Личное счастье декана Дем Эрдхаргана - Ольга Токарева

— Возможно, не смог выпить жизненную нить у ребёнка. Сари на Тарнас попала совсем маленькой. Даже фамильярам не чуждо сострадание, — сделав глоток вина, Саверлах поставил бокал на ломберный столик, инструктированный золотом и драгоценными камнями. — Знать бы ещё, кто такие фамильяры и почему они так преданно служат ведьмам?

— Да… дела. Выходит, демониц можно исключить из списка твоей пары. А эта твоя ведьмочка не может быть твоей парой? — король с ожиданием во взгляде посмотрел на старшего сына.

— Сари совсем ещё ребёнок, ей от силы лет шестнадцать. Да и не встречались мы с ней раньше, — губы принца разошлись в улыбке от воспоминания, как девчушка молотила кулачками Зирварха.

— Ведьм исключаем за неимением их больше на материке Тарнас. Выходит, девушка человеческой расы… — в голосе короля слышалось обречённые нотки.

— Не печалься, отец, какая разница, с кем делить годы своей жизни. К отгадке о мгновенном перемещении демонов и орков мы так и не приблизились… — Принца бросило в жар от воспоминания неизвестного мага, знающего заклинание переноса. Саверлах подался вперёд, смотря на отца с нотками победы в глазах. — Через неделю начнутся занятия в академии, а пока я займусь поисками своей пары…

Глава 9

Поиск истинной пары

Войдя в свои покои, демон положил фолиант на столик. Подойдя к окну, он бросил взгляд на бесконечные песчаные барханы. Смотря на раскаленное марево, задумался, пытаясь собрать в голове мозаику произошедших с ним событий. Удивительным было то, что это ему удалось.

Выходило, что всё случилось чуть больше двух лет назад. А началось с исчезновения брата и его свиты. Затем кто-то свалился ему на голову, и он потерял сознание. Когда очнулся, не успел рассмотреть в лесном сумраке лежавшую на нём девчушку со светлой копной волос. «Хоть что-то», — хмыкнул Саверлах, радуясь тому, что, наконец, воссоздалась картина провалов в памяти.

Запах человеческой крови так резко ударил в ноздри, что принц с изумлением ощутил её вкус у себя во рту. Мгновенно проявилась частичная ипостась. Она выражалась в появлении рогов на голове, когтей и хвоста с шаловливой кисточкой на конце. Пуховка обшарила всё вокруг и, не найдя ничего интересного, обвилась вокруг его торса.

— Выходит, это ты тогда заигрывала с лисуньей, а я думал, её друг, — вымолвил ненаследный и посмотрел на хвост с болтающейся на его конце кисточкой, по виду чем-то сильно удручённой. — Выходит, и крылья были моими. Саверлах закрыл глаза, отдавшись во власть воспоминаниям, ощущаемые им настолько явно, словно он вновь находился в незнакомом лесу и, прижимая к себе с нежным трепетом незнакомую девчушку, шептал ей слова брачного обряда.

— Сархам драв орнах менжар. С тобою на века, — повторил демон, и грудь обдало жгучей тоской по их паре. Это чувство было новым и не поддавалось никакому объяснению. Все его попытки отмахнуться от истинной сейчас выглядели жалкими и смешными. Вспомнив и повторив слова обряда его первородной ипостаси, он словно нырнул в пучину её одиночества.

— Я найду её… Верь, — прошептал Саверлах. И резко повернулся, услышав монотонный звук вестника, присущего академии Игнарон.

Быстрым шагом демон пересёк покои. Подойдя к ломберному столику, взял сложенный пополам лист и, развернув его, пробежался глазами по написанным строкам:

'Декан Саверлах Эрдхарган, в связи с неожиданным обстоятельством, прошу Вас срочно явиться в академию Игнарон.

Ректор Лагирис Жанье'.

— Вот тебе и занялся поисками истинной пары. Чего еще у них могло случиться? — с недовольством вымолвил Саверлах, ступая в открывшийся портал.

Очутившись в кабинете ректора, он с раздражением посмотрел на него, но, увидев отчаянье на мужском лице, смягчился.

— Надеюсь, у вас весомая причина, из-за которой вы раньше времени вызвали меня из отпуска?

Жанье впервые видел декана демонов таким раздражённым и злым.

— Простите… но, если честно, то только вы можете помочь мне в этом вопросе.

— Не тяните кота за хвост, — опустившись в кресло, Саверлах откинулся на его спинку и посмотрел с ожиданием на ректора.

— Орки, — прошептал Лагирис и с жалостью в глазах посмотрел на Эрдхаргана.

— Что «орки»? — нахмурившись, ненаследный потянулся, подхватил со стола ректора тонкий стержень для письма и стал крутить его в руках, обдумывая, как подать Жанье информацию об орках. Если честно, то он совсем забыл о них. А для того, чтобы не вызвать подозрительности у Его Величества Сиантеля Азвариона шестнадцатого, по общей договорённости трёх правителей орки должны поступить в академию на третий год. «Выходит, Сиантель, дал согласие…».

Вскинув взгляд на ректора, Саверлах начал ему излагать и без того признанные известные истины о старейшей расе.

— Орки могут похвастаться ничуть не меньшей древностью, чем я, вы, да и эльфы в том числе. Мы одновременно заселили мир Эйхарон и их раса по численности наравне с другими. Пожалуй, людей с тех пор стало намного больше, хотя они и живут меньше, но зато размножаются раза в три плодотворней. Не так уж и сильно орки выделяются из других рас. Разве только другим цветом кожи и клыками, выпирающими наружу. Опять же, отличительных черт во внешности нет только у людей. А что до магии, то орки ею владеют, но не в том понимании, что мы с вами знаем. Собственная техника магии — шаманизм…

— Вы рассказываете о прописанных истинах. Открой любой исторический фолиант и в нём найдешь всю информацию, — не вытерпев, Лагирис вскочил с кресла, заходил нервной походкой по кабинету. — Мне что делать с их шаманизмом⁈ Я о нём совершенно ничего не знаю!

Нервно выкрикнув, Жанье остановился, смотря на Саверлаха в изумлении.

Плечи демона дёрнулись от смешка.

— Вот вы и пришли к тому моменту, что, вероятней всего, так тревожит вашего правителя. Как говорят, вдруг война, а вы ничего не знаете о противнике.

Ненаследный решил сыграть в открытую. Рассказать, что так тревожило правителей трёх государств и, посмотрев на реакцию декана, выяснить, знает ли он о ней или нет. Но, смотря на застывшего посредине кабинета Жанье, понял, что тот, вероятней всего, не в курсе о маге, знающем заклинание мгновенного перемещения.

— Какая война? — отмер Лагирис и, едва ступая по полу, доплёлся до ректорского кресла. Упав в него, с побледневшим лицом смотрел на Саверлаха.

Вернув стержень на