Турагентство "Крутой маршрут" - Адель Колуэ

на эмоциях, — пояснила Рина. — Нужно будет учиться. Я тогда почувствовала, как внутри что‑то вскипело — как и перед тем, как дать ему… — она осеклась, — ну, ты поняла. Что ещё можно проверить прямо сейчас?

— Твой удар мы проверять не будем, — улыбнулась Наталья. — А что насчёт связи? Попробуй связаться с бабушкой. Помнишь? Просто представь её.

Наталья достала из кармана небольшой прозрачный кристалл, переливающийся голубыми искрами, и передала подруге.

Рина положила ладонь на кристалл и сосредоточилась, представляя Любовь Петровну — её улыбку, голос, запах травяного чая, который та вчера заваривала.

Кристалл засветился мягким светом, и в голове Рины прозвучал голос:

«Рина? Девочка моя, вы в порядке? Я так волновалась!»

— Тётя Люба! — вслух воскликнула Рина, схватив подругу за руку. Она кивнула, приложив кулак с оттопыренными мизинцем и большим пальцем к щеке, показывая, что связь установлена. — Да, мы в порядке. Проверяем мои способности.

«Ох, слава всем богам, — в голосе женщины прозвучало облегчение. — А где этот гарный хлопец, который набивался мне в зятья? С вами?»

— Алексей с Натальей, всё хорошо, не волнуйтесь. Мы уже вернулись в башню…

И тут произошло нечто невероятное: Рина одновременно услышала голос Наташи мысленно и вслух — подруга общалась с той же Любовью Петровной.

— Сейчас пойдём к целителям, узнать, как дела у раненого… — докладывала Наталья своей бабушке.

Рина лихорадочно отгоняла мысли: «Сконнектила… Конференцсвязь… Селектор…» Но, видимо, плохо с этим справилась — Любовь Петровна их услышала и попыталась успокоить:

«Подумаешь, селектор. Откуда это слово знаешь? Отличная же способность! Иногда нам, землянкам, нужно тайно обменяться мыслями. Только осторожнее, девоньки, чтобы об этом даре никто пока не знал. А сейчас вслух говори Наталье, что всё получилось, и жду вас у целителей».

— Всё получилось, — улыбнулась Рина, глядя, как советовала Любовь Петровна, на Наталью, словно никакой трёхсторонней связи и не было. — Кстати, тётя Люба тоже у целителей.

— Так пошли быстрее! — направилась к выходу Наташа, схватив за руку Алекса, но не отпуская Рину. Она тащила их за собой, словно буксир, практически не слушая подругу, которая уже распределяла роли в их команде:

— Наталья — логист! Отвечает за межмировые линии… — Рина щёлкнула пальцами. — Чуть не сказала «авиа»! Я — мастер локальных перемещений. А ты, Алекс, судя по всему…

— … отвечаю за безопасность, — усмехнулся страж. — И за то, чтобы вы обе, все втроём, не вляпались в очередную авантюру. Хотя, судя по всему, это бесполезно.

Наталья рассмеялась:

— Зато теперь мы понимаем, почему портал открылся прямо в библиотеке. Кто‑то, — она с улыбкой пристально посмотрела на подругу, — ещё не умеющий работать с внутренними переходами, решил помочь охране. А его желание Элмиргард с радостью выполнил, одарив этими способностями. Пусть и без договора, но мироздание играет на нашей стороне… Мир хотел помочь себе избавиться от тёмной магии — ему и так плохо от перекоса сил. Ну, и нам заодно…

— Или проверить, — добавил Алекс серьёзно. — Посмотреть, как мы отреагируем. И что сможем противопоставить вторжению.

— И, кажется, у нас получилось, — кивнула Рина.

Наталья наклонилась к ней поближе и прошептала:

— Значит, у нас теперь есть: твои локальные порталы, моя межмировая связь через активатор, твоё усиление тела, наша эмоциональная магия и общая система связи? Неплохо для начала.

Глядя, как подруга, перечисляя их суперспособности, «играет бровями», Рина рассмеялась:

— И всё это — чтобы не дать какому‑то принцу испортить нам жизнь.

— Или чтобы сделать её интереснее, — добавила Наталья. — Пойдём быстрее, а то я бабулю со вчерашнего вечера не видела, а ведь у нее утром уже должны были проявиться первые магические способности, если ночью ничего не случилось экстраординарного и Дар не влился в неё аварийно, как в случае Ильи, а то бабушка три дня постельного режима не выдержит…

— Если хочешь, можем пробежаться, только юбки на ходу не укорачивайте, а то студиозы глаза сломают, а мне придётся им шеи свернуть, — фыркнул Алекс, но в глазах у него мелькнула улыбка. — И дай нам мироздание хотя бы минут десять без сюрпризов…

Глава 4

Проснулась я сегодня от солнечного лучика, щекотавшего мне своим теплом веки, как в детстве. Вначале встрепенулась: «Проспала!» — а потом осадила себя: «Доить коров, а потом кормить и их, и цыплят, и собаку мне не надо — я вчера перешла в новый мир… Целитель, который колдовал надо мной, наверное, наслал этот лечебный сон».

Лежу, смотрю в узкое, непривычное окно, а там такое небо яркое — не то что у нас на Земле. И думаю себе: «Ну вот, Любушка, дожила! В твои-то годы по другим мирам шастать!»

Тело сегодня меня радует — ни косточки не болят, ни спина не ноет. Прямо как в молодости! Чтобы продлить этот праздник подниматься не торопилась, потому что в последнее время изношенное тело редко дарило мне такие минуты, когда нигде не стреляет и не ломит…

Наслаждаясь крайне редким ощущением обманчивой молодости, лёгкости и здоровья, я просто нежилась глядя сквозь узкое окно, как по небу плывут облака… Целых пару минут, а затем решительно откинула одеяло, ожидая, что натруженное плечо напомнит о себе ощущением огненной спици, но нет…организм опять пощадил…

Медленно, как научилась уже за долгие годы старости, села, спустив ноги на пол, а потом, придерживаясь за изголовье, осторожно встала, аккуратно распрямляя спину… И только полностью выпрямившись, выдохнула с облегчением… Всё же в моем возрасте конная прогулка это риск…

Умывалась долго… А все из-за того что сослепу мне показалось, что кожа на руках какая-то неправильная… Непривычная… А ещё, меня удивило, что вроде вода холодная, а обычного озноба нет…

Накинув своё просторное платье, которое ещё вчера сама, с подсказками внучки, повесила на плечики в чудо‑шифонер, чтобы сегодня не думать, как его выгладить, ведь Наталья говорила, что они только перебрались в эту башню и ещё толком не обжились, пошла знакомиться со своим новым миром… Вернее, на кухню — там вечером точно видела, печь здоровенная стоит.

Люблю я с печками возиться ещё с детства: и готовить, и вообще… Помню, как с мамой — когда всем колхозом (в прямом смысле, а не в переносном) восстанавливали разбитые хаты — замазывали саманом печки, чтобы, если от взрывов где‑то была трещина,