Плохой мальчик - Катерина Пелевина

Но, кажется, сегодня с Черновым я говорила точно дольше пяти минут. Впервые в жизни вообще с ним говорила… И это ужасно странно… Ещё и врезалась в него, дура, блин…

Когда прошу у преподавателя зайти в аудиторию, мне делают замечание, конечно же… Я быстро иду сесть рядом с девчонками и начинаю спрашивать, что было. Они в ответ делают то же самое почему-то, а не передают мне запрошенную информацию… Ну а следом заходит он. Король положения… Ему же наш препод не говорит вообще ни слова… Вот оно. Явное социальное отличие… Дискриминация…

Возможно, и по половому, и по финансовому признаку… Чувствую себя лохушкой… Ну а потом… Проходя мимо моего стола, этот самый змей искуситель, подмигивает мне на глазах у всей своры своих собак… Будто нарочно...

Я тут же опускаю взгляд в тетрадь, только бесполезно…

Что Арефьева, что мои девчонки, конечно же, это всё уже увидели…

Глава 3

Марина Чемезова

— Ну-ка… Что это было, а?! Маринаааа, — тут же атакует вопросами Аня, а Оля просто сидит по ту сторону от неё в шоке. У них у обеих отвисает челюсть. Так и знала, что накрутят за считанные секунды… Только дай повод.

— Ничего! Ни-че-го! Просто врезалась в него утром и только!

— Офигеть… Да ты же специально это сделала, да? — угорает Аня, хихикая в ладонь, как дурочка, пока я растягиваю губы.

— Конечно… Это был мой план по совращению Чернова…

— Да, это так, — продолжает ржать, пока препод не выказывает нам своё «фи»… Я боюсь смотреть в сторону Арефьевой, но всё же смотрю… И там… В общем, мне объявлена война. Я вижу по её взгляду. Это змеиное логово уже вовсю шипит и плюётся ядом. В меня… А я здесь вообще ни при чём, блин! Это всё он!

— Ну всё… — вздыхаю, обращаясь к Аньке. — Мне конец…

— Ой, да пошла она… Ты же бегаешь хорошо?

— Ахах, очень смешно, Аня! Спасибо…

— А если реально… Ну врезалась и что… Не может он просто так смотреть подобным образом…

— Ты на что это намекаешь?!

— Может, ты когда врезалась, потрогала там что-то у него… Ну…

— Я тебя сейчас придушу…

Они там вовсю хихикают, а мне вообще не до смеха. Опускаю взгляд и смотрю в тетрадь с ощущением какой-то подставы. Он нарочно, что ли делает это? Она же теперь просто убьёт меня. Эта сумасшедшая…

— Не бойся ты… Мы же рядом.

— Вы же не всегда рядом, Ань… Ты посмотри на них… Она разве что возле горла ещё пальцем не провела… Ку-ку точно…

— Да уж, — хмурится Анька и обнимает меня. Было бы более правдивее, если бы Антонина Федоровна утром пророчила мне смерть, а не жениха… Во всяком случае, всё ведёт именно к этому…

После пары я быстро собираю свои вещи и спускаюсь вниз. Чернов при этом ведет себя как обычно. Лениво потягивается, выбирает место презренным взглядом, вальяжно раскидывает ноги и так далее. А Арефьева… Ну она поджидает меня повсюду. Однако я постоянно с девочками… Даже в туалете…

— Спасибо, что нянчитесь…

— Ой, да брось. Ну, Рина… Ты же и сама можешь ей двинуть…

— Я не умею драться…

— Так и она не умеет. Видела её ногти?!

— Но их пятеро…

— Ну да, — вздыхает Оля, поправляя помаду, и тут дверь открывается…

— А-а-а… Лохушки тут, ну надо же…

— А что у нас нет отдельных туалетов для богачек? — спрашивает Аня и наигранно хмурится. — Ой… Придётся в общий ходить… — цокает. — Или терпеть до дома… Ты смотри, Оксаночка, я там всё своими руками трогала. Можно заразиться бедностью… Аккуратнее, — издевается, вызвав у меня смешок, и королева улья тут же смотрит на меня.

— А ты чего тут ржёшь, курица?

— Сама ты курица, — бросаю, стиснув зубы, и она тут же расправляет плечи.

— Чё ты сказала?

— Так… Мы прошли отсюда… — прикрывает меня Аня. — И вы идите. Нам проблемы не нужны…

— Её тут оставь, — грубо приказывает она в ответ, но Анька стоит за меня горой. Показывая ей средний палец улыбается.

— Вот тебе тут. Подходит?

— Сучка…

— Сама такая. Пока-пока, — схватив меня за руку, тянет к выходу, и я семеню следом.

— Я всё равно тебя поймаю, дрянь…

— Я же говорила, — бубню себе под нос, а Аня смеётся.

— Да пофиг вообще. Забей на неё. Дура просто… Если наш красавчик на неё не смотрит это в кайф! Особенно если смотрит на тебя!

— Так ты ради этого всё?!

— Конечно же! А ты как думала?! — хохочет она, а я начинаю уходить, но она хватает за руку. — Да я же пошутила, блин… Рина… Ну помутишь с ним немножко… Интересно же…

— Не буду я с ним общаться, блин. Что значит помутишь?! Мутят воду, блин, Аня!

— Какая ты душная порой бываешь, скажи же, — толкает Ольку, и та тут же поддакивает.

— Душнее некуда…

Я закатываю глаза.

— Ещё раз говорю… Я с Черновым… Никогда. Это понятно?!

— Понятно-понятно, категоричная вы наша… А ведь уже могла бы на ауди ездить и нас возить… Ну вот. Как всегда пролёт… — с горечью выдыхает она, заставив меня засмеяться.

— Ты думаешь, общение с таким как Чернов принесёт мне ауди? Ты серьёзно?

— Не общение, а секс!

— Даже слышать не хочу, — тут же начинаю уходить оттуда, ощущая себя так, словно на меня ушат дерьма вылили. И ведь знают, что я девственница. А всё равно одно да потому… Конечно, для них это возможно шутки, но мне уже надоели разговоры о Чернове и его состоянии… Господи.

Свалилось же всё это на мою голову какого-то хрена!

Тем более, что единственное, что принес бы секс с ним это проблемы и какие-нибудь скрытые заболевания… Судя по тому скольких он тут уже успел «опробовать».

Не успеваю зайти в аудиторию, как снова встречаюсь с ним взглядами в конце коридора. Он неторопливо и очень нагло зазывает меня к себе указательным пальцем, пока я смотрю по сторонам, пытаясь понять, кому адресован этот жест.

«Я?», — спрашиваю, и он закатывает глаза, кивая.

Я тут же мотаю головой, а девочки толкают меня к нему, словно готовы избавиться и сбросить за борт без спасительного круга… Предательницы…

Я оказываюсь перед ним в ужасе и не шелохнусь, пока он рассматривает меня и молчит.

— У меня нет времени на это! Что тебе вообще нужно?! — огрызаюсь, а он достаёт из кармана мой пропуск в главный корпус.

— Я думал твоё, но раз нет…

— Подожди!