Жених без ГМО - Ирина Лав

— Арсений, — начала Катя, подавшись вперед и понижая голос до грудного, доверительного тембра. Включая ту самую частоту, которая заставляла директоров корпораций подписывать контракты на миллионы. — Скажи честно. Как быстро твой код компилируется, если девушка просит о долгосрочном партнерстве?

Арсений поперхнулся вином.

— В смысле? — прохрипел он, заливаясь краской.

— В прямом. Мои фоликулы входят в фазу лютеиновой недостаточности. Мой дизайнерский организм требует апдейта в виде потомства. Ты строишь будущее архитектуры, а мне нужно построить счастливую семью в пределах Третьего транспортного кольца. Твои мощности позволяют обрабатывать такие запросы в режиме реального времени? Или нужна перезагрузка системы?

За соседним столиком интеллигентная пара поперхнулась сыром. Арсений снял очки и начал судорожно протирать их салфеткой. Его пальцы тряслись уже не слегка, а полноценной дрожью Паркинсона.

— Ты делаешь мне предложение? — прошептал он, одев очки обратно на нос. Глаза за толстыми линзами стали огромными, как блюдца. — На первом свидании? Даже без A/B тестирования гипотезы?

— Тестирование мы провели, — отрезала Катя. — Первая гипотеза «Фитнес-тренер» провалилась по метрикам эмпатии. Вторая гипотеза «Интеллигентный айтишник» показала отличный отклик интерфейса. Арсений, кончай бекендить. Выходи в прод. Пойдем ко мне? Я покажу тебе свою библиотеку книг по маркетингу. Обещаю, никакого протеина. Только сложные углеводы в виде пастилы.

Арсений молчал секунд десять. Катя видела, как в его голове бешено вращаются вентиляторы охлаждения процессора. Он переводил взгляд с декольте Кати на ее губы, потом на дверь туалета (проверяя, нет ли там запасного выхода).

Наконец он выдохнул:

— Хорошо. Но у меня два условия. Первое: утром ты готовишь яичницу. Второе: если мой сервак упадет, пока я буду у тебя, мне придется уйти посреди ночи. SLA (соглашение об уровне обслуживания) никто не отменял.

— По рукам, — кивнула Катя, поднимаясь и небрежно бросая на стол купюру за вино. — Платинку оставь себе. Купишь нам на сдачу сервер для детской. Пошли, будущий отец моих детей. Время — деньги, а мои яйцеклетки вообще котируются на бирже золота.

Она взяла его за руку. Рука была теплой, чуть влажной и абсолютно настоящей. Никакого запаха спортзала. Только легкий аромат пластика и чего-то удивительно похожего на надежду.

Глава 4

Интерфейс «Кожа к коже»

— Проходи, — Катя вытащила ключи из двери.

Она не стала включать верхний свет. Только подсветку по периметру потолка и торшер в углу, заливающий комнату теплым мёдом.

Арсений остановился в центре коридора и принялся осматриваться. Жилье в доме у Коломенской набережной — это вам не шутки. Чем Катя, разумеется, безмерно гордилась. Особенно, когда выстрадала ипотеку и смогла дышать московскими выхлопами более свободно.

— У тебя красиво, — выдохнул он.

— Красота подстраивается под нагрузку, — усмехнулась она, закрывая дверь. Замок щелкнул с пугающей финальностью. — Располагайся. И раздевайся.

Катя действовала быстро. В ее работе долгие прелюдии убивали конверсию. Она подошла вплотную, взяла его лицо в ладони и поцеловала. Губы у него были мягкими, неуверенными и чуть дрожали.

Она начала стягивать с него худи. Под ним оказалась самая обычная белая футболка из масс-маркета. Никакого рельефа. Просто мягкий мужской живот и грудь, покрытая редким, но абсолютно нормальным волосяным покровом. Никаких кубиков. Никакой обезжиренности.

«Идеально», — подумала Катя, чувствуя, как внутри разливается давно забытое тепло. Ей надоело заниматься любовью со статуей Давида, которая каждые сорок секунд спрашивает, можно ли ему съесть банан для закрытия углеводного окна.

Они упали на кровать. Очки Арсения куда-то улетели (позже выяснилось, что под подушки). Катя провела рукой по его спине, ощущая лопатки. Настоящие, человеческие лопатки, которые сутулились перед монитором, а не высеченные из камня крылья античного героя.

— Кать… — прошептал он ей куда-то в шею. — Я должен признаться. Мой опыт взаимодействия с живыми женщинами в горизонтальном положении составляет примерно ноль целых пять десятых. Остальной трафик шел через монитор. Если я сделаю что-то не так...

— Молчи, — приказала она, начиная расстегивать ремень на его джинсах. — И доверься своему бэкенду.

Код ошибки 404: Чувства не найдены

Все произошло стремительно. Когда они наконец оказались максимально близко друг к другу, Катя закрыла глаза, готовясь принять долгожданный апдейт своей личной жизни.

И вот тут случилосьоно.

Сначала мозг зафиксировал тактильное несоответствие. Там, где должна была чувствоваться приятная тяжесть и уверенная наполненность, было… пусто. Словно она пыталась обнять призрака или опереться на плотный ком горячего воздуха.

Катя открыла глаза.

В комнате горел теплый свет. На ней лежал задыхающийся, красный, вспотевший IT-гений тридцати с лишним лет. Он тяжело дышал ей в ключицу, вцепившись пальцами в дорогое льняное постельное белье так, будто боялся провалиться сквозь матрас в квартиру соседей снизу.

Но ниже пояса происходило нечто странное. Нечто, нарушающее все законы физики и анатомии.

Катя попыталась понять свои ощущения. Вернее, их отсутствие. Между ними зияла абсолютная сенсорная депривация. Пустота. Звукоизолированная комната ожидания в аэропорту Шереметьево.

— Так, стоп, — сказала Катя вслух. Голос прозвучал хрипло и неуместно громко.

Арсений вздрогнул и приподнял голову. По его виску стекала капля пота.

— Что? Тебе неудобно? Извини, я могу перелечь на другую сторону, у меня сколиоз немного смещает центр тяжести…

— Арсений, — перебила она, стараясь сохранять тон вежливой техподдержки. — Мы же перешли в продакшн. Где продукт?

Он моргнул. Затем посмотрел вниз. Потом снова на нее. Лицо его, уже начавшее приобретать цвет спелой свеклы, медленно начало бледнеть, становясь цвета офисного потолка.

— Ты про… архитектуру? — пискнул он.

— Я про физический интерфейс! — рявкнула Катя, теряя терпение. Она села на кровати, натянув одеяло до подбородка. Осмотрела поле битвы.

На простынях ничего не было. То есть, мужчина там присутствовал полностью, включая носки (он забыл их снять), но критически важная деталь конструкции словно прошла фазу дематериализации.

— Ой, — тихо сказал Арсений и попытался отстраниться, чтобы спрятаться под одеялом, но запутался ногой в одеяле. — Кажется… кажется, у меня случился Stack Overflow. Это всё стресс. Лимбическая система перекрыла приток крови к периферийным устройствам.

— Какой еще стек?! — взвилась Катя. — Какое переполнение?! Арсений, посмотри на меня! Именно меня каждый бабский журнал выставляет в своих публикациях как «дурную модель для подражания»! Я пережила предложение работы с серой зарплатой вместо предложения руки, я чуть не захлебнулась слезами в аквариуме, мои биологические часики тикают так громко, что соседи вызывают полицию! Мне нужен результат транзакции! Здесь и сейчас!

— Я знаю! — почти плача, выкрикнул он. — Я очень стараюсь! Но мой процессор перегревается! Одно дело писать алгоритмы для распознавания лиц в системе городского видеонаблюдения, и совсем другое — когда это самое лицо