Конец Игры - Бекс Дево

Я застонала — как я могла забыть? Джесси рвал задницу, чтобы поднять свой ранг в игре, и теперь, когда ему это удалось, пришло время вознаградить комьюнити длиннющим стримом, а значит, он будет занят целую, блядь, вечность.

Прибыльно? Да. Бесит? Тоже да.

— Ладно, ладно, хорошо, — пробормотала я, глубже зарываясь в свое гнездо. Он был за много миль отсюда, но я всё равно хотела, чтобы мой бета был рядом.

Я скучала по его сладкому, легкому лимонному запаху. И по его теплым рукам. И по большим, красивым, как океан, голубым глазам... Сосредоточься, Тара!

— Полагаю, мне придется поехать в торговый центр и-и-и... — я многозначительно замолчала ради драматического эффекта, заставив Джесси рассмеяться. — Тратить деньги Глитча в полном одиночестве, как какая-нибудь странная, одинокая, но супер-горячая кошатница!

То, как Джесси закатил глаза, было практически слышно.

— Почему бы тебе не попросить Чарли поехать с тобой? Он ведь там, не так ли?

Ревность в его голосе было невозможно не заметить. Но дело было не в том, что я сама пригласила Чарли переехать ко мне; просто так вышло, что пока заживал мой укус, на что ушла добрая половина недели, я жаждала его присутствия сильнее, чем когда-либо.

Хотя наполовину испуганный голосок на задворках сознания подсказывал: если верить форумам в интернете, это может никогда не пройти.

Но мое желание быть рядом с Чарли строилось не только на нашей новообретенной связи: он мне нравился. Он был обаятельным, чутким и чертовски хорошо готовил сэндвичи с арахисовой пастой и джемом, когда это было нужно.

Нравился ли он мне настолько, чтобы злить моего парня тем, что он практически переехал ко мне почти без всякого обсуждения? Это еще предстоит выяснить.

Что я знала наверняка, так это то, что я по-прежнему очень хотела, чтобы Джесси был рядом, и всё это время в разлуке заставляло меня дуться.

— А это не... странно? — тихо спросила я. Конечно, я рассказала своему альфе о том, чем зарабатываю на жизнь, — но знать об этом и видеть, как это происходит, — две совершенно разные вещи.

— Вряд ли ты сможешь его отпугнуть, — сказал Джесси, и я задумалась, не почудилась ли мне легкая резкость в его тоне.

— Наверное...

Он был прав: если не считать крайне эмоционально разрушительного, не говоря уже о физически мучительном, процесса разрыва связи, он застрял со мной. Глухой гул постоянного скрытого беспокойства Чарли то и дело терся обо меня, как созависимый кот, и каждый раз я отвечала ему мягким успокоением.

Но это всё равно могло сделать всё между нами пиздец как неловким. Если Чарли захочет, чтобы я перестала работать, это станет огромной проблемой. Одно дело — брать его деньги, когда я его финдомлю, и совсем другое — стать его содержанкой-омегой, домашним питомцем, полностью зависящим от него во всем.

Да, да. Будь еще большей стереотипной картонкой. Жеманная маленькая омега с комплексом из-за того, что о ней слишком сильно заботятся.

Я закатила глаза сама на себя.

— Я так не думаю. Чарли вообще не волнуют такие вещи. К тому же, он всегда был безумно щедр на деньги. Наверное, он просто в восторге от того, что у него наконец-то появилась девушка, которую можно баловать, вместо меня.

— Я не беру его деньги! — быстро ответила я, а затем, поскольку одного секрета от Джесси было и так слишком много, добавила: — Ну, за исключением тех случаев, когда я финдомлю его на них, но это работа. Тогда я их заработала.

— Абсолютно точно, — сказал Джесси с одобрительным мычанием. — Так... ты его попросишь?

Я со стоном уткнулась лицом в подушку.

— Значит, да?

Моя голова дернулась, хотя я знала, что Джесси не может видеть моего согласия.

— Ты только что кивнула?

— Ага.

— Так и думал, — сказал он с легким смешком. — Пришлешь мне фотки того, что купишь?

— Ой, да какой смысл в шопинге, если не будет показа мод?

— Буквально никакого.

Слышать улыбку в голосе Джесси было так, блядь, приятно. Я почти забыла, как сильно мне это нравилось. Казалось, он начинал свыкаться с мыслью о том, что я связана узами с его лучшим другом, хотя бы на крошечную долю процента.

Или, по крайней мере, он старался, что в любом случае было для меня на вес золота.

Я очень, очень не хотела всё это просрать.

Чарли ушел на несколько часов в кофейню на встречу с Камео, чтобы поработать вместе и обсудить дела, поэтому я взяла телефон с кровати — заработав раздраженный взмах лапой от Инки, которая пыталась использовать его вместо подушки, — и написала ему.

Taрa: хочешь поехать в торговый центр?

Чарли: прямо сейчас?

Taрa: ага, если ты не занят? Или, типа, когда освободишься?

Чарли: с удовольствием, заехать за тобой? Или встретимся там? Я смогу через час?

Я прикусила губу; широкая, головокружительная улыбка, которая часто предшествовала встрече с моим альфой, становилась всё менее смущающей, но с каждым днем почему-то всё шире.

— Он согласился! — взволнованно сказала я Джесси. — Блядь, надо найти, что надеть.

— Я же говорил. Надень тот маленький топ на бретельках. В котором ты ходила в кино.

— Тот самый, в котором я так замерзла, что мой пирсинг в сосках чуть не довел меня до переохлаждения?

— Он самый, — сказал он, с громким влажным звуком посасывая леденец. — Твои сиськи в нем выглядят потрясающе, и он выгодно подчеркивает татуировку. Идеально, чтобы показать Глитчу твои новые подарки... ну и, полагаю, тупому альфе он тоже может понравиться.

По крайней мере, теперь слово «тупой» звучало игриво. Это был приятный сдвиг.

— Я привезу тебе ужин и всё такое для сабатона? Проверить, жив ли ты еще?

— Это было бы очень мило, сладенькая. Повеселись сегодня, хорошо?

— Но не слишком? — предложила я. — Оставлю самое интересное для обнимашек и просмотра фильма с тобой?

— Какой же я, блядь, везучий.

— Ты даже не представляешь, лимонная долька.

Он рассмеялся.

— Я люблю тебя, веди себя хорошо со своим альфой.

Меня немного кольнуло то, как он это сказал.

Твоим альфой.

Чарли был нашим альфой, но сейчас было не время для этого разговора.

Я не могла даже затронуть эту тему, не вляпавшись в какие-то, блядь, мутные воды и потенциально не разрушив до основания доверие Чарли ко мне. Существовало некое негласное правило: информацию, полученную через связь, нельзя рассказывать никому другому.

Я не стану переходить эту черту. Уж точно не ради того, чтобы самой почувствовать себя лучше. Дело было в