Любимая Миллиардера - Валерия Ангелос

— Подожди, — хмурюсь. — Нет, это не “маркиз”. Но и явно не классические “принцесса” или “овал”. Это вообще ни на что не похоже.

— Точно, — коротко соглашается Глеб.

Перевожу взгляд на мужа.

— Ты что…

— Я решил, для особенной женщины нужны особенные драгоценности. Такие, которые нельзя повторить и которые будут только у тебя.

Он берет ожерелье.

— Позволишь надеть? — интересуется хрипло.

— Да, — с трудом выдыхаю.

Пара минут — и вся эта роскошь оказывается на мне. Серьги пылают в ушах. Ожерелье ложится обвивает горло и оживает на груди. Браслеты защелкиваются на запястьях. Кольца скользят по моим пальцам.

Глеб подводит меня к зеркалу в пол, сам застывает позади.

— Черт, эти изумруды блекнут рядом с твоими глазами, — криво усмехается он. — Да и бриллианты гаснут. Ты гораздо ярче всех этих побрякушек.

— Нет, Глеб, ты что, — бормочу. — Настоящее произведение искусства. Таких же и правда больше не существует.

— А как еще наряжать королеву?

Невольно провожу ладонями по платью. Красное кружево совсем не подходит к таким украшениям.

— Согласен, — заявляет Глеб.

— Я же ничего не сказала, — нервно улыбаюсь.

Муж разворачивает меня лицом к себе.

— Пора избавиться от этого платья, — он склоняет голову к плечу, притягивает меня ближе, проходится ладонями по спине, скользит от лопаток до бедер. — Точнее — от подарочной упаковки. Потому что я блять хочу свой подарок. Прямо здесь и сейчас, Лика.

5

Я целую ее. Глубоко. Долго. Жадно. Блядь, до чего же она вкуснющая. Нежная. Тягучая. Так и плавится под напором моего языка.

Прохожусь пальцами по кружеву. Дергаю застежки. Сдираю с нее платье. Хочу поскорее добраться до голой кожи. Хочу полностью ее прочувствовать.

Жена слабо дергается. И я углубляю поцелуй еще сильнее, делаю все, чтобы она забылась, отдалась порыву.

Плевать на платье. Новое куплю. Сотни таких платьев у нее еще будет. Сейчас мне хочется как можно скорее добраться до ее голой кожи. Взять. Целиком и полностью. Прочувствовать. Впитать каждую эмоцию. Оголить нервы.

— Глеб! — вскрикивает она, накрывая мою голову ладонями.

Не то удержать пытается, не то оттолкнуть. А может и сама не знает. Сжимает мои волосы.

А я дальше иду.

Покрываю поцелуями ее шею, прикусываю нежную кожу, прихватываю зубами. Остаются отметины, по которым тут же прохожусь языком.

Ткань платья трещит, обнажает все то, чего так хочу.

Хотя нет. Хочу я гораздо больше. Не только тело. Душу. Ум. Сердце. Чувства. Хочу каждую грань. Пусть пронизывает. Пусть пробирает до нутра.

Я накрываю ртом ее грудь. Сжимаю соски, перекатываю между пальцами. Продолжаю эту игру. Прохожусь губами по животу. Оставляю там влажные поцелуи.

Поворот. Шаг. Еще один. Подхватываю Лику на руки, но далеко нам уйти не удается. Переплетение тел. Слияние губ и рук. Она так сладко стонет в мой рот, что сдерживаться невозможно.

Мы оказываемся у камина. На полу.

— Глеб, — шепчет она.

Выгибается подо мной. Отдается. Отзывается на каждое движение.

Я заведен настолько, что с трудом держу контроль. Довожу ее до оргазма, до судорожных и сладостных спазмов. Только потом отпускаю себя.

Бриллианты горят. Будто ее огнем наполняются. Изумруды темнеют, но от этого лишь еще ярче сияют. Камни в коробке и близко не смотрелись так, как на светлой и нежной коже моей любимой женщины. Она заставляет эти холодные драгоценности жить.

Точно ведьма.

Блядь. Только кончил, а смотрю на нее — и снова хочу. Вижу эти мелкие капли пота на лбу и над ее верхней губой. Тут же прохожусь языком. Слизываю.

Ее глаза прикрыты. Ресницы дрожат.

Я и там оставляю поцелуи. Просто не могу не дотронуться ртом, не собрать губами этот трепет.

А дальше уже вхожу во вкус. Тут как всегда. Раз коснулся — залип до конца.

Повторяю черты ее лица. Будто заново рисую. Губами и языком. Ртом повторяю контуры. Жадно втягиваю аромат ее волос.

Зарываюсь лицом в разметавшиеся пряди.

Мой член до сих пор внутри нее. Наливается кровью. Твердеет. Возбуждение накрывает опять. Разум ведет.

Она цепляется за мою рубашку. Стягивает. Ее ногти впиваются в плечи.

Блять, мне нравятся ее коготки. Нравится, что потом остаются отметки. Борозды на спине.

Моя Лика тоже та еще собственница.

— Люблю, — шепчет она, глядя в мои глаза.

Прогибается, обнимает мои бедра своими. И от этого медленного, блядски порочного движения меня прямо изнутри корябает, пробивает током.

— Люблю тебя, — отвечаю ей.

И толкаюсь вперед. Плавно. Размашисто. Так, что ее подбрасывает, а из горла вырывается надсадный стон.

Ее запах везде. Ее вкус на моем языке.

Чувствую до сауны мы сегодня не доберемся. Да и наплевать. Буду трахать ее посреди гостиной, одетую в драгоценности, которые созданы под нее.

Прямо здесь. Возле камина. Всю ночь.

Она дрожит. Выгибается. Ее мышцы ритмично сокращаются вокруг моего члена, а ногти царапают спину.

Моя Лика. Любимая.