорить. Только руки помой, пожалуйста.

Часть курицы я рублю кусками, обжариваю в казане в кипящем масле, туда же бросаю морковь и лук. Все пережарить на большом огне, затем засыпать рис, залить водой, положить соль, перец и накрыть крышкой. Двадцать минут — и можно есть. Время пошло.

Из грудки уже вовсю кипит бульон. Луковица, горсть лапши и клецки. Когда все сварится, достану курочку, разберу на кусочки, порежу и отправлю обратно в бульон. Вот и ужин готов.

Когда сын усаживается за кухонный стол, я набираю в грудь побольше воздуха.

— Саша, папа решил пожить отдельно. Сейчас ты старший мужчина в нашей семье. Мне очень жаль.

Смахиваю предательскую слезу.

— Давай будем перераспределять обязанности. Я сейчас без машины и не буду успевать за Дашей в сад по вечерам. Что ты хочешь в обмен за эту услугу?

Вот так. Это меня в детстве шпыняли и разговаривали в приказном тоне. Иди и делай. Современные дети другие. С ними нужно договариваться.

— Да ничего не нужно, — опускает голову сын.

Долго молчит. Я понимаю, что его голову разрывают вопросы. Из всех друзей он один рос в благополучной семье с двумя родителями. Не дорос. Из-за одного подлеца его детство заканчивается сегодня.

— Он навсегда ушел или на время?

Мой хороший. Отчаянно хватается за надежду. Слезы льются ручьем. Ладно я, переживу, выреву свое горе. А дети? Сыну именно сейчас как никогда нужен отец. А он ушел. Но и ложную надежду давать не стоит. Это как отрезать хвост кошки по частям.

— Навсегда… — отвечаю я сквозь всхлипы.

Курица с рисом готова. Раскладываю ее детям по тарелкам с хорошими кусками мяса. Отдельно выставляю соленые огурцы из заготовок. Хлеб.

— Приятного аппетита. Я в ванну.

Ужасный день. Предательство мужа. О его возвращении не может быть и речи. Я такого не прощу. Ни ради детей, ни ради себя. Загулял раз — будет гулять вечно. Менять женщин, а в перерывах возвращаться в семью. Да и не смогу я обманывать себя и делать вид, что ничего не случилось. И моя жизнь, и детей уже никогда не будет прежней.

И вдобавок ко всему эта авария. Мы… вернее, теперь уже я одна, еще не погасила кредит, что брали на ремонт квартиры. И впереди маячит следующий. Срочно нужно придумать способ подработки. Может подумать о возвращении к главному бухгалтерству? Можно, наверное, договориться работать без оформления. Но я многое подзабыла за то время, что не работала. И поиск новых работодателей дело не одного дня. И как я буду мотаться по городу без машины? Налоговая, фонды…

Завтра на работе посмотрю, какие вакансии есть в интернете. Может, тексты набирать? Дома по вечерам. Старенький ноутбук у нас есть. В общем, надо думать…

Глава 5

В офис я не еду. Не хочу растрясти свое настроение на рабочую суету. Там вопросами закидают, хоть и вечер, но многие труженики по разным причинам задерживаются вечерами. Кто хвосты подтянуть, другие от семьи отдохнуть.

Велю отвезти меня в городскую квартиру. Хочется не домой, за город, а остаться здесь. Квартира в самом центре, но не на шумном проспекте, а на второй линии. Удобство несомненное, при этом никакой суматохи. Тихий ухоженный дворик, газоны, лавочки.

Отправляю водителя в магазин со списком и деньгами, по той же причине. Хочу свои ощущения принести сюда и наслаждаться ими.

Какая она! Любовь! Это же надо такую встретить!

Первым делом лезу в социальные сети искать ее фотографии. Так-так, молодец! Нахожу их штук двести. И фото из детских альбомов, и выпускной. Долистываю до отпускных. В паху становится горячо. Она стоит на фоне моря и держит на ладошке солнце.

Рубенс бы, несомненно, кинулся рисовать с нее полотна. Плавные формы, по которым скользит взгляд, словно по глади воды. Заманчивые изгибы тела, влекущие рассмотреть и прикоснуться, вернее, прижать к себе, а лучше накрыть своим телом и зарыться лицом в эту ложбинку. Локти самые прекрасные на свете, никаких острых, выпирающих костей, мягкая белоснежная подушечка. Я и не думал, что такие можно встретить не на картинах, а в живую.

Кустодиев изображал таких и купчихой, и русской Венерой, и красавицей. Мне же посчастливилось встретить ее живьем.

Провожу пальцем по манящим изгибам на экране. Зачем, ну зачем она надела сплошной купальник? Таким телом следует гордиться, носить его, как орден или наградную ленту. Но не показывать всем. Да, с этим согласен.

Очаровательные покатые плечи… невероятно прекрасные холмы груди, от бедер невозможно оторвать взгляд. Они идеальны!

Создаю папку на телефоне с названием «Моё». И весь вечер придирчиво выбираю фотографии. Первым делом в нее отправились все фото в купальнике. Жаль, что таковых оказывается немного. Затем она с детьми.

Даша! Очаровательный ребенок. Вспоминаю наш с ней разговор в машине и улыбаюсь. Надо не забыть и найти для нее конфеты, от которых не бывает диатеза. Завтра же поручу Елене, секретарю. Пусть купит.

Первый ребенок — сын. По фотографиям можно проследить все стадии его взросления. Вот он обнимает маму, нежно прижимается к ней щекой и несомненно счастлив в этот момент.

Вот она его обнимает, оба сидят на траве, она обхватывает его руками и ногами, а он, открыв широко рот, визжит от удовольствия.

На следующей фотографии парень повзрослел и как будто стесняется объятий матери. Всем телом тянется в сторону от нее, словно пытаясь вырваться, и хмурится вместо заразительной улыбки.

Козла ее я