Жестокая ложь - Мелинда Терранова

черной занавеске и нашла столик, задрапированный черным бархатом. Я развернулась на месте, чтобы обыскать маленькую комнату в поисках кого-нибудь, кто мог спрятаться здесь, чтобы напугать меня. Не было ничего, кроме темноты и приглушенных басов музыки. Ощущение, что кто-то наблюдает за мной, было сильнее, чем когда-либо.

Часть 15

Я наблюдал, как она проскользнула за черную занавеску и вошла в комнату, отведенную для гадалки. Мой член затвердел до боли при мысли о том, что я снова прикоснусь к ее обнаженной коже. Я пробирался сквозь толпу потных тел, пока не добрался до комнаты, в которой она была заперта. Я оглядел толпу в поисках нашего Костолома и кивнул им, чтобы они продолжали наблюдать, пока я прокрадывался за ней.

В комнате было темно, и ее нежно-розовое платье почти светилось на фоне загорелой кожи. Я стоял неподвижно и ждал, когда она почувствует, что я здесь. Она повернулась ко мне лицом, на ее лице читалась смесь страха и потребности. Я чувствовал исходящий от нее запах желания, который наполнял маленькую комнату.

— Стил. — Мое имя, прошептанное ее губами, сотворило с моей головой всякую хуйню.

Мне нужно было заполучить ее, даже если это означало, что потом она возненавидит меня. Мне нужно было положить конец необузданному голоду, который я испытывал, чтобы поглотить ее, разрушить и смотреть, как она увядает.

— Ты знаешь, что ты наделала. Не произноси мое имя, не имея этого в виду. — Я подкрался к ней, когда она попятилась к столу.

— Стил, не надо. — Она вздернула свой хорошенький подбородок, как будто думала, что сможет дать мне отпор.

Я шагнул к ней и крепко сжал ее челюсть.

— Слишком поздно для этого, Бэмби. Ты убежала, а я погнался. Кошки-мышки, — я усмехнулся, глядя в ее дерзкие глаза. Глаза, которые наполнились жаром от моих слов. — Ты, блядь, не можешь так долго дразнить меня, и тебе это не сойдет с рук. — Я прижался к ней бедрами и услышал тихий стон, сорвавшийся с ее приоткрытых губ.

— Не делай этого, — сказала она без особого энтузиазма, как будто произносила эти слова из чувства долга, а вовсе не имея в виду их. Она уставилась на меня, тяжело дыша, как будто хотела, чтобы я бросил ей вызов.

Мое тело напряглось, когда она сказала мне "нет", и мой член дернулся в штанах. Я бросил на нее яростный взгляд за то, что она сделала это со мной. За то, что заставила меня сломаться и подчиниться. Я оскалил зубы и зарычал на нее, и прижался своими губами к ее губам. Весь сдерживаемый гнев и обида хлынули из меня. Она встретила мой толчок за толчком, пока наши языки боролись друг с другом. Я прервал поцелуй и оставил ее хватать ртом воздух, когда завел ее запястья за спину и развернул лицом к столу.

— Не сопротивляйся мне, или будет еще больнее, — прошептал я ей на ухо, вызвав восхитительную дрожь по ее телу, прежде чем прижал ее лицом к столу, крепко держа ее руки за спиной.

Она издала сдавленный стон, когда я прижал свой твердый член к ее заднице.

— Черт, Стил.

Я сорвал с нее трусики свободной рукой, что само по себе было подвигом, и расстегнул молнию на штанах, чтобы освободить свой твердый член. Я погладил себя, любуясь ее обнаженной кожей, и прижался головой к ее сморщенной попке.

— Прекрати. — Она сжала ягодицы и стала вырываться из моей хватки.

Я отпустил свой член и шлепнул ее по ягодице. Острый укол в руку заставил мой член подпрыгнуть. Пэйтон вскрикнула, за ней последовал стон, когда я снова шлепнул ее по ягодице и сильно сжал ее в своей руке.

— Не сопротивляйся мне, Бэмби, — прорычал я, когда она начала сопротивляться, и наклонился над ней, так что моя обнаженная грудь прижалась к ее спине.

Я просунул свободную руку ей между ног и потрогал пальцами ее мокрую киску.

— Ты уже такая чертовски влажная для меня, — прошептал я ей в шею и вставил два пальца в ее тугую киску, чем заслужил вздох облегчения.

Она надавила на мои пальцы и попыталась добиться некоторого трения, пока ее всхлипы срывались с ее губ.

— Скажи мне остановиться, Пэйтон. — Я задвигал пальцами быстрее и обвел ее уже набухший клитор. — Скажи мне «нет».

Тело Пэйтон задрожало рядом с моим, и ее тяжелое дыхание наполнило мои уши приглашением. Я убрал пальцы из ее жаждущей киски, и она застонала, прислонившись к столу.

— Не останавливайся, — взмолилась она.

Я приставил свой член к ее входу и сдерживался изо всех сил, восхищаясь изгибом ее спины и пухлой попки. Я засунул головку своего члена в ее мокрую киску и вынул ее, снова дразня ее вход.

— Черт, — пробормотала она, выгибая спину.

— Такая нуждающаяся, — прошипел я и вонзил в нее свой член, удерживая ее на месте твердой хваткой за бедро. Я вонзал в нее свой член жестко и быстро. Мое безжалостное движение заставляло ее продвигаться дальше по столу, пока ее бедра не оказались плотно прижатыми к краю.

Я остановился и полез в карман брюк, чтобы вытащить свой любимый складной нож. Я вытащил лезвие и начал водить им от ее плеча вниз по руке. Возбужденная дрожь пробежала по ее телу.

— Что ты делаешь? — Она захныкала.

— Я видел, как тебя это заводило в первой комнате. Я знаю твой грязный секрет. И я собираюсь использовать это, чтобы принести тебе то мрачное освобождение, о котором ты так долго мечтала.

Я снова начал медленно входить в нее, одновременно скользя острой стороной ножа по ее свежезажившим шрамам на бедре, достаточно глубоко, чтобы выступила кровь, что вызвало у меня самый восхитительный стон.

Ее насквозь мокрая киска прижалась ко мне, когда она жестко кончила на мой член. Ее сдавленные крики были заглушены глубокими басами музыки, и я сильнее врезался в нее, когда мое освобождение угрожало поглотить меня.

Ее руки ослабли в моей крепкой хватке, и я отпустил их, позволяя ей ухватиться за поверхность стола, чтобы удержаться на месте. Я отвел ее волосы в сторону и провел лезвием по спине от шеи к изгибу попки. Ровно настолько, чтобы приподнять обнаженную кожу, не повредив ее на этот раз. Захлопнув лезвие, я наклонился и прижался губами к ее шее, вгоняя в нее свой твердый член, почти готовый к оргазму. Я сжал ее шею и пососал зубами