До самой смерти - Элис Вайлд

Он резко останавливается, и я врезаюсь ему в спину, когда впереди из тени выступает пара каменных стражей, загораживая нам путь.

Эрос тихо ругается себе под нос, пальцы крепче сжимают мою руку, пока я выглядываю из-за его плеча.

– Ты, – гулко произносит один из стражей, его низкий голос будто проходит сквозь меня, – ты идешь с нами.

Значит, они искали Эроса?

Я хмурюсь, недоумевая, что он мог натворить, чтобы город пришел в такое смятение.

Но, взглянув на него, замечаю, как Эрос мягко отодвигает меня назад, пытаясь заслонить собой от взгляда стражников Аида. Только теперь до меня доходит, что обращались вовсе не к нему, а ко мне.

– Боюсь, вы ошибаетесь, – спокойно говорит Эрос, в то время как их взгляды остаются прикованы ко мне. – Смертная и я только что вернулись в город и имеем неотложное дело. Так что, если позволите, мы отправимся дальше.

Он пытается провести меня мимо, но стражи не двигаются.

Один из них кладет руку ему на плечо, и Эрос едва не падает под этой внезапной тяжестью.

– Это не просьба, – произносит другой, вновь обращая взгляд на меня. Я изо всех сил стараюсь не шевелиться под их вниманием, хотя по спине пробегает холод.

– По высочайшему приказу Аида, – продолжает страж, – все женщины в пределах города должны быть приведены к нему. Немедленно и без исключений.

3. Хейзел

– Она всего лишь простая смертная, – фыркает Эрос, пренебрежительно махнув рукой. – Уверен, Аиду она не интересна. Слишком заурядное создание для его вкусов…

Его слова жалят иглой. Но стражи, похоже, совершенно безразличны к этим насмешкам. Они грубо отталкивают его в сторону и тянутся ко мне.

– Идем, – приказывает один из них, когда я инстинктивно отшатываюсь, прижимаясь спиной к узкой стене и с тревогой глядя на Эроса.

– Беги, – шепчет бледный бог, и этих слов мне достаточно.

Я разворачиваюсь и бросаюсь прочь, босые ноги болезненно шлепают по камню, пока мчусь обратно тем же путем, которым мы пришли. Позади раздается яростный рев одного из стражей, в этот же миг весь город будто оживает вокруг меня. Земля и стены дрожат от гулкого отклика десятков голосов, и меня едва не сбивает с ног, когда вибрации проходят сквозь тело, сотрясая его до костей.

К счастью, узкие проходы между дворцами богов оказываются слишком тесны для каменных стражей Аида, и я несусь через них, не смея оглянуться, чтобы проверить.

Поворачивая за угол, внезапно врезаюсь в чью-то грудь и вскрикиваю от ужаса, когда сильные руки обхватывают меня.

– Это всего лишь я, смертная, – тяжело дыша, произносит Эрос.

– Как… – выдыхаю я, едва способная говорить.

– Я им не нужен. Они ищут тебя, быстрее. Если мы сможем добраться до моей спальни…

Проглотив ком в горле, качаю головой, ноги подкашиваются, и я падаю. Эрос ловит меня, не давая удариться коленями о камень, и я повисаю у него на руках без сил.

– Прости, – шепчу я, когда голос наконец возвращается. – Пожалуйста, дай мне немного отдохнуть.

– Боюсь, это невозможно.

– Они ведь не смогут пройти по этим узким улочкам, верно?

– Нет, – отвечает он мрачно. – Но есть те, кто сможет, и они уже вызваны.

Мои глаза расширяются от страха, когда я поднимаю взгляд на Эроса и поражаюсь тому, что вижу на его лице ту же тревогу.

– Чего они хотят от меня?

– Боюсь, я не знаю, – отвечает Эрос, его челюсть сжимается, и я понимаю, что он знает больше, чем говорит. – Давай, я понесу тебя.

Я не спорю с ним, когда он легко поднимает меня на руки.

– Почему бы нам просто не улететь отсюда во дворец? – шепчу я после того, как Эрос осторожно выглядывает из-за угла, прежде чем свернуть. – Ты же можешь летать.

– Здесь слишком тесно, не взлететь, да и небезопасно.

Мы продолжаем двигаться молча. С каждой минутой Эрос становится все напряженнее, и вскоре я понимаю почему.

До меня доносится ритмичный марш солдатских сапог, бьющих по земле, гул нарастает все больше и больше, приближаясь.

– Эрос?

Бог застывает, его челюсть напрягается, кадык заметно двигается, когда он сглатывает. Мы оборачиваемся и видим, что окружены. Со всех сторон к нам приближаются вооруженные солдаты. Эрос отступает, прижимая нас к стене, его глаза широко раскрыты.

Звук шагов внезапно стихает, когда один из солдат, высокий, широкоплечий мужчина, поднимает руку, подавая знак остановиться. Тишина становится невыносимой.

Затем солдат делает шаг вперед, его глаза сужаются, сначала останавливаясь на Эросе, а потом на мне.

– Отдай девушку, Эрос.

– Зачем она ему?

– Это не твое дело. Не усложняй ситуацию. У нас есть приказ.

– Деймос, ты всерьез думаешь…

Эрос не успевает договорить. Один из воинов, стоящий в боковом проходе, внезапно ударяет его тупым концом копья в бок, из-за чего Эрос издает приглушенный стон. Он пошатывается, этим пользуется другой страж, ударяя Эроса по ногам, чтобы заставить бога опуститься на колени.

Я вскрикиваю и падаю вместе с ним, но Эрос каким-то образом успевает удержать меня, прижимая к груди… пока острие черного меча не оказывается у его горла.

– Это последнее предупреждение, – говорит Деймос, и жестокая ухмылка растягивает его губы. – Но, если честно, мне бы больше понравилось, если бы ты его проигнорировал.

– Ты получишь ее только через мой…

– Я пойду с вами, – перебиваю я Эроса, прежде чем он успевает закончить угрозу.

Оба мужчины замирают, ошеломленно глядя на меня, будто забыли, из-за кого вообще спорят.

– Ты слышал девушку, – произносит Деймос, угол его рта с вызовом поднимается.

– Пожалуйста, Эрос, – шепчу я, прижавшись лбом к его груди, чтобы только он мог услышать. – Не проливай свою кровь ради меня. Не оставляй меня здесь без надежды.

Эрос колеблется лишь секунду, прежде чем мягко ставит меня на землю. Клинок по-прежнему упирается ему в шею.

Едва я освобождаюсь из объятий Эроса, как еще один страж подходит и грубо поднимает меня на ноги, его перчатка неприятно трется о мою кожу.

– Ведите ее во дворец повелителя, – приказывает Деймос, не опуская меча, направленного на Эроса.

Меня ведут прочь, пока он остается позади, и последним, что я слышу, становится его короткое, резкое проклятие, от которого по спине пробегает дрожь.

Когда нас выводят из узких переулков на главную дорогу, ведущую к дворцу Аида, замечаю, что я не одна – других женщин тоже тащат туда. Это приносит слабое утешение, но не снимает тревоги.

Единственное объяснение, которое приходит мне в голову, – это все из-за бала. Наверняка не мои поступки вызвали такую реакцию… Я