Сладкая для инкуба - Лолита Моро

карга осуществила свои мечты. С тех пор я вожу невинных дев к собраниям сочинений. Разумеется, в тех случаях, если сочинения под рукой. В остальных девяносто девяти я кладу женщин без затей в постель.

Интересно, Ми теперь может взглядом разжигать камины? Получилось у нее с колдовством хоть как-нибудь? Я не услышал от нее ночью ни мысли, ни ноты. Почему? Научилась вешать замок на чувства или нет самих этих чувств? А они были? Или, может быть, только я воображал, что есть между нами что-то? да зачем мне? как сказала старушка Изз: «Оно тебе надо, Болт?»

Я вздохнул. Лезет в башку всякая чушь. Вымыл себя и руки в душистой вазе фонтанчика с розовой водой. Завязал шнурок на гульфике. Уложил красиво на оттоманке жену владельца библиотеки. Поправил оборки на юбке, а левую руку изящно прижал к груди. Выпавшую из прически прядь заправил за ушко молодой женщины. Утомилась, бедняжка. Меньше всего на свете мне хотелось выяснять отношения. Я тихонько дунул на веки дамы, чтобы не проснулась еще хотя бы минут десять, и я успел уйти. Халтура, конечно. Работодателю в данном случае нужен скандал, драма. Пьеса с вечным сюжетом про мужа из командировки. Не сегодня. Настроения нет.

Я неслышно вышел боковой лестницей из особняка и направился в сторону центра. Камни мостовой не откликались на подошвы моих сапог. Я умею ходить беззвучно.

На углу со мной поравнялась карета. Экономный серый цвет, неброский дизайн. Скучная колымага остановилась.

– Добрый вечер, господин Ламберт. Присаживайтесь, – негромкий голос мессира Мартина меня совсем не обрадовал.

Я не остановился, продолжал шагать.

– Не ломайся, Болт. Не заставляй меня применять силу, – Пес Всеблагой остался обманчиво спокоен.

Волосы на теле поднялись дыбом от его спокойствия.

Я бы наплевал на приглашение и даже угрозу. Я сам не пальцем делан, и посмотрел бы, как его ребята станут запихивать меня в экипаж. Но время поджимало, да и красивый наряд стало жаль. Я остановился. Встала карета. Серые дверки распахнулись.

– Я видел твои банковские счета, Ламберт, – начал церковник, начисто игнорируя прелюдию, – ты весьма неплохо приподнялся на местных хлебах. Мне донесли, что даже присматриваешь домик на Побережье.

Я сел в самый угол жесткого сиденья. Помалкивал.

– Надеюсь, ты сознаешь, что только покровительство Церкви Всеблагой Заступницы позволило вести такую, с позволения сказать, успешную человеческую жизнь.

Я тупо не издавал ни звука. Мне хотелось вывести Пса из себя. Может, лишнего чего скажет?

– Отвечай, тварь!

– Ну, – буркнул я.

– Не нукай! Это я выбил тебе реальный паспорт подданного Империи! Это я давал тебе работу на благо ЦВЗ, очень пристойно оплачиваемую! Я тебя создал Болт Ламберт! От меня завит все! Захочу, продлю контракт. А могу сгноить в Святой Каталине. Даже из этой кареты на свободу уже не выйдешь. Прямо сейчас. Веришь, что я в состоянии устроить тебе веселую жизнь, нечестивый?

Мартин уставился на меня яростно и зло. Интересно, что произошло, пока я трудился над мадам в библиотеке?

– Вот только не говори, что вместе со мной укрощал суккуба и засовывал его, как паука, в банку. Или проливал рядом трудовой пот в постелях во славу Всеблагой и по заказу ЦВЗ. Не поверю, – нагло я растянул губы в ухмылке, – я, понятное дело, твоих счетов в Ордене не видел. Но наградной лист должен быть у тебя ого-го. Не пугай меня Мартин, не надо.

Воцарилась пауза. Карета давно уже миновала здание Казино и теперь делала круг по центральной площади. Куда направится дальше?

– Зачем ты встречался с высокородной девицей Миленой? – проговорил с тяжелым вздохом заслуженный Пес Всеблагой.

– Я не встречался, – отказался я.

– Нет смысла врать, Болт. Ночной возница дал показания.

– Я не встречался. Она сама пришла ко мне.

– Зачем?

– Поговорить.

– О чем?

– У высокородной девицы провалы в памяти. Она приходила уточнить всякую ерунду.

– Вы только разговаривали? Не ври мне!

– Послушай, преподобный, – я положил ногу на ногу и сел свободно, – у меня полно платной работы и нет нужды брать сверхурочную. К тому же твоя госпожа красотой не блещет. Не соблазняет, знаешь ли.

– Почему же она осталась до утра? – выдвинул последний и сильный аргумент церковник, – заболталась? Это с тобой-то? не лги!

– Устала, бедняжка, взяла и заснула прямо в кресле. Я побоялся будить. Вдруг бы она снова разоралась и в камеру бросила?

Мессир Мартин слушал, недоверчиво поджав губы. Потом молчал, явно взвешивал про себя услышанное.

Карета остановилась напротив золотых огней центрального подъезда Казино Рояль.

– Пошел прочь. Удачи тебе я не желаю, – заявил преподобный. Сделал небрежный жест пальцами в мою сторону.

– А чо случилось-то? – простецки поинтересовался я, одной ногой уже стоя на тротуаре.

– Тебя не касается, Ламберт. Берегись, если соврал хоть слово!

ГЛАВА 47. Большая игра

Милена

Я была собой недовольна. Зачем, спрашивается, накричала вчера на Эрика? Даже не накричала, а нашипела на него, как клубок ядовитых змей. Ничего страшного он не сказал, только спросил, не желаю ли я провести свадебную неделю в Столице. Я сказала, что меня вполне устраивает родной край. А если его надирает куда-нибудь поехать, согласно идиотской брачной традиции, то я согласна тащиться с ним на Королевские озера кормить комаров. Всеблагая! Ведь я так и сказала «надирает». Эрик посмотрел на меня кротко, ни слова не произнес. Через полчаса откланялся и уехал домой.

Его жуткий запах вернулся. Не могу находиться рядом с ним. Задыхаюсь. И не могу уговорить себя съездить к нему и извиниться. Хотя это самое мудрое решение. Самое правильное. Когда принц увидит меня верхом, одинокую и осознавшую всю отвратительность поведения, он простит меня за считанные секунды. Ведь я трепетная невеста. Я нервничаю перед свадьбой, это так естественно.

Я просомневалась весь день. Наступил вечер. Приличествующее время для визита стремительно таяло.

Всем известно, что Эрик любит музицировать и вечером у него собирается компания таких же как он поклонников исполнительского искусства. Я надела черный бархатный костюм грума, все сплошь и рядом твердили, как безумно он мне идет, нахлобучила на глаза пурпурный берет и велела седлать Вишню. Сердитый Гарри, дворцовый конюший, обычно лично сопровождал меня в незапланированных поездках по городу. Но сегодня он отпросился в Казино Рояль. Традиционная игра сезона сманила моего верного стража высокими ставками и азартными перспективами. До дворца Эрика всего пара улиц в безопасном Центре. Я отказалась от слуг и двинула вперед одна.

Здание Казино блистало в ночи золотом люстр, ливреями слуг и форейторов, пышными нарядами дам. Мужчины в