Мой сочный пэрсик! Я тэбя съем! - Андреас Попандопулос

— Нет, Рахат! Рано ещё показывать! А артикуляционные органы, это прежде всего — губы и язык. Они должны быть хорошо развиты…

— Я согласэн поработать губами и язиком!

* * *

Всё это время руки мужчины были на коленях у Оксаны. И сейчас Рахат развёл ноги женщины в стороны властным движением своих горячих рук.

— Рахат! — Оксана чуть не задохнулась от того, что её ученик сделал.

А потом и вовсе у неё дар речи пропал, потому что он встал на колени и откинул юбку Оксаны наверх.

— Я сэйчас буду работать язиком, а вы, Оксана Николаэвна, говорите вслух правила русского языка. Знаетэ, как я быстро учусь?

Оксана отрицательно покачала головой. Всё это было похоже на какой-то сон. Сказочный и ненастоящий! А раз сон, то во сне всё можно!

— Сэйчас узнаетэ! Начинайтэ, Оксана Николаэвна, я буду вас вниматэльно слушать! И нэ отвлэкайтесь! Прилягтэ лучшэ на спинку! Расслабтэсь!

Рахат огладил обнажённые ноги Оксаны. Поднялся руками вверх к бёдрам и притянул свою учительницу ближе к краю стола. Она лежала, затаив дыхание. Рахат увидел под юбкой кружевные бежевые трусики. Они были настолько маленькими, что можно было просто отодвинуть в сторону, чтобы добраться до сладкого. Но Рахат захотел снять их.

А когда он чего-то хотел, то смело и решительно делал. Он вообще был очень решительным мужчиной.

Таким образом, в его руках оказался тонкий клочок кружев. Ластовица трусов была насквозь мокрой, и Рахат не стесняясь поднёс женское нижнее бельё к носу и глубоко вдохнул.

— Это божэствэнно! — он аж прикрыл глаза. — Мнэ срочно надо вкусить вас, Оксана Николаэвна!

— Делайте что хотите, Рахат… Похоже, мне снится слишком нереальный сон… Так ведь не бывает!

— Ещё как бываэт!

— Рахат, ваше произношение ужасно!

— Я буду работать над ним!

И он начал работать над произношением. Для этого нужно было делать специальные упражнения. Артикуляционная гимнастика — отличная штука! Главное раньше времени не эякулировать самому — подумал мужчина. Не зря эти слова чем-то созвучны.

Рахат настойчиво припал губами к припухшей от возбуждения промежности Оксаны. Её плоть была розовой, мягкой и гладкой. Она сочилась влагой. Рахат сразу же стал быстро лизать. Распластал язык широкой «лопатой» и стал вылизывать Оксану. Это было отличное артикуляционное упражнение.

Оксана застонала.

А ещё было хорошее упражнение — вытянуть губы трубочкой и всосать в этот момент клитор.

Оксана ещё громче застонала.

Да. Рахат был хорошим учеником. Умелым и старательным. Он вообще никогда не понимал тех мужчин, которые брезгуют оральными ласками. Их приятно не только получать, но и дарить своим женщинам. А Оксана теперь стала его. Теперь она от него никуда не денется! Кончит, научит русскому языку и женится! Хотя нет. Замуж за Рахата выйдет. Только так.

Но пока это были только мысли мужчины. Следовало приступить к осуществлению первой задачи — Оксана должна кончить. Поэтому Рахат высунул язык и сделал его острым, как «Иголку». Это было ещё одно артикуляционное упражнение.

Очень хорошее упражнение! Рахату оно понравилось, потому что Оксана остро на него отреагировала. Она немного ёрзала, не стесняясь стонала и текла. Да, текла прямо на язык Рахата. Мужчина охреневал, какая чувствительная ему женщина досталась.

Рахат стал обводить женский клитор по кругу острым твёрдым языком. Сначала круг в одну сторону, потом в другую. Мужчина чередовал движения языком и не забывал про посасывание клитора. Этому местечку следовало уделять больше всего внимания.

Оксана обо всём на свете забыла. Где она? Кто она? Как она здесь оказалась? Кто так старается у неё между ног и тщательно вылизывает киску? Пальчики Оксаны давно легли на голову Рахата и пробрались в густые волосы мужчины.

Это было какое-то блаженство. Рахат был чертовски хорош в оральных ласках. Где он всему этому научился? Или это всего лишь артикуляционная гимнастика для его языка и губ? Что ж. Это он хорошо придумал. Пусть делает упражнения. Ему это полезно.

— Сладкая моя… Сочная моя… Ты такая вкусная! И я нэ понял, почэму ты молчишь? Почэму нэ произносишь вслух правила русского язика? Давай начнём с простого — с алфавита!

— Я в шоке… Я не могу говорить… — еле произнесла Оксана.

— Ты уж постарайся! — с укором сказал Рахат. — У нас с тобой врэмени нэ так много. Давай совмэстим полэзное с приятным? Мне будэт полэзно, а тэбэ приятно. Хотя нэт. Мнэ тожэ приятно это дэлать.

Речь мужчины была с ошибками, но что он говорил — повергало Оксану не в ужас, а в краску. И как бы стыдно и неловко ей сейчас ни было, но она хотела притянуть голову мужчины к себе, чтобы снова почувствовать его настойчивые смелые ласки. Чтобы он лизал, лизал и лизал… А значит, надо согласиться с ним. Будет ему алфавит!

— Хорошо, я попробую… — тихо произнесла Оксана, лишь бы Рахат продолжил делать «приятно и полезно».

— Тогда начинай! Ну-ка произноси буквы по порядку, а я буду их выписывать кончиком язика!

Он не просил, а приказывал. Будто он здесь учитель, а не Оксана.

— Рахат! — возмутилась она.

— Начинай, моя женщина! — строго сказал мужчина.

Какой грозный! А у самого губы блестят от женской смазки. Вот бесстыдник!

Оксана покраснела. Ей никто так раньше не приказывал, и никто так не отлизывал. Но ей всё нравилось. И первое, и второе. И третье — если он предложит, то тоже, скорее всего, понравится.

— А… бэ… вэ… — Оксана начала произносить буквы по порядку. Настолько медленно, чтобы Рахат успевал водить кончиком своего языка по клитору. — О боже…

— По буквам, Оксана!

Первый раз Рахат назвал Оксану просто по имени. Он решил откинуть приличия и не звать её больше по отчеству. Они сейчас настолько близки, что ближе уж некуда! Он у её ног. А она у него на языке.

— Мне трудно по буквам, Рахат… Ты…

— Ты кончить хочэшь?

— Хочу!

— Тогда говори буквы! А я буду записывать!

Оксана не могла отказать Рахату. И он снова стал прописывать буквы языком.

— А… бэ… вэ… — Оксана начала заново. — гэ… дэ… да-а-а...! — она аж вскрикнула и вцепилась в волосы Рахата пальцами, а потом продолжила произносить буквы по порядку.

Какой, однако, у мужчины был язык… Точнее, артикуляционная гимнастика была очень хорошей! Оксана не успела дойти до последней буквы алфавита, как уже дошла до оргазма.

Женский протяжный стон был музыкой для ушей мужчины, который расположился возле ног своей учительницы.

— Мне понравилось это упражнэние! Думаю, мы его пока что оставим на потом — я принцип понял. А