Посвящение в бывшие - Анастасия Феникс

— Это пиздец, — мрачно выдал он и засунул инструменты в футляр обратно. Тут же прозвучал звонок и мы, напялив шапочки медиков на голову, поправили тетрадки, достали футляры с инструментами и поприветствовав Николая Николаевича, преподавателя по анатомии, начали дальше учиться. Эх, еще 7 лет мучений, но они того стоят.

Этим же вечером я стояла возле института, где мы договорились встретиться с Ярой. Никитос должен был подойти через пятнадцать минут, я же, как обычно, опередила всех и пришла первая, значительно поменяв свой внешний вид. Яркий макияж, лабутены, кожаная одежда и свои собственные волосы. Да, вечером я снимаю парик и становлюсь собой — блондинкой с мелированием перьями. Да, знаю, что это тренд из 90-х, но мне нравится. Посмотрев на часы, я изнутри закусила губу. Эх, где же ты, Яра? Я же волнуюсь...

Стоя и грызя свеженький маникюр, я переминалась с ноги на ногу, давно уже сняв заточку со шпильки. Нет, что-то мне не по себе, подружка, где же ты?

Черная темнота парка пугала очень сильно, но я знала, что мне никто не сможет навредить, тем более, что у меня есть оружие. Наплевав на страх, я направилась прямиком в зловещую темноту. Не прошла и пары метров, как услышала испуганный вскрик. Яра?!

Не разбирая дороги, я понеслась вперед, сквозь густые заросли деревьев, продираясь сквозь кусты, разрывая на себе одежду, три раза я упала. Руки саднили, ногу, которую я подвернула из-за этих чертовых каблуков, дергало, а про левую ступню я вообще молчу, но я стойко переносила боль. Плевать, там Яра!

И вот в темноте замаячили рыжие волосы, которые лежали на земле. Рядом был еще один силуэт, явно мужской. Я не видела ничего, кроме затылка со шрамом. Не раздумывая, подняла руку с заточкой и, выскочив, нанесла удар. А потом еще и еще, в совокупности около пяти, но ни одного смертельного! Лицо мужчины было скрыто маской Ноунейма, которая слишком зловеще выделалась в свете луны. Резкий выпад и нож воткнулся мне в плечо, а потом с влажным звуком вышел. Преступник побежал прочь, а я не стала догонять. Сейчас были вещи намного важнее. Подбежав к подруге, похлопала ее по щекам.

— Яра, Ярочка, очнись!

Я упала на колени перед подругой, чьи волосы разметались по земле. Приложив дрожащие пальцы к шее, я поняла, что пульса нет. Его нет! «Первая помощь, нужно оказать первую помощь…» — билась в голове единственная мысль. Я сколько могла делала искусственное дыхание, около десяти минут, но она так и не задышала. Да и как, если, когда я подняла голову, то обнаружила проломленный череп?! Да и весь её внешний вид… Господи, да за что?! За что ты еще и ее забрал?!

Слез не было, истерики тоже, перед глазами был лишь затылок брюнета, который я узнаю из тысячи. Убийца… Ты ее убил… Кое-как собравшись с мыслями, я дрожащими пальцами набрала Никиту и сказав, что на Яру напали, скинула ему геолокацию.

Пришел он почти мгновенно, видимо, уже ждал на нашем месте. Ничего не спрашивая, он подскочил к Яре и, положив пальцы на пульс, покачал головой. Поджав губы, Осипов начал делать непрямой массаж сердца, но уже через минуту просто сел рядом, закрыв рот ладонью. По его щеке скатилась слеза. Вот, даже мужчины плачут, все плачут, кроме тебя, Александра.

Ты выплакала уже все, что могла…

Глава 1

Не выходи из комнаты; считай, что тебя продуло.

Что интересней на свете стены и стула?

Зачем выходить оттуда, куда вернешься вечером

таким же, каким ты был, тем более — изувеченным?

Шумную гримерку, в которой температура уже давно перевалила за 40 градусов из-за количества девушек, не спасали даже два кондиционера и вентилятор. Но, несмотря на это, здесь не стоял застарелый запах пота, не воняло другими человеческими отходами и так далее. Лишь сладковатый запах помады, однотипных духов и новой кожи, из которой нам пошили черные платья, витал в воздухе, забивая собой рецепторы носа.

Еще раз подняв голову, посмотрела через зеркало на всю эту бегающую ораву девушек в однотипных платьях, и, вздохнув, встала со своего удобного стула. Звук моих шагов, пусть их и мало, был отчетливо слышен, я единственная, кто носил туфли со шпильками еще до того, как надо выходить на сцену. Привычка, всегда быть готовой.

— Так, давайте ещё раз все повторим для новеньких! — хлопнула я в ладоши в унисон с дверью, — Здравствуйте, Ирина Олеговна! — улыбнулась я зашедшей в гримерную красивой женщине 40 лет, единственной, кому удалось тут удачно выскочить замуж. За нашего главного — Князя. Но она ему походит, да и грех ей завидовать — ее муж навсегда прикован к инвалидному креслу, пусть он и невероятно богат. Да и сама Ирина Олеговна прекрасна — брюнетка, умная, ноги длинные, есть вкус, есть все данные для работы в модельном агентстве, но выбрала танцевать тут. И нашла любовь всей своей жизни.

— Добрый, — кивнула она в ответ, — девочки, новое правило, — послышался недовольный ропот, а я, скептически подняв бровь, посмотрела на нее. Куда еще правило? Впрочем, одним больше, одним меньше, — не отсвечивать. Вы не должны выделяться. Все как одна, простые танцовщицы. Один в один, — Киса испуганно потрогала свои сиреневые волосы, — нет, не в этом плане. Не быть такой, как Александра, — все согласно закивали. Ну да, я действительно не похожа на остальных! Сумасшедшая в депрессии! Но странно, что все, даже новенькие, посмотрели на меня и закивали, как болванчики, даже не зная, чем я отличаюсь от остальных!

— А в связи с чем это связано? И, в каком плане? — поинтересовалась я. Не, а с каких пор Александра в не закона?!

— К нам приехал Хан, — а, ну ясно. Чекнутый братец нашего начальника! Милота, два сумасшедших на одном периметре! Впрочем, мне пофиг.

— Блин, вот кошмар, мало того, что спать с мажорами нельзя, начальник — инвалид, а еще... - начала новенькая, но договорить я ей не дала.

— Ты уволена, — сказала я будничным тоном. Охренеть, сто штук в месяц получает, еще и возмущается! Мы танцуем только по субботам и воскресеньям, причем даже не стриптиз, а она... Только уже бывшая новенькая хотела открыть рот, как я продолжила, — за оскорбление начальства. Кира, знамени, — шикарная местная Круэлла (она покрасила волосы так же) изящно встала и поманила новенькую, а потом