Самая ценная особь - Саша Май

ест. Так же медленно и так же тщательно, не сводя с меня глаз. То ли загипнотизировать пытается, то ли напряженно ожидает, что я отвернусь. Не отвернусь. Ни на секунду незапертой не оставлю. Ищи её потом по всему фрегату. Тут найдется много укромных углов, где можно надолго затихариться.

Пока она доедает паек, рация успевает щелкнуть ещё несколько раз. Меня ждут на мостике. Значит, потом найду время познакомиться поближе с этой недотрогой, а ее пока придется запереть.

5. Эйя

Я доедаю очень съедобную и даже вкусную пищу, чувствуя, как тепло еды растекается по телу. Впервые за долгое время желудок не сжимается от голода. Жуки кормили чем-то мерзким — технически съедобным, но настолько отвратительным, что даже я, привыкшая к суровым условиям, едва могла этого есть.

Мужчина, который поймал меня, стоит в дверном проеме, наблюдает. Его взгляд скользит по мне, как будто он пытается решить какую-то загадку. Его внимание проникает в каждую клетку моего тела.

Когда я заканчиваю, он кивает в сторону выхода.

— Идём, — говорит он коротко.

Я поднимаюсь, следуя за ним. Он ведёт меня по узким коридорам своего корабля. Здесь всё другое, чем у жуков: металл, свет, порядок. Всё выглядит настолько стерильно и чётко, что контраст с жучатником разительно меняет атмосферу.

Он открывает дверь в небольшую каюту.

— Это твоё место, — говорит он, жестом показывая на кровать. — Здесь безопасно. Не пытайся сбежать.

Не пытайся сбежать. Легко ему говорить.

Он выходит, закрывая дверь за собой, и я слышу, как срабатывает замок.

Обвожу взглядом каюту. Она крошечная, с кроватью, столом и небольшим шкафом. Над кроватью — вентиляционная решётка. Сердце начинает биться быстрее. Если я смогу пробраться через воздуховод, у меня будет шанс добраться до спасательных шлюпок. Я подглядела план эвакуации, пока мы шли сюда.

Поднимаюсь на кровать, подтягиваясь к решётке. Она крепится на четырёх болтах, но кажется старой, а мои пальцы достаточно проворны. Я осторожно вытаскиваю первый болт, затем второй.

Каждое движение заставляет кровь бежать быстрее. Я знаю, что времени немного. Этот мужчина слишком внимателен. Он может вернуться в любой момент.

Когда последний болт наконец поддаётся, я снимаю решётку и начинаю протискиваться в узкий воздуховод. Моё сердце стучит так громко, что, кажется, его можно услышать.

Воздуховод узкий, я помещаюсь только по диагонали и приходится ползти как червяк. Медленно протискиваюсь дальше и дальше. Но, как назло, когда я уже почти полностью скрылась в воздуховоде, из каюты доносится мужской голос. Его голос.

— Ты что, издеваешься?! — звучит скорее раздосадованно, чем свирепо.

Я принимаюсь карабкаться изо всех сил, стараясь заползти в воздуховод как можно глубже, но уже ощущаю стальную хватку на лодыжках. Мужчина вытаскивает меня обратно.

— Я же сказал — не пытайся, — рычит он, схватив меня за плечи и прижав спиной к шкафу. — Что с тобой не так, черт подери?!

Его сильные руки обжигают горячим прикосновением. Рядом с ним я чувствую себя слабой и беззащитной.

Я пытаюсь вырваться, но он удерживает меня железной хваткой. Скользит по мне тяжёлым пристальным взглядом, точно пришпиливая к чертову шкафу, задерживается на губах, спускается к шее, явно отмечает грудь, обтянутую лифом тонкого платья.

Дрожу под этим взглядом. Внутри просыпается животный инстинкт загнанной в ловушку жертвы, которой проще отдаться, чем быть растерзанной. Но кроме страха, я уже испытываю притяжение к этому мужчине. А его запах… Дышала бы только им. Это потому что мой организм на генетическом уровне определил, что в банке данных ещё нет генокода этого вида, и хочет его заполучить.

— Ты что, считаешь меня идиотом? — произносит мужчина низко почти угрожающе, но не злобно.

Он прижимает меня к дверце шкафа так, что я не могу двигаться. Наклоняется, оказывается близко к моему лицу, настолько близко, что я чувствую его дыхание.

Сердце заходится в бешеном ритме, и уже не только от страха. Его сила, его близость пробуждают во мне дикую и необузданную сущность, какой я по сути и являюсь, только вынужденно держу себя в руках.

— Что ты скрываешь? — его голос становится более мягким и тягучим, но от этого только страшнее.

Он не должен узнать мой секрет.

Я молчу, но не могу отвести взгляд от его глаз. Они сверкают, как раскалённый металл.

Его руки всё ещё удерживают меня. Он напряжён, его грудь поднимается и опускается в такт тяжелому дыханию. По нему видно, что он тоже себя сдерживает. Мои феромоны уже подействовали на него, контакт установлен.

И вдруг он наклоняется и сминает мои губы в грубом жадном поцелуе. Моё сопротивление тает, а тело поддаётся. Этот грубый поцелуй пробуждает во мне то, что я никогда не испытывала. Влечение. Волнение, жар, жажду. Это больше меня и от меня не зависит. Я уже хочу этого мужчину. Хочу так сильно, что ноги слабеют, а между бедер полыхает пожар.

Он отстраняется на секунду, его взгляд становится ещё более пронзительным.

— Ты точно этого хочешь? — спрашивает он хрипло, севшим голосом.

6. Эйя

Мужчина говорит низким, хриплым, полным сдерживаемого напряжения голосом. Смотрит на меня, пронзительно, в глазах обжигающее пламя. Дрожу от смеси остаточного страха, дикого желания и ощущения, что он полностью контролирует ситуацию.

Я не могу ответить словами, но всё во мне кричит «да». Я никогда не чувствовала такой жажды — дикой, животной, захватывающей.

Он стягивает тонкие лямки моего платья. Я замираю, когда его руки касаются моей кожи. Это лёгкое движение, но у меня невольно перехватывает дыхание.

Платье медленно сползает с плеч, открывая ключицы, затем грудь. Я не останавливаю его. Хочу. Хочу больше, чем что-либо в жизни.

Его руки, большие и тёплые, обхватывают мою талию. Он прижимает меня к себе, вдавливает в мощную грудь, и я животом чувствую его эрекцию. Огромный, наполненный силой член.

Платье соскальзывает полностью. На мне только трусики, тело пылает и изнывает от желания, между ног мокро. Мужчина смотрит на мою обнаженную грудь, и я не пытаюсь её прикрыть. Это заложено в моей генетической природе. Мы, эйри, идеально настроенные на секс любовники. А в случае с этим мужчиной, моя природа требует получить его ДНК.

Он подхватывает меня на руки и в одно плавное движение укладывает на кровать. Наклоняется, целует в шею. Его горячие губы оставляют влажные следы на коже, руки скользят к груди, играют с затвердевшими