Пока снег не разлучит нас - Нинель Мягкова

Но нижняя курточка и рубашка предоставляли мало защиты от мороза.

– Снимай сапог, – приказал Сальярго, беззвучно подходя со спины.

Я аж подпрыгнула.

– Зачем?

И руками коленки обхватила, готовясь сопротивляться до последнего.

Парень выразительно закатил глаза и так протяжно вздохнул, что выбившиеся из моих кос волосы всколыхнулись.

– Лечить будем твою травму. А ты что подумала? – Он вытащил из пояса небольшую баночку с плотно притертой крышкой и сел рядом.

Плащ Сальярго тоже снял, а кожаную жилетку со множеством карманов и широкий пояс оставил. Оружие сложил неподалеку, отстегнув, но и кроме меча с кинжалом на нем явно было много чего интересного. Из ряда ячеек выглядывали острые лучики сюрикенов, из кармашков тянуло травами и чем-то сладковатым. Еда? Или еще лекарства?

К походу и любым неожиданностям коршун был готов куда лучше меня.

И это особо бесило.

Но перестать хромать хотелось сильнее, чем поругаться с врагом.

Так что я без дальнейших споров расстегнула ремни, стащила оба сапога, носки и водрузила пострадавшую лодыжку на колени добровольцу.

– Ну лечи, – разрешила ему.

А обувь приставила поближе к огню. Пусть сохнет. Внутри все хлюпало после купания в сугробе. Надеюсь, до утра основная часть влаги выпарится, а материал выдержит резкий нагрев.

Никогда не обращалась настолько небрежно с одеждой. Да и не особо занималась ею в принципе – для того слуги есть. Но об основных проблемах, которые могут возникнуть от такой вот экстренной сушки, знала.

В отличие от меня, братья частенько попадали в передряги, ночевали в глуши и прочее. А после приходилось чинить доспехи, плащи, а кое-что и выкидывать.

Сальярго от моей наглости слегка опешил. Оглядел лежащую на его бедре розовую ступню, перевел взгляд на меня.

Я приветственно перебрала пальчиками.

– Вот бессовестная, – в голосе коршуна проскользнуло уважение пополам с восхищением. – Никакого стыда.

– Я ж не спинку потереть прошу, – пожала плечами. – Тем более ты сам предложил помочь. Откуда мне знать, что там у тебя – мазь, порошок, капли? И как с ними обращаться нужно, чтобы сработало.

– Секретный рецепт моей матушки, – лицо Сальярго смягчилось.

Он провел пальцами по моей щиколотке, безошибочно отыскивая припухлости в тех местах, где уже начали наливаться багровым синяки.

Приложило меня неслабо. Повезло, если в кости нет трещин. Впрочем, на совах все заживает быстро, почти как на кошках.

Ткань штанов скользнула вверх, открывая колено.

Прикосновения Сальярго стали еще нежнее и бережнее. Я сглотнула, успев за эти мгновения сто раз пожалеть о собственной храбрости. Зачем полезла провоцировать коршуна? Знала же, что он обязательно воспользуется предложенным.

И возьмет сверху все, что пожелает.

– Перелома нет, – деловито констатировал парень и щедро зачерпнул из баночки резко пахнущую смолой и свежестью полупрозрачную мазь.

Плюхнул на середину лодыжки и принялся смачно растирать.

– Щиплет! – пожаловалась я, ерзая и пытаясь выдернуть ногу из железной хватки.

Не тут-то было.

– Терпи, – с нескрываемым злорадством приказал парень, сильными массирующими движениями вминая состав в краснеющую на глазах кожу. – Зато поможет.

Оно не только щипало. Оно еще и кололо тысячами мелких противных иголочек, проникая, казалось, в глубину мышц. Магическая составляющая? Возможно. Потому что после первых неприятных ощущений мне резко стало лучше. Ноющая боль прошла, сменяясь умиротворением и сонливостью.

– Не сопротивляйся. Поспишь, к утру полегчает, – негромко произнес коршун, продолжая разминать мою лодыжку уже обеими руками.

– Спасибо, Сальярго, – пробормотала я.

Не знаю, смогла бы сама вот так отринуть многолетнюю вражду и поделиться ценным снадобьем с противником? Наверное да, учитывая, что нас здесь всего двое, а одной выжить будет куда сложнее.

– Хватит звать меня по роду, как собаку. У меня личное имя есть! – выпалил парень отчего-то обиженно.

Меня постоянно называли госпожой Аргисури, так что ничего страшного в формулировке я не видела. Но раз ему так хочется…

– И как тебя зовут? Прости, не помню вас всех наперечет.

– Эррахор, – рыкнул коршун, окончательно оскорбившись.

А я виновата, что отец запретил упоминать вражеские роды? И их семейное древо изучать тоже.

– Сальярго быстрее выговаривается. И проще, – примирительно похлопала я парня по рукаву.

– Тогда зови Эри.

– Это не слишком фамильярно? – нахмурилась я. – Семейное же прозвище.

– Меня так все равно никто не зовет, – ухмылка коршуна вышла кривой и невеселой. – Но будет странно, если я предложу тебе звать меня «командир» или «пятый господин». Иногда секунда промедления может стоить жизни. Потому – Эри. И хватит.

– Я и сама могу за себя постоять, – проворчала, но без особого запала.

Чувствовала, что за бравадой стоит куда большее, чем Сальярго готов показать посторонней девице. И, подумав, я добавила:

– Тогда и ты зови меня Лайя. Чисто ради экономии секунд.

– Договорились, – уголки губ Эррахора дернулись чуть искреннее.

Он нашел где-то в доме тряпку почище, вытряхнул ее как следует и сейчас кутался в нее, как в плащ. Закончив с лечебными процедурами, окончательно завернулся в пестрый отрез, как в кокон.

Покосился на меня.

И молча приглашающе приоткрыл руку. Я поспешно, пока он не передумал, нырнула в нагретый закуток.

Никогда бы не поверила, что мне придется сидеть вот так, в обнимку, с сыном враждебного клана. Подбирать под себя босые ноги, утыкаться ему в подмышку в поисках тепла и тесно прижиматься к твердому боку. Но кусачий холод за стенами не оставлял выбора.

Не до разборок, когда за деревней бродит чудовище.

Будто в ответ на мои мысли с улицы донесся протяжный, низкий вой.

Глава 6

Свист ветра перекрыл другой – характерный, пронзительный. Над домом что-то стремительно пролетело, чуть не зацепив крышу, сметя снег и всколыхнув импровизированные занавески на окнах.

– Что это? – насторожилась я. – Монстр?

Внутри резко похолодало, огонь затрепетал, грозя потухнуть.

– Я посмотрю, – бросил Эри, поднимаясь и укутывая меня в хранившую тепло ткань.

– Не ходи! – я вцепилась в штанину коршуна. – Раз дома целы, а внутри сохранилась еда – внутрь чудовище проникнуть не может. Мы здесь в безопасности.

– Или просто сухие бобы его не привлекали, – парировал Сальярго.

– А зачем тебе его привлекать? – не отцеплялась я. – Сиди тихо, может, не заметит. Тем более сейчас ночь, да еще и буря. Не видно ни зги.

– Коршуны отлично видят в темноте, – не унимался искатель приключений.

– Так хочется сдохнуть? Иди, – я отпустила его руки и злобно замоталась в тряпку. – Кроме геройства, в голове иногда должно быть что-то еще. Например, разум и логика.

Сальярго потоптался немного за моей спиной и с тяжким вздохом снова сел.

– Вроде все стихло, – неохотно признал он. – Пока в здание оно не ломится, можно не