Мальвина. Ошибка наемницы - Алена Бондар

— Я хочу знать все подробности, — бесстрастно, как машина, произносит он. — Как, сколько, под каким углом, даже размер его члена.

— Ах-ха! — не выдерживаю и закатываюсь хохотом, жалею, когда разбитая губа даёт о себе знать. — Ты серьёзно? — пытаюсь унять смех, не веря своим ушам.

— Да, — спокойно, с лёгкой улыбкой на кончиках губ, отвечает он.

Я не была готова к такому повороту. Не то чтобы меня смущает рассказ о том, как я трахалась с барменом, просто его подход к допросу. Он нестандартный, и это меня сбивает.

Стоит мне понять, как работать с этим субъектом, как он снова удивляет, выбивая дверь моей уверенности с ноги.

— Хорошо, если тебе это так важно, — бросаю хищный взгляд в его сторону и делаю еще один глоток.

— Подожди минуту, — резко вставая, рявкает он.

Хлопнув дверью, он покидает помещение, оставляя меня наедине с моими догадками о нём.

Возвращается с пачкой сигарет и пепельницей. Охренел? Он типа будет курить и слушать, как я сплю с мужчинами? Главное, чтобы руки на столе держал, а не под ним.

— Что смешного? — усаживаясь обратно, спрашивает он, протягивая мне пачку.

— А? — понимаю, что пока была в размышлениях, лыбилась как дура. Непрофессионально.

— Куришь? — кивает на пачку в руке.

— Нет, — пытаюсь вернуть прежнее хладнокровие и уверенность.

— Хорошо, я курю, — с этими словами он закуривает сигарету и откидывается на стуле.

— Продолжай…

* * *

Открываю дверь в одном полотенце на голове. Ловлю робкий и оценивающий взгляд этого смуглого парня с кудряшками.

— Заходи, — рукой приглашаю его в номер.

Он молча заходит и ставит бутылку светлого вина на журнальный столик из ротанга. Я вижу, что он не ожидал такой откровенности с моей стороны прямо с порога. Значит, надо брать всё в свои руки и разогревать его окончательно.

Я грациозно перемещаюсь к нему за спину, он вздрагивает. Дурная привычка, надо избавиться от нее вне работы. Парень пытается повернуться, но я останавливаю его, кладя руки на широкие плечи.

— Замри, — мурлычу ему на ухо.

Он беспрекословно подчиняется, а я начинаю медленно стягивать с него футболку, оголяя его подкачанную верхнюю часть и медленно провожу пальцем по рельефному смуглому торсу. Чувствую, как возбуждение зарождается в районе низа живота и медленно расползается языками пламени как пожар.

Прислоняюсь к его телу и медленно осыпаю его ключицу поцелуями. Его кожа начинает покрываться легкими мурашками от возбуждения. Перехожу к шее и, высунув язык, провожу по ней вверх кончиком. Он дёргается.

Мило. Даже немного смешно. Продолжаем.

Обхватываю его руками сзади и, найдя ремень от джинсовых шорт, расстегиваю его, параллельно играя язычком с его мочкой уха.

Ремень расстегнут, и шорты падают. О! Кто-то не носит трусов? Его член вырывается на свободу, словно я освободила яростное дикое животное. Его хозяин следует его примеру и, резко развернувшись, хватает одной рукой меня за бедро. А второй, обхватив ягодицу, тянет к себе, убирая любое расстояние между нами.

Он впивается губами в мои, меня начинает обжигать от этого прикосновения, и я отвечаю. Наши языки переплетаются в страстном поцелуе, а его руки впиваются пальцами в мою бархатную кожу, оставляя следы.

Я обхватываю его за шею руками и запрыгиваю на него, обхватив ногами торс, а он помогает, придерживая за ягодицы. Мир вокруг начинает смазываться, остаются только эмоции.

Они сильны, первобытны и хищны. Я прикусываю его нижнюю губу, а он сильнее сжимает мои ягодицы и, приподняв меня, насаживает на свой член.

— Ах! — вскрикиваю я. Ощущение сжигающей заполненности охватывает низ живота, бьёт электрошоком по всему телу.

"Кудряшка" смотрит своими красивыми карими глазами в мои, но я отвожу взгляд и запрокидываю голову назад. Никаких зрительных контактов.

Его толчки становятся всё сильнее, а я невольно стону в такт каждому его движению, словно растворяясь в ощущениях, которые накрывают волной. Тело горит от напряжения, каждое прикосновение разжигает внутренний огонь, превращая мысли в расплавленное желание.

Его уверенные, требовательные движения стирают грань между болью и наслаждением, заставляя меня терять контроль. В груди нарастает сладкое напряжение, сводящее с ума в предвкушении неизбежного освобождения.

Я жадно ловлю каждую секунду близости, ощущая себя подвластной его ритму, но одновременно упиваясь властью над собственным наслаждением.

Мир сужается до его тела, жара кожи, тяжёлого дыхания, глухого стука сердца — всё сливается в безумный вихрь эмоций, в котором я теряюсь и нахожу себя снова.

Я прикусываю губы и стону, сильно, часто — в ритм.

Он останавливает процесс, и я растерянно открываю глаза. Смена позиции.

Опускает на ноги, которые сейчас ватные, и я немного дрожу. Он, видя это, придерживает меня и ведёт к кушетке. Кладёт на спину и раздвигает мои ноги, чтобы освободить себе пространство.

Через мгновение он на мне. Толчок! Ещё толчок, и я снова закатываю глаза, уходя в мир страсти и всеобъемлющего наслаждения.

Его движения ритмичны, отработаны до автоматизма. Я не сдерживаюсь и впиваюсь ногтями в его смуглые рельефные плечи, параллельно кусая себя за нижнюю губу. Жар наших тел опять обволакивает и накрывает огнём всё вокруг. Звук трения влажных тел усиливается, но я перестаю его слышать. Я близка к оргазму.

Оргазм накрывает внезапно, как волна, которая долго собиралась где-то в глубине, а затем обрушилась с неудержимой силой. Тело напрягается до предела, мышцы сводит сладкая судорога, а в груди распускается жаркое, пульсирующее чувство, разрывающее сознание на осколки света и звука.

Дыхание сбивается, превращаясь в хриплый, отчаянный стон, вырвавшийся прежде, чем я успеваю его сдержать. Кажется, будто весь мир исчезает, остается только это нарастающее, бесконечно острое наслаждение, которое разливается от кончиков пальцев до самых глубин.

Он следует моему примеру, и я чувствую, как его член разбухает внутри меня. Взрыв — и парень делает резкие рывки, заполняя меня своим семенем. Его рык переплетается с моими стонами. Закончив, он падает на меня и выдыхает.

* * *

Смотрю на этого курящего наглеца и пытаюсь понять, что он сейчас испытывает.

Возбуждение? Страсть? Холод? Непонятно.

— Доволен? — прищуриваясь, спрашиваю.

— Неплохо, — делая очередную затяжку табачного дыма, хрипит мой слушатель.

— Ты от этого получаешь удовольствие? — с ехидной ухмылкой продолжаю.

— Ну, работа должна приносить что-то приятное, — с издевкой произносит мужчина.

Бесишь!

— Извращенец, у тебя имя есть? — пытаюсь унять раздражение.

— Есть, конечно, — он опять откидывается на стуле и делает очередную затяжку.

— И? — развожу кисти рук в наручниках в стороны.

— Дмитрий, — тихо, почти шёпотом отвечает мой собеседник.

— Дима, значит? Хм... — хмыкаю, перекатывая язык во рту и облизывая зубы. —