Будущее вместо настоящего - Katherine Angel

будто парализовало. Зато мозг, опомнившись, услужливо напомнил: я ведь сама лично взяла две тарелки. Заказ был на двоих. Но я, самоуверенная натура, решила, что англичанин, вероятно, сделает мне предложение и пригласит на ужин прямо перед панорамным видом на весь город. А оказалось, что дама на этот вечер у него уже есть. И какая дама. Я бы просто убила за такие ноги. Со своими полутора метрами (ладно, чуть больше) я могу даже не претендовать: её ноги — это, по ощущениям, весь мой рост. Чёрт.

Следом за ней, вероятно прямо из ванной, выходит англичанин — при полном параде: чёрный костюм, белая рубашка, чёрный галстук. Выглядел он настолько безупречно, что мне вдруг захотелось немедленно испортить всю эту идиллию. Задетое женское самолюбие требовало вцепиться в это идеальное лицо и выцарапать стальные глаза — а потом оставить их себе в качестве сувенира на память. Но, вместо этого, мне пришлось стиснуть зубы и вернуться к работе.

И на что я, спрашивается, надеялась?

Студентка. Официантка. Неужели мой разум всерьёз рассчитывал, что на меня обратят внимание, возьмут в жёны и увезут куда-нибудь в Лондон? Это даже звучит смешно. Хотя, надо признать, имеет право быть: во всех романтических фильмах, сериалах и книгах такие вот богатые мужчины только и делают, что влюбляются в обычных девушек, устав от пафоса светских львиц. Видимо, мой англичанин до стадии "устал" ещё не дошёл. Он всё ещё купается в лучах роскоши и получает от этого немалое удовольствие. А эта стерва с длинными ногами, судя по всему, умеет это удовольствие доставить.

— Good evening, (Добрый вечер) — вежливо приветствует англичанин, доставая по дороге телефон. Мой глаз непроизвольно дёргается от нервного скачка, и язвительный ответ вырывается прежде, чем я успеваю его остановить:

— Good night. (Доброй ночи)

Признаться честно, сейчас вечер. Но мне так захотелось оспорить любое сказанное англичанином слово, что в этом стремлении я едва не опозорила себя. Ибо даже Артём поднял брови и посмотрел на меня с весёлым осуждением, намекая какая я недалекая.

Мужчина остановился спиной ко мне, медленно обернулся — и посмотрел так, что дрожь непроизвольно пробежала по всему телу. То ли его удивила моя дерзость, то ли он прикидывал, достойна ли я ответа. А потом, боже, помоги мне, он ухмыльнулся. В самом прямом смысле этого слова: уголок красиво очерченных губ приподнялся, а в глазах заискрилось тёмное веселье, будто ему понравилось. Ну а мне больше и не надо. Сердце сделало кульбит, губы сжались, чтобы сдержать глупую улыбку, а глаза трусливо спрятали взгляд. Как бы глупо это ни звучало — мне понравилось, что ему понравилось. А потом он отвлёкся на телефон, обрывая этот губительный контакт прежде, чем я успела растечься лужицей у его ног.

А стерва выползла уже через две минуты — полностью готовая к показу мод. Красный топ с глубоким декольте, юбка того же цвета, полоска плоского живота между ними, красивая грудь, и — куда без них — те самые длинные ноги. Собранная, отглаженная, будто её только что достали из витрины и протёрли от пыли. На секунду меня накрыла зависть. А следом за ней, услужливо, как старый знакомый, подтянулось чувство неполноценности. С моими генами мне пришлось два с половиной года помирать в спортзале — и всерьёз задуматься о пластическом хирурге. А эта брюнетка выглядит так, будто такими формами наградили её при рождении, вместе с именем и, наверное, квартирой в центре. Где справедливость, я вас спрашиваю? Хотя кого я спрашиваю.

Глава 4

После долгого сна — в котором, между прочим, успели засветиться и Влад, и англичанин, причём оба вели себя так горячо, что я проснулась с абсолютно промокшим нижним бельём, — я наконец приступила к сборам. Предварительно, разумеется, написав своему потенциальному партнёру о согласии. Он ответил мгновенно: мол, ожидал примерно такого развития событий. И, как только пришёл со смены, тут же начал собираться.

Вот это меня слегка задело. Предсказуемая — не самый лестный комплимент для женщины, знаете ли. Хотя, если подумать, можно считать, что у нас космическая связь: он чувствует меня на расстоянии. Просто космос работает в одну сторону, и, судя по всему, это моя сторона. Ну и ладно. Усмехнулась — и пошла собираться.

Нахожу самый подходящий вариант, чтобы не казалось, будто я его соблазняю, а так, словно так хожу ежедневно. Из шкафа достаю тёмно-синий джинсовый костюм: короткая юбка, белая футболка, курточка сверху и кеды. Юбки я ненавижу всей душой — но эту купила из особой любви к цвету. И из-за курточки: она не длинная и не короткая, а ровно та самая, в самый раз. Носила её и с другим низом, и буду носить, потому что сегодня она — мой главный союзник в пленении Влада. Пусть наконец перестанет крутиться вокруг этой Илоны и заметит мою красоту.

И не важно, что красота эта не до конца натуральная. Она всё равно моя. Губы я накачала, как только появились свои деньги, — почти незаметно, только чтобы придать объём и цвет. Дальше по списку: нарощенные ресницы, ламинированные брови, временами линзы, ежедневный макияж. Я на секунду задумалась, много ли во мне вообще настоящего, — и решила не углубляться. Вопрос риторический, ответ неприятный.

Закончив краситься, вылетаю из квартиры, успев поймать недовольный взгляд отчима. Ну ничего, придётся ему смириться: я больше не ребёнок и в любой момент могу упорхнуть из дома. Хотя, конечно, пока не планирую. Оставлять маму с ним наедине — опасно. Так что упорхаю пока только до Влада. И, надеюсь, обратно — уже с ним.

Мы встретились в центральном парке, где Влад уже ждал меня на одной из лавочек, листая что-то в своем телефоне. Он выглядел вполне себе уставшим; не удивительно, после работы он идет на танцы и домой возвращается ближе к полуночи. Интересно, он пропустил сегодняшние занятия из-за меня, или у него сегодня выходной. Надо бы незаметно узнать об этом.

— Бу! — подхожу сзади и пугаю его, что не сработало; Влад просто повернул голову и улыбнулся, выглядя очень измученным. Стало как-то совестно. В отличие от него я успела выспаться, а он, как только пришел со смены, был вынужден опять уходить. Хотя, это ведь