Посвящение в бывшие - Анастасия Феникс

Насупившись, новенькая, имя которой я так и не запомнила, как и псевдоним, вышла из помещения через задний выход, хлопнув дверью. Ну вот и все, нет больше зайчика-попрыгайчика!

— Так причем тут я? — вырвалось у меня. Почему поведение Александры вне закона? — что я делаю не так?

— Снежка, — обратилась ко мне Ирина Олеговна, назвав по псевдониму, — он выискивает девушек с делинквентным, отклоняющимся поведением, а потом использует для своих целей. И почему-то часто девушки после его интереса пропадают. И кольцо на пальце тебе не поможет.

— Ну тогда, если что, опасаться надо ему, — выдохнула я и, взглянув на часы, кивнула девушкам, чтобы выходили. Семеня на шпильках в 10 см, они очень хотели материться, но было запрещено. Правда, ни у кого не возникало желание уволиться. Резко, когда я проходила мимо, Ирина Олеговна схватила меня за руку и произнесла:

— Князь очень любит Хана, он не простит тебе, если ты ему хоть как-то навредишь, — в ответ я лишь кивнула и, вздохнув, натянула фальшивую улыбку. Сейчас я — Снежка, директор танцевальной группы, лучшая из лучших. А остальное потом.

Поэтому я, ни капельки не сомневаясь, вышла на сцену под громкие апплодисменты зрителей-мажоров. Все поражаюсь, как ему удалось создатьэто?! Мы лишь танцуем и никто не смеет даже предложить нам переспать, подкатить или же нарушить правила, не заплатить за приватный танец, который мы танцуем в одежде! Напоминает чудо.

И вот свет софитов направлен на нас, хлопки стихли и на волю вырвались первые ноты песни. Подошедшие к этому времени парни стали позади нас, обхватив руками талии. А дальше уже по-настоящему грянула музыка, песня Полины Гагариной "Вода". Разворот, прыжок, выдох, вдох, переворот, переступить... Все делалось настолько синхронно, что порой стук шпилек заглушал саму музыку... Но я не обращала внимание на это, моей задачей было лишь увидеть новое лицо, того самого Хана.

Глава 1.1

Музыка, что заставляла нас двигаться все это время, стихла, сменившись аплодисментами. Но даже сейчас улыбка, которую можно было наблюдать на моем лице, не более, чем искусная подделка, фальшивка. Мне плевать на всех тех, кто сейчас сидит передо мной и я уверена, что мой взгляд, который тяжело заметить из-за яркого макияжа и легкого прищура, говорит о том же. Все они лишь избалованные дети богачей, а кто-то и сам богач, и за это я их ненавижу. Дело даже не в деньгах, не в том, что у них есть все, что они пожелают, а в том, что меня этого лишили. Собственная мать лишила, растратив огромное состояние отца, промотав его, как выигранный миллион!

Пока эти мысли скопом проносились в моей голове, я смотрела то на Князя, то на пустующий рядом стул. Но ведь Ирина Олеговна сказала, что он здесь?! Переферийное зрение, что было развито гораздо лучше обычного, выхватило странную, колеблящуюсю тень справа. Невольно скосила глаза в ту сторону и увидела силуэт человека. Я так понимаю, это Хан и есть? Но почему он прячется, ведь... Ай, ладно, плевать я на это хотела. Очередной мажор, который мне не сдался. Отклоняющееся поведение!.. Ненормальный братец!.. Все это — лишь слухи, не более.

— Снежка, — ко мне подошел Бульдог, местный байкер 45 лет, который имеет какое-то отношение к Газпрому. Прозвали его так из-за того, что он был довольно-таки крупным, накачанным мужчиной с квадратной нижней челюстью и немного лающим голосом. Единственное отличие от пса — борода. В руке у него был букет лилий. Уже два года он исправно приносит мне цветы, на оригинальную версию которых у меня аллергия, со словами, что это лишь знак признательности. Может его останавливает обручальное кольцо на моем пальце от дальнейших посягательств, или он вспоминает про свое — неизвестно, но мне приятно, — ты как всегда замечательна!

— Благодарю, — сказала я от души и улыбнулась по-настоящему, искренне, — а вы, как всегда, очень милы и обходительны, — получать цветы мне было приятно, потому что это было как символ того, что я — красавица. Короче, тешила я ими свое эго.

Оно же маленькое ещё, крышу ещё не пробивает!

Рассмеявшись, Бульдог ушел обратно на свое место, а наша группа рассредоточилась по территории комплекса. Я же, пулей метнувшись в гримерку, поставила цветы в вазу. Красивые и гипоаллергенные. Милота! Выскочив обратно, осмотрелась. Девчонки уже разбежались кто куда, ведь теперь наступило время приватных танцев.

Выдохнув, пошла между шатров, которые исполняли роль комнат. В каждой был диван, три стула и шест. Причем последнее приспособление не подразумевало под собой стриптиз, просто иногда мы делали такие телодвижения, что опора была просто необходима. А вообще, по желанию можно и стриптиз станцевать. Главное, не раздеваться.

Пройдя от начала и до конца, решила вернуться, так как шататься без дела хорошо, а получать прибыль — лучше! Тем более, что под играющие сейчас песни я танцую особенно хорошо. Музыка только начала играть, а наглые мажоры уже растащили всех девушек по местным «приват-комнатам», где за каждый танец им заплатят по пять касарей, которые мы потом отдадим Князю.

— Снежка, — позвал меня Бульдог и поманил пальцем. От такого обращения хотелось сначала закатить глаза, а потом сломать ему этот самый палец, но Бульдя — мой любимый клиент, так что ему прощалось, — станцуй.

Улыбнувшись, я проследовала за ним в один из шатров. Внутри все было как всегда и везде: теплый свет, который я тут же сменила на холодный, шест из металла, что притягательно поблескивал, диван из зеленой кожи, такие же стулья, блютуз-колонка на случай, если играющая снаружи музыка не подходит.

Байкер плюхнулся на диван, как обычно расставив ноги в тяжелых ботинках. А потом подключился к колонке и включил песню «Million dollar baby» Авы Макс. Тело само начало энергично двигаться в такт музыке, выделывая такие па, что позвоночник хрустел. Основной критерий при наборе девушек сюда — умение импровизировать. Прямо на кастинге нам ставят старую, непопулярную или малоизвестную песню, под которую мы должны без репетиции станцевать. Ведь клиент может захотеть поставить любую песню, поэтому ты должен уметь танцевать под все, хоть рок, хоть попсу, хоть «Лунную сонату» Бетховена.

Сама не замечала, как танцевала, но прекрасно понимала, как это выглядит со стороны. Черное платье, что облегало как вторая кожа, соблазнительные изгибы тела, движения, волосы, что собраны в высокий хвост и заделаны черным бантом, яркий макияж… Я великолепна, но