Добродетель злодейки. Том 1 - Bae Hee Jin

всех слов на свете именно «сумасшедшее»?.. Да ну. Зря я надеялась. Я совершенно не понимала, как отнестись к услышанному. Но ясно одно: все лучше, чем сравнение с имбирем. Кроме того, Изана нашел во мне очарование. Разве это само по себе не достижение? Налицо та симпатия Изаны, которой Джинджер Торте из книги не добилась. Я постаралась думать позитивно.

– Ха-ха, спасибо! Придурковатое, значит… Ах! Кстати, о моей помолвке, Ваше Величество Изана, вы уже подумали, как собираетесь способствовать ее расторжению? Я беспокоюсь, не создаст ли это лишних проблем и для вас, если вы надавите на герцога.

– Ну… Я еще ни о чем конкретно не размышлял, но герцог Микельсен завтра рано утром прибудет во дворец. Впрочем, Джинджер Торте, ты права. Хоть я и король, но мое положение пока не особо прочное. Просто приказать расторгнуть помолвку с домом герцогов будет, пожалуй, сложновато. Придется создать причину, по которой меня нельзя будет ослушаться.

Увы, это непросто. Какой же может быть веская причина для расторжения проклятой помолвки?..

В тот же миг Изана расцепил наши пальцы. Я растерялась от внезапного жеста. Его рука отпустила мою, но мне показалось, что тепло Изаны все еще оставалось на моей ладони. Чувствуя необъяснимую пустоту, я несколько раз сжала и разжала кулак.

– Леди Имбирь, не волнуйся, – проронил он и положил руку на мою голову.

Наверное, он хотел погладить меня по волосам, но давящее движение вышло неловким.

– Я обязательно расторгну твою помолвку, я не бросаю слов на ветер.

Ого, как мило звучит! Его речи были такими сладкими, что сердце защемило. Я ничего не могла сказать и просто глупо улыбалась. Почему-то я почувствовала себя героиней романа «Заключенный принц и дочь маркиза». Я мечтала и дальше сближаться с ним. Если бы так и пошло, я бы стала настоящей главной героиней этого мира.

Пока я молча наслаждалась его прикосновением, он убрал руку с моей головы. Как только его рука исчезла, я почувствовала сожаление.

– Жарко. Пожалуй, нужно снять верхнюю одежду. – Изана поднялся на ноги.

Я различила, как он повернулся к столу возле кровати, и вспомнила, как Изана выглядел днем. Как всегда, рубашка из мягкой ткани, застегнутая до самого горла, и поверх нее – накинутый кардиган. Пожалуй, сейчас он собирался снять именно кардиган. Я угадала. В окружающей тишине шорох ткани был таким отчетливым! Хотя звук был ничем не примечательный, мысль, что Изана раздевается, показалась мне невероятно чувственной. Вскоре я услышала, как расстегиваются пуговицы на рубашке, и у меня во рту пересохло. Я сглотнула, представив себе это.

Его идеальные ключицы, виднеющиеся в вырезе распахнутой рубашки, и нежная, не тронутая загаром кожа… И тут, к моему удивлению, зажегся свет.

Изана включил лампу на столе. Не знаю, почему он вдруг поступил подобным образом, но в этот момент наши взгляды встретились, и я замерла. Неужели… он прочитал мои мысли? Я разнервничалась, по спине вновь пробежал холодок. Шея стала неприятно влажной. Все произошло в одно мгновение. Я неловко улыбнулась. Изана тоже замер, положив руку на пуговицы рубашки.

– Э-э-э… Почему вы вдруг включили свет?

– Я… просто нашарил лампу и подумал… не слишком ли темно для тебя здесь, вот и все, леди Имбирь. – Изана отвечал медленно, с запинками. Впервые он говорил так. Казалось, он был смущен.

После ответа Изаны между нами повисла пауза. Вскоре Изана, застывший как статуя, начал застегивать пуговицы рубашки. Я наблюдала за ним, и у меня в голове кое-что промелькнуло.

– Ваше Величество… вы… прочитали мои мысли? Ха-ха.

На это Изана, поправляя пуговицы (он уже успел застегнуть рубашку до самого горла, и мне оставалось только удивляться, не душит ли его ворот), ответил.

В его голосе звучали нотки изумления:

– Беру обратно свои слова насчет того, что леди Имбирь наивна.

Изана отступил на шаг назад. В его глазах, освещенных лампой, читалась настороженность. А потом я все интуитивно поняла. Этот человек прочитал мои непристойные мысли. Он узнал про «нежную, не тронутую загаром кожу»! Я в отчаянии низко опустила голову. О нет!

Отец… если видишь меня с небес, подскажи, что делать в такой ситуации. Похоже, твоя гордая дочь Джинджер Торте, влюбившаяся в короля этой страны, уже стала для него бесстыжей грубиянкой! Я мысленно позвала умершего отца и крепко зажмурилась.

Тут же раздался дрожащий возглас Изаны:

– Может, лучше выключить лампу?

Услышав его встревоженный голос, я неожиданно накричала на Изану. Это был крик, полный стыда.

– Прекратите! Я больше не буду думать о таком!

– Я тоже не позволял леди Имбирь так думать обо мне. – Сейчас Изана ответил скорее игриво.

Я открыла глаза. Невзирая на озорные слова Изаны, его поза была несколько неестественной. Он выглядел напряженным и скованным, но по-прежнему не отводил от меня взгляд, будто проверяя, не появились ли у меня очередные коварные мысли. У меня не хватило смелости посмотреть в черные глаза Изаны, поэтому я уставилась на лампу. Чертов свет.

Впервые этот свет, прорезающий темноту, показался мне столь ненавистным. Нет, может, по-настоящему ненавистен Изана, который своевольно прочитал мои мысли? Или меня бесят мои собственные мысли, представившие его нежную кожу? Какая дилемма.

– Значит, если вы позволите, я могу так думать? – Я пошутила, чтобы разрядить обстановку.

Но ответом стала тишина. Изана молчал. Черт возьми. Я же смеха ради, правда! Ты что, принимаешь это всерьез?

– Хм… Над твоим предложением, пожалуй, стоит подумать. Ну, впрочем… моя кожа действительно довольно нежная. Думаю, по крайней мере, нежнее, чем воображала себе леди Имбирь.

Он говорил лукаво, но почему все еще не убрал руку, лежащую на пуговицах рубашки! Я рассеянно посмотрела на торс Изаны и отвела взгляд.

– Ха-ха… Да? Ваше Величество Изана с нежной ко… жей, вы так и будете стоять столбом? Подойдите ближе, я вас не съем. Хоть я и грубиянка, но я девушка, которая соблюдает границы.

– Нет. Уже поздно. Леди Имбирь пора домой. Девушка, которая соблюдает границы, не находится в комнате постороннего мужчины в столь поздний час.

– Верно. Время действительно позднее. – Мне следовало сразу же встать и собираться домой, но почему-то я почувствовала досаду.

Несмотря на то что Изана вдоволь надо мной подшутил и я предстала перед ним в образе бессовестной нахалки, мне захотелось побыть с ним еще немного. Хотя я знала, что, безусловно, опять попаду в неловкое положение, я была не прочь поболтать с ним.

Как все-таки странно! Испытывал ли Изана такую же досаду, как и я? Он отсылал меня домой, но, может, хотел в глубине