В Ад - Бренда К. Дэвис

охватить запястье и руку. Но здесь не было гончих, лишь замысловатые символы внутри пламени, которые являлись частью древнего демонического языка. Буквы появились в тот момент, когда он восстал из О гня творения и не менялись по сей день.

Огни творения сделал его непохожим на других В арколаков, которые также когда-то восстали из пламени. Ни один из них не был отмечен символами. Буквы, подобные Зиве, влияли на его характер и придавали сил. Наличие Зивы считалось даром мощи, выносливости и мужественности. Но символ также был проклятием, поскольку награждал носителя частичкой души адской гончей.

Кобаль был единственным В арколаком, который когда-либо содержал в себе двух адских гончих. Его предшественники управляли псами, но ни один из них не родился с существами внутри себя. Мой взгляд снова сосредоточился на двух адских гончих на его руке. Феникс и Крукс были парой. Кобаль по своему желанию мог освободить псов, чтобы натравить на врага. И в эти мгновения псы ликовали.

Предполагалось, что В арколак был законным правителем Ада, но прибытие сюда Люцифера шесть тысяч лет назад все изменило. Кобаль провел свои полторы тысячи шестьдесят два года существования в попытках вернуть трон, отнятый у предков за тысячелетия до его рождения.

— А вот и паромщик, — пробормотал Корсон.

Мое внимание переключилось с Кобаля на Ашарун. Корсон вынул пальцы из воды и встал. Гулкий вой призраков резко прекратился. Духи вновь ушли под воду. От внезапной тишины у меня перехватило дыхание.

Из арки выплыло судно. Фигура, стоявшая в лодке, использовала посох, чтобы передвигаться по воде, из-за чего на поверхности образовалась рябь. Лодка напоминала гондолу, которую я когда-то видела на открытках, с фотографиями из Венеции. Узкий нос судна поднимался по меньшей мере на пять футов, а затем плавно опускался. Что-то было прибито к носу, но я не могла толком разобрать, что именно.

— К ак насчет гончих, Кобаль? — поинтересовался Магнус.

Мое внимание переключилось на Магнимуса, который предпочитал имя Магнус. Последний демон иллюзий не раз спасал мою жизнь. Он научил меня использовать способность по извлечению энергии, вместо того чтобы прибегать к огню, который появлялся, когда я паниковала. Временами он мне нравился, но иногда бесил настолько, что я хотела задушить высокомерного демона.

Благодаря светлым волосами, серебристым глазам и идеально точеными чертами лица Магнус больше подходил для ангела, чем для демона. Единственное, что придавало ему демонический вид — два черных рога длиной в шесть дюймов, изогнутых по бокам головы. Его волосы закрывали большую часть рогов, но их кончики и очертания все равно были видны.

— Отправь запрос на еще одного паромщика, — приказал Кобаль.

— А сколько их? — уточнил Хок.

— Трое, — ответил Ликс.

Ликс — один из пяти скеллеинов, которые отправились с нами в путешествие и которые выжили в битве с Люцифером у печатей. Другие скеллеины остались с Мораксом и Верин, которые должны были отвлекать Сатану. Остальные зависли на Земле с Шаксом, Эрин и Варгасом. Отправившиеся с нами скеллеины понесли большие потери в битве за печати.

Поскольку Ликс был немного выше других собратьев, у меня получалось их различать. Несмотря на идентичную внешность, я научилась подмечать тонкие различия в существах. У этого на черепе было маленькое плоское пятнышко, а у того пальцы длиннее, но, в отличие от Ликса, остальные мне так и не представились.

Все скеллеины были ниже пяти футов. В основном около четырех с половиной футов роста. Когда я впервые встретила скелетообразных, любящих выпить и загадывать загадки существ, то растерялась. Но при более тесном знакомстве я обнаружила, что они мне нравились.

На Земле скеллеины носили человеческие вещи, что помогало различать их пол и личность. В Аду они избавились от украшений, пытаясь слиться с местностью. Я надеялась, что когда мы покинем Ад, то существа вновь начнут носить одежду, а Корсон серьги.

Эта черная яма отчаяния лишила всех жизнерадостных сторон и снова превратила в безжалостных, свирепых демонов. Я приветствовала их дикость, так как это помогало нам сохранить жизни, но желала снова увидеть скеллеинов, потягивающих пиво и экзотично одевающихся.

Корсон снова опустился на колени у береговой линии и окунул пальцы в воду. Мне тоже захотелось опустить в нее пальцы, чтобы выяснить особенности воды. Горячая или холодная? Г устая, как кровь, на которую была похожа, или как вода на Земле? Тем не менее, я не подошла. Неизвестно, как бы я отреагировала на такое количество призраков. Бьюсь об заклад, речь не шла о чем-то трогательном, где мы все взялись за руки и смели «experience».

Призраки снова взвыли, вспенивая воду.

— И все трое паромщиков уродливы, как смертный грех, — заявил Ликс.

— Не уродливее других отвратительных существ, которых мы видели, — заметил Хок.

Ликс воткнул кончик меча в каменистую землю и оперся на него, повернувшись к Хоку.

— О х, юный бывший человек, ты видел только верхушку пресловутого айсберга, когда речь заходит об уродстве.

Хок сердито посмотрел на Ликса в ответ на «бывший человек»… но это было правдой. Если бы кровь канагского демона, Лилит, не смешалась с кровью Хока, то я бы уже горевала по мертвому другу. Вместо этого его геном изменился, превратив в канагского демона и позволив забраться так далеко в Ад. Т еперь Хок питался сексуальной энергией и призраками, как и другие демоны. Хок был не в восторге от новообращенного статуса демона, но все же смирился. В любом случае лучше, чем смерть.

— Это обнадеживает, — пробормотал Хок.

— В Аду нет ничего обнадеживающего, — ответил Ликс.

Лодка подошла достаточно близко, чтобы я сумела разглядеть что-то похожее на бычий череп, прикрепленный к носу.

Однако череп был более вытянутым, чем у быка, а его красные рога длиной в два фута загибались вверх до тех пор, пока кончики не соприкасались посередине. Я не знала, какому существу принадлежал череп, но мне бы не хотелось столкнуться с живым аналогом.

Кобаль отпустил меня, когда из затененного туннеля появилась еще одна лодка. Адские гончие прошлись по береговой линии, а затем встали по обе стороны от меня и Кобаля.

Несколько массивных гончих терлись головами о мои бока и толкали до тех пор, пока я не погладил их гладкую черную шерсть. Псы напоминали волков, но по размерам были сопоставимы со львами и могли оторвать мне голову одним взмахом лапы. Но эти милашки не причинят мне вреда.

Корсон встал и отошел от воды. Когда его связь с водой прервалась, призраки сразу залегли на глубину. Раздался скрежещущий звук, когда первая лодка проскользнула между