Истинная заноза для декана - София Руд

Боль пронзает сердце тысячей ядовитых шипов, Кара почти в беспамятстве пытается вырваться из лап врагов, пока удар не приходится на её голову.

Просыпается девушка в странном месте, чем-то напоминающем миниатюрную версию амфитеатра. Только в самом центре этой разрухи камень. И на камне лежит она сама, связанная в тонкой рваной ночной сорочке, пропитанной запахом копоти и дыма.

— Чего глазеешь, рыжая?! Готовься послужить нашим тёмным богам! Хоть от тебя будет толк, в отличие от твоих родителей-предателей, — рявкает какой-то гад с длинным носом.

А его глубоко посаженные чёрные глаза, почти без белков, пугающе сверкают.

— Стой! Я сказал привести её живой, а не убивать, — раздаётся грозный голос с другой стороны.

— Глава! — Носатый чуть ли не подпрыгивает, но тут же спешит расхвалить свои действия: — Мы и привели. Живую. А вот теперь принесём её в жертву нашим богам.

— Идиот! — рявкает обладатель второго голоса, выходит на всеобщее обозрение.

Я вздрагиваю

Я его помню. Я, именно я, Аня, его уже встречала.

«Дядя Альберт»… Только здесь все зовут его Главой.

— Н-но как же?! — запинается носатый. — Нам нужны жертвы, если мы хотим дожить до того дня, когда вернём наш кристалл!

— Приноси в жертву кого хочешь, а эта девочка сослужит нам другую службу. — Альберт опасно косится на Кару.

— Какую же? — разносится шёпот.

И лишь сейчас Кара замечает, что тут не один и не два человека, здесь целая толпа худощавых бледнолицых некромантов в алых мантиях и в капюшонах, закрывающих часть лица.

— Мы годами вычисляли, кто из тайного ордена оберегает кристалл, и вы не хуже меня знаете, что в хранилища Рэймаров войти может лишь тот, в чьих жилах течёт их кровь, или тот, кто связан с их родом узами брака.

— Думаете, эта девчонка сможет привлечь к себе его внимание? — Какой-то недоносок округляет глаза и хмыкает.

Возрастом он почти как Кара в этот момент.

Только вот если она тут бесправная сирота, которую могут принести в жертву в любой момент, то этот, скорее, кто-то из верхушки. Вон как нос задирает.

Может, чей-то сынок?

— Вспомните, из какого рода её мать. Если в Каре Сноу есть хоть капля магии аморины, она наш лучший шанс. Привороты на такого, как Рэймар, не подействуют. Он дракон и член закрытого тайного ордена! А подставлять ему под нос девиц, как мы с вами убедились, — абсолютное глупое занятие. В наши руки сейчас попал самый надёжный инструмент, — выдаёт дядя Альберт, глядя на Кару…

Глава 33. Причина

Это случилось чуть больше года назад, когда Кара уже училась в небольшой академии на окраине королевства. Её мать и отец думали, что про них уже забыли, и расслабились, но... беда пришла нежданно.

Родители Кары погибли, а её саму забрали, выдрессировали и отдали на попечение одного из причастных к клану, ректора Дирижера, которой подготовил все документы для новой личности Кары — Амалии Арто, его племянницы.

Хотя тут нужно сказать, что дело могло обстоять совсем иначе, ведь воспоминания Кары неполноценны, а люди могут врать. Тем более такие люди, или лучше сказать нелюди, которые с ней так жестоко поступили.

Но, что ещё интереснее, её способность влюблять поцелуем эти гады тоже испробовали, заставив поцеловать того самого недоноска, что шипел из толпы, и... он влюбился. Попросту ходил за ней по пятам, пуская слюни.

Но, насколько я помню, с деканом после моего поцелуя ничего подобного не произошло. Почему на него это не подействовало так же? Может быть, кровь аморины связана с душой, а не телом? И эта магия была подвластна лишь самой Каре, а мне — нет. Зато огнем из пальцев стреляю, что тоже неплохо.

Очередная вспышка бьёт в глаза, а я чувствую себя такой измотанной и истощённой, что уже готова упасть, но держусь. Яркий белый свет постепенно рассеивается, и я охаю, не веря своим глазам.

Обычная многоэтажка, лифт, ступени и… я?!

Мои светлые волосы, синие джинсы, толстовка. Это точно я... с парой спортивных сумок на плечах.

— Ну вот, осматривайтесь, — говорит незнакомая полноватая женщина с причёской-одуванчиком на голове, открывая одну из дверей.

Я, точнее моя копия, за которой я наблюдаю со стороны, будто невидимый дух, переступает порог абсолютно пустой квартиры-однушки.

— Из мебели тут только кухня, ну и укомплектованный санузел, — начинает объяснять дама, расхаживая в туфлях-лодочках, из которых вываливаются отёкшие ноги, по бежевому линолеуму.

— Не страшно, матрас я куплю, я же работаю, — отвечает ей моя копия, с восторгом оглядывая свежую квартиру.

Уверена, что и пахнет там как после ремонта. Всё свеженькое: и обои, и побелка на потолке.

— Главное, у меня наконец-то есть свой уголок.

Свой уголок? Хмурюсь, потому что это кажется странным. У меня не было никаких сбережений, чтобы моё тело могло купить квартиру, и родственников с наследством не было. Да вообще никаких не было, неужели нашлись?

Замечаю на груди женщины бейдж службы опеки, и всё становится на свои места. Государство всё же выдало жильё, несмотря на то что я стояла в очереди чёрт знает какой по счёту?

Или в этом мире время движется быстрее?

Но если в моём теле не я, то кто? Кара?

Девушка благодарит женщину и выпроваживает за порог, скидывает сумки, из которых тут же выпадают учебники. Еще и в вуз поступила? Как же так?

— Видимо, твоя память была ей доступна, — раздаётся голос за спиной.

Обернувшись, я вижу за собой декана Рэймара.

Точно, он ведь говорил, что тоже всё это увидит вместе со мной.

А сейчас мужчина замечает сильный испуг в моих глазах, ведь, выходит, моё тело тут и без меня вполне себе хорошо устроилось, пока я там от маньяков-некромантов спасаюсь. И как с этим быть?

Кара тем временем достаёт мобильный и кому-то звонит.

— Поздравляю с квартирой. Как ты? Счастлива, наконец-то? Сны больше тебе не снились? — звучит из громкоговорителя мужской приятный голос, пока Кара отыскивает среди вещей зелёную тряпку и смачивает её водой из-под крана, чтобы начать уборку.

— О том странном жутком мире? — усмехается она, но чуточку бледнеет. — Слава богу нет.

О чём это она?

— Слушай, а напиши сценарий. Про оборотней-волков вон сколько фильмов сняли, а ты им про своих драконов и некромантов расскажи. Разбогатеешь, если всё удастся.

Кара