Нежная малышка для Злодея - Арина Алексанова

волю напряженный член. Последний я тоже впервые видела так близко. Увитый набухшими венами, с рельефной головкой… Рука сама потянулась к нему, и, в следующий момент, я уже сжимала упругую плоть в ладони.

— Я и правда не знаю, что делать, — неуверенно протянула я. Руслан нахмурился и положил ладонь на мою руку. Ведя меня вверх, а потом вниз, он, без слов, продемонстрировал правильность движений. Я послушно повторяла за ним, чувствуя, как во мне просыпается любопытство.

Руслан дал мне пару минут, чтобы привыкнуть, а потом толкнулся своим агрегатом мне в рот.

— Я не смогу…

— Высуни свой язычок и оближи его.

Я коснулась влажным кончиком грибообразной головки. Мне показалось, или Руслан издал стон?

Я так и не смогла этого понять, так как просто боялась поднять голову и увидеть лицо мужчины. Я чувствовала невероятное смущение, которое мне было сложно побороть.

— Умничка. А теперь, прими его весь.

— Он слишком большой, — воскликнула я.

— Спасибо за комплимент, — хмыкнул мужчина. — Но тебе придется это сделать, малышка. Поэтому открывай ротик пошире и не зли меня, — нагло заявил Терлеев.

Я разомкнула губы, чтобы впустить в себя пульсирующий огромный член, который сразу же заполнил весь мой рот своим размером.

— Глубже. Еще глубже, — хрипло повторил Руслан, но я не смогла. Слезы брызнули из моих глаз, и я отстранилась, отрицательно качая головой.

— У меня не выходит!

Руслан задумчиво пробежался глазами по моему лицу.

— Возможно, ты действительно сказала правду. Это многое меняет.

— Ты отпустишь меня?

— Нет. Долг тебе все равно придется отработать. Но по-другому, — Руслан убрал свой член в брюки и застегнул ремень.

— Как?

— Будешь уборщицей.

— Сколько? Я так и за десять лет на расплачусь! Ты предлагаешь мне провести всю жизнь в твоем рабстве?

— Мне будет пиздец, как приятно, если мой клуб будет драить дочка Потапова. Моральное удовлетворение, знаешь ли, порой, не хуже оргазма. Устраивает такой вариант?

— Да, разумеется, да.

— Но жить ты все равно будешь у меня. Побудешь, так сказать, в заложниках. Пусть твой отец помучается, поищет тебя, потреплет свои нервишки.

— Ты — чудовище, монстр. Злодей!

— Не я такой, крошка, — мужчина слегка наклонился и чуть коснулся моего подбородка пальцами, — жизнь такая.

Глава 4

Руслан Терлеев

Моя жизнь всегда была организованной и упорядоченной. Я привык все держать под контролем. Малейшая слабина дает трещину в налаженной системе. А в последствии, это приводит к полному краху. Я многократно имел удовольствие наблюдать, как рушится бизнес конкурентов, иногда с моей помощью, иногда по вине их самих. И причиной этому всегда было то, что люди давали слабину и допускали брешь в выстроенном годами бизнесе.

У меня никогда не было ничего подобного. Жесткость, власть, сила — основные проявления характера, позволяющие встать у мачты. Когда тебя боятся — тебя слушаются.

Я управлял бизнесом уже много лет, и у меня это получалось весьма неплохо. Для незрелого мальчишки, родом из деревни Лиходеи, у которого спились родители, мои успехи на сегодняшний день — кому-то могли бы показаться чудом. Но я знал, что добился этого своим каждодневным упорством и трудоголизмом, не без помощи силы духа, которая с годами только закалилась, посильнее, чем сталь в металлургической печи, или глина на гончарном круге после обжига.

Конечно, за все приходится платить. Свою жертву я уже принес. В свои тридцать шесть лет у меня не было семьи: ни кровной, ни социальной, не было даже тех, кого бы я мог назвать «друзьями». Партнеры по бизнесу не в счет, подчиненные и обслуживающий персонал тем более. От их заискивающих взглядов мне давно уже не холодно, не горячо.

Мне не хватало человеческих эмоций. Открытости, искренности, дружелюбия, доброты.

Даже соперники и конкуренты не показывают своих настоящих чувств. Лучше бы они меня прямо ненавидели или презирали. Но нет. Скрытое лицемерие и показное равнодушие правили балом.

Я давно уже живу в мире, где нет настоящих эмоций. В мире, где каждый носит маску. А я уже давно прошел эту стадию любопытства. Раньше любил разгадывать намерения и скрытые мотивы окружающих меня людей. Сейчас я понимаю, что все их мысли практически одинаковые: как развести меня на бабки, как потопить мой бизнес, как поиметь с меня выгоду.

Может, поэтому, Мила и сумела вызвать мой интерес. Она была, словно не из этой вселенной, где правят холодный рассудок и власть. Она была искренней, настоящей. Ее эмоции были живыми, ненаигранными.

Когда она сказала, что невинна, я ошалел. За свою жизнь мне не доводилось трахаться с девственницами.

У меня было незыблемое правило: я никогда не спал с несовершеннолетними девчонками. Лишь с теми, кому уже исполнилось восемнадцать. Но, поверьте, они, в свои годы, были весьма опытными во всех смыслах этого слова. Поэтому, неудивительно, что я не принял слова Милы за чистую монету. Я думал, она набивает себе цену. Купить можно абсолютно любую девушку, вопрос лишь в количестве купюр, которые ты готов на нее потратить. Но Мила предпочла отработать уборщицей. Это было смело, и вызвало во мне некое уважение. Обслужить ротиком или лежа на спине — быстрый способ. Какая-то пара минут, и долг был бы прощен. Работать, вымывая засаленные полы после посетителей клуба, девушке придется очень долго.

Странная она.

Я вдруг поймал себя на мысли, что улыбаюсь, думая о ней. Это был плохой знак. Я покачал головой. Какие бы чувства эта малышка у меня не вызывала, я должен помнить о другом факте, связанным с ней. Она — дочь Потапова.

Я заскрежетал зубами. Ее отец — хитрый, беспринципный тип, который никогда не гнушался грязными методами. Один из его излюбленных приемов: оклеветать других, очернить, смешать с говном, чтобы самому на их фоне, стать светлее. Потапову не хватает лишь нимба на голове, чтобы его смогли причислить к лику святых. На небосводе влиятельных персон, этот человек заработал себе неприкосновенный статус. Лишь я один знал, что скрывается за этой маской.

Интересно, а дочурка моего главного конкурента знает, какой негодяй ее папаша? Если да, то значит, что яблоки от яблони упало совсем недалеко. Надо проверить Милу. Если она будет работать бок о бок со мной рядом, мне следует убедиться, что от нее не будет удара в спину. Ведь, кто знает, может, ее отец специально разработал план и подложил свою дочь под меня?

Я сел в автомобиль и завел двигатель. Милу уже должны были привезти в клуб.

Уборщицы приезжают рано утром, чтобы успеть все убрать до прихода первых