Анатомия обмана - Татьяна Ларина

Как же мне хотелось смеяться с ними, как хотелось поделиться своими историями! Каждый раз, когда среди одноклассников звучал вопрос, кто сделал физику или химию, у меня перехватывало дыхание в надежде, что спросят у меня, и тогда я гордо протяну свою тетрадку с решенными задачками. Ко мне никогда не обращались, а сама я не решалась предложить списать. Только через полтора года, в конце первого полугодия девятого класса у меня появился друг. Первый и единственный в том городе…

Папа решил устроить грандиозное празднование Нового года. Он получил разрешение провести настоящую вечеринку-маскарад, поэтому раздал всем ученикам самые разные организационные задания. Как я ни пыталась упросить его не включать меня в число организаторов и позволить не ходить на праздник, папа не уступал. Мне было поручено после уроков украсить актовый зал вместе с ребятами из класса старше. Несмотря на то, как сильно я не хотела во всем этом участвовать, после последнего урока я смиренно пошла в актовый зал.

С опаской заглянув в приоткрытую дверь, я никого не увидела и, если бы не ворох новогодних украшений на краю сцены, решила бы, будто что-то напутала. Я прошла к сцене и стала разбирать клубок мишуры, аккуратно раскладывая каждую. Когда через двадцать минут никто так и не пришел, я даже обрадовалась, что спокойно украшу зал одна. Да, это заняло бы довольно много времени, но ведь папа сам просил меня это сделать. Включив в плеере любимую группу, я забралась на стул и, пританцовывая, стала крепить серебристые снежинки к шторе, а когда повернулась, чтобы взять еще несколько, в ужасе замерла. Напротив меня стоял десятиклассник и улыбался во все тридцать два зуба. Я отлично знала этого парня. Он был сыном Филатовых – владельцев завода, производящего пластиковую тару, самого крупного предприятия в нашей области. Таких, как он, за глаза называли богатенькими, а в открытую старались лебезить, чтобы заполучить дружбу. Как и все девчонки в школе, я находила его очень привлекательным, но даже думать не смела о знакомстве с ним.

– Ты что, испугалась? – со смешком вопросил он и, подойдя к сцене, сел на ее край.

– Нет… я… А ты чего так подкрадываешься? – пряча наушники в карман, я попыталась изобразить возмущение.

– Да вроде не подкрадывался. Я просто зашел. Кстати, меня Игорь зовут. А ты?

– Лина.

– Лина… Точно… Ты же дочка директора?

– Да, – мне хотелось сказать, что его я тоже знаю, но я не решилась. Чтобы как-то скрыть свое смущение, я взяла снежинки и снова взгромоздилась на стул.

– Оставь. Я их повешу. Ты лучше эти бусы распутай. Что-то тут какая-то дрянь, – Игорь поднял вверх метровую нить, увешанную стеклярусами. – Кстати, по ходу, мы с тобой вдвоем будем все тут украшать. Остальных оставили на дополнительную алгебру, потому что за контрольную полкласса схлопотали пары.

– А ты?

– А у меня с математикой все хорошо, вот и отправили на трудовую повинность.

Мы до позднего вечера украшали актовый зал и даже не заметили, как вся школа опустела. Одноклассники Игоря не пришли даже после дополнительного урока, но мы о них не вспоминали. Удивительно, но этот далекий, как мне всегда думалось, парень оказался настоящим весельчаком и таким простым, что рядом с ним я совсем забыла, какой жабой являюсь сама. Выяснилось, что нам нравилась одна и та же музыка, мы любили одни и те же фильмы, и оба увлекались фантастикой. После того, как мы закончили с залом, Игорь вызвался проводить меня до дома.

Когда мы с ним шли по заснеженной улице, я чувствовала себя самой настоящей Золушкой. Только в отличие от сказочной принцессы, меня не ждал хэппи-энд, так, во всяком случае, я полагала. Мы распрощались у моего подъезда, и я пошла домой в твердой уверенности, что уже завтра Игорь даже не посмотрит в мою сторону. Каково же было мое удивление, когда на перемене после первого урока он сам нашел меня, чтобы передать флешку с музыкой, которая нравилась нам обоим. А потом был новогодний маскарад, где он пригласил меня на танец…

Никто в школе не верил, что такой парень, как Игорь Филатов, мог серьезно увлечься мной – «крокодилихой». Такое звучное прозвище придумали мои одноклассники, а остальные ребята охотно поддержали. Тем не менее, с каждым днем наше общение становилось более тесным. Он был первым, кто взял меня за руку, первым, кто позвал на настоящее свидание, первым, кто поцеловал. Несмотря на все сплетни и домыслы, несмотря на то, что его родители и моя мама были против наших отношений, мы доказывали всем и друг другу, что наша любовь преодолеет их неверие. И ведь так и было, пока нас не выкинуло во взрослую жизнь, где наша попытка быть вместе потерпела сокрушительное фиаско.

Расставание с Игорем оказалось слишком болезненным, оно выбило почву у меня из-под ног, стерло все краски жизни. Хотя в том, что так вышло была и моя… нет, даже в первую очередь была моя вина. Тогда я уже переехала в Москву, поступила на иняз и даже обзавелась друзьями. У меня началась новая жизнь, которую не получилось разделить с тем, ради кого я так стремилась быть самостоятельной. Филатов не остался в Москве и переехал обратно в Романовец, а я все эти годы старалась не приезжать в ставший родным город, чтобы ненароком не встретить первую любовь. Я почти не навещала родителей, хотя действительно скучала по ним, а они не могли часто выбираться в столицу. Сейчас, проносясь мимо знакомых полей и лесов, я понимаю какой глупой была. Страшась призраков прошлого, я забывала о ценности времени, которое могла бы провести с семьей.

Смахнув со щеки слезинку, я взглянула на поблекший указатель некогда родного города, и сердце забилось сильнее. До дома оставалось всего ничего, и только сейчас я сообразила, что не знаю, как найти слова поддержки маме, а ведь еще надо организовать похороны, поминки… Коллеги, ученики, соседи – все наверняка захотят проститься с моим отцом. Но как все это правильно устроить? Папа был единственным мужчиной в семье, у него осталась одинокая сестра, моя тетка, и восьмидесятипятилетняя мать… Бабушка. Сказала ли ей уже мама? Как она справится с таким ударом?

Вдруг машину резко занесло. Я вывернула руль и ударила по тормозам. За всеми этими мыслями я не заметила, как выжала газ и разогналась до непозволительной скорости. Дрожащими руками я отстегнула ремень безопасности, открыла дверцу и вышла на улицу. Холодный влажный воздух немного привел в чувства,