Академия Кроувилл. Наваждение для декана - Наталья Гордеевская

к щелке у косяка — тишина. Осторожно открыла дверь и выглянула. На мое счастье, коридор был пуст, и я на цыпочках пробралась к кабинету декана и еле слышно поскреблась в дверь, надеясь, что он еще там.

Мне никто не ответил, и я постучала чуть громче, замирая от страха, что Агата или Коллекционер услышит и захочет узнать, что тут происходит.

Дверь распахнулась, и на пороге возникла фигура декана. Я скользнула в кабинет, стараясь ступать неслышно, как маленькая мышка.

— Хорошо, что вы еще здесь, — тяжело дыша, прошептала я. — С Агатой что-то не так!

— О чем ты? — непонимающе нахмурился Рауф. — Мне она показалась такой же, как и обычно: надоедливой и сующей нос куда не следует!

— Вы ее не знаете, как я, — я прижала палец к губам, призывая говорить его тише. — Она только что не смогла войти в мою комнату! И артефакты, которые вы установили, ярко светятся!

— А вот это уже кое-что, — прошипел декан, и лицо его стало таких жестким, будто его вырубили из камня. — Показывай!

Я не стала включать свет в комнате, и артефакты светились, как маленькие звездочки. Рауф внимательно осмотрел каждый, что-то проверяя, вытащил из кармана магическую хрустальную пластину для связи и направился к двери.

— Оставайся здесь, я скоро вернусь!

— А Коллекционер? — сдавленно спросила я, трясясь от страха. — Если он вернется?

— Ему сюда не войти, — декан указал на артефакты. — Они настроены на его магию, и создают в комнате защитное поле, как только его аура приближается. И неважно в чьем он теле. Так что здесь ты в полной безопасности!

Я кивнула, едва не стуча зубами. Если он так говорит, значит, мне нужно просто ждать и не думать о плохом.

Рауф неслышно вышел, оставив меня одну, и я спешно заперла замок для надежности.

Торопливо принимая душ, я напрягала слух изо всех сил, потому что постоянно казалось, что кто-то ломится ко мне в комнату. Горячая вода придала храбрости, и я вышла из ванной, готовая дать отпор кому угодно, кто рискнет ко мне сунуться.

Едва я успела переодеться в пижаму и растереть волосы полотенцем, как в окно кто-то постучал. Мороз прошел по коже, и энергия забурлила в ладонях, готовя меня к атаке.

Я отдернула занавеску и увидела парящего декана.

— Я из-за вас чуть заикой не стала! — прошептала я, когда он нырнул в распахнутое окно и плавно приземлился. — Хотя бы предупреждайте о таком эффектном появлении!

— Забыл! — пожал он плечами и улыбнулся. — Привык, что все свои в курсе, что я могу в любой момент свалиться им на голову откуда угодно.

Его улыбка была заразительна, и напряжение стало отпускать.

— Мне нравится твоя пижама, — похвалил он, скользнув по мне нетерпеливым взглядом. — Такая ты в ней уютная, домашняя… Так бы и съел!

— Вы об этом прилетели сообщить? — отозвалась я, чувствуя, как щеки начинают пылать.

— Ах да, — декан сел на стул и изучающе впился в меня ледяным взглядом. — Я поспрашивал мнения команды, и решили вот что: завтра ты перед Агатой делаешь вид, что ни о чем не догадываешься, и ведешь себя как обычно. Сможешь? А мы возьмем на себя остальное!

Я задумчиво села на кровать, не понимая, кого он имеет в виду.

— Кто мы? И с кем вы советовались? Неужели успели за такое время долететь до стражей порядка?

— Это неважно, — Рауф чуть улыбнулся. — Но нужна твоя помощь. Если ты не испугаешься, то есть большой шанс захватить твоего папеньку. Что скажешь?

— Смогу, — я неуверенно кивнула и прикусила губу. — Но мне будет очень страшно! Как вспомню, как он тащил меня в душевой, так мурашки по коже. Но если надо, то я постараюсь!

— Отлично! — глаза декана заискрились, как лед на солнце. — Одну я тебя не оставлю, так что завтра выйдешь отсюда тогда, когда я позову, поняла?

— Он хотел мне что-то сказать, — пробормотала я, — или это была Агата? Я запуталась. А еще она хотела завтра посмотреть на мою тренировку, чтобы увидеть, как развился мой дар. А настоящая Агата даже времени на это тратить не стала бы! Ей всегда было все равно!

— Понял, — ответил Рауф и непривычно злорадно усмехнулся. — Пусть приходит, встретим.

— То есть мне просто вести себя как обычно? — переспросила я, чувствуя подступающую тревогу. — А если он опять меня куда-то поволочет?

— Вот поэтому ты будешь всегда у меня на виду, — серьезным голосом сказал декан. — Заметь: он нападал на тебя, когда ты оставалась одна. На стадионе будет достаточно людей, чтобы отбить у твоего папули всякую охоту возвращаться сюда.

— Хорошо, — прошептала я, не веря в то, что скоро весь этот ужас закончится. — Постараюсь ничего не испортить.

— Уверен, что у тебя все получится, — отозвался декан и направился к окну. — Ложись спать, тебе нужен отдых. Завтра будет непростой день во всех смыслах.

Глава 51

Декан нырнул в темноту, и я осталась наедине со своими мыслями.

А если я ошиблась, и Агата просто была в отличном настроении? Не всегда же быть недовольной, сегодня у нее могло случиться что-то хорошее!

С другой стороны, артефакты, которые сработали на кого-то. Голова заболела, и я со стоном упала на подушку. Хватит с меня! Завтра во всем разберусь, а сейчас надо спать.

Стоило только забраться под одеяло, как сон отступил. В памяти всплыли ощущения от горячих поцелуев декана, и губы заныли, требуя продолжения.

«Восхитительно!» — раздался в ушах хриплый шепот, и я со стоном перевернулась на другой бок. В животе что-то сладко екнуло, и руки задрожали. Неужели я умудрилась влюбиться в него?

Я откинулась на спину, закрыла глаза и постаралась ни о чем не думать.

Проснулась я от бодрого стука в дверь.

— Алиса! — голос Агаты утром казался особенно раздражающим. — Хватит спать, вставай!

— Иду, — пробормотала я, не открывая глаз, — еще пять минуточек!

Но тут же сон с меня слетел, как будто одеяло сдернули. Я вскочила и заметалась по комнате, не зная за что хвататься. Торопливо распахнула дверь и едва не шагнула в коридор, но вовремя вспомнила, что декан говорил не выходить, пока он сам за мной не придет.

— Ты всю жизнь проспишь! — сердито рявкнула Агата, водружая на нос очки в тонкой черной оправе. — Сколько можно тебя ждать? Контрольную я за тебя буду переписывать?

Ни следа не осталось от ее вчерашнего странного поведения. Взгляд был таким же, как и обычно: надменным и презрительным.

— Еще будильник не прозвенел! — принялась оправдываться я. — К тому