Два Альфы для Омеги - Эльвира Осетина

Сначала почему-то грозно зарычал Тимофей, и омега внутри меня заскулила от ужаса, а затем был сильнейший удар, отчего машину тряхнуло, а затем и вовсе перевернуло на бок, еще и протащило несколько метров по асфальту.

Глава 16

А затем я услышала сдвоенный рёв. Мои мужчины обратились в громадных волков. А вот моя волчица была слишком напугана, чтобы вылезать из своей, точнее, моей шкуры, и, наоборот, куда-то спряталась от ужаса, поскуливая на задворках моего разума.

Поэтому мне пришлось брать себя в руки, вспоминать, что я как-никак не слабачка, а инструктор по рукопашке, и пытаться вылезти самостоятельно, потому что Усольцевы куда-то исчезли из машины. Судя по звукам, доносящимся снаружи, они рванули уничтожать врагов.

И это хорошо, пусть уничтожают.

Плохо то, что я слышала громкие хлопки… Но об этом я подумаю позже.

Оставаться в машине мне совершенно не хотелось, не дай бог она взорвется. Запах бензина чувствовался очень остро. Одна искра, и я могу превратиться в живой факел.

Эта мысль меня подтолкнула, и я уже быстрее заёрзала.

К сожалению, мой ремень застрял, а мне, что удивительно, хватило сил с корнем выдрать его и освободить своё тело, а затем и ноги, которые были прижаты передним сиденьем. Его я просто отодвинула, толкнув руками.

А вот дальше я осознала, что обе мои ноги сломаны. И, видимо, из-за шока боли я не ощущала. К тому же переломы были открытыми, и этот факт меня поверг в ужас. Увидев свои белые кости и слишком большое количество крови, я потеряла сознание.

А очнулась, ощутив, как меня кто-то поднял за шкирку, встряхнув, как щенка, и рявкнул незнакомым мужским голосом:

— А ну, очнись! Я же чувствую, что ты пришла уже в себя.

Я открыла глаза и увидела перед собой бородатого мужика. На вид ему было лет сорок, а может, и больше. Слишком глубокие морщины избороздили его лоб. Да и взгляд у него был под стать. Такой же… не знаю, древний, что ли? А еще у него были просто огромные плечи, да и рост немаленький. Я мельком глянула вниз и поняла, что если он меня отпустит, то лететь мне не меньше метра точно. И черты лица рубленые. Совсем не привлекательные. Скорее устрашающие.

И да, это был альфа. Силой от него несло так, что было тяжело дышать.

И если я до этого обижалась на Усольцевых за то, как они на меня давили своей силой, то по сравнению с ними этот мужик не просто давил, он словно железным молотом меня шарахал по мозгам, да с такой силой, что мне хотелось скулить и прижимать уши, а еще сжаться в маленький компактный комочек, лишь бы он меня больше не замечал.

В глаза я вообще боялась ему смотреть.

Даже мельком.

Казалось, если сделаю это, то он точно меня убьет.

— Всегда поражался вам, омегам. Насколько сильно вы можете влиять на нас, альф. Даже мне сейчас хочется тебя приласкать, девочка, — хмыкнул он. И добавил: — Очень надеюсь, что мы подружимся. Иначе я мигом прибью твоих щенков. Сама понимаешь, они мне не нужны. Отдам их отцам. Но пока они не родились, лучше меня не зли. Поняла? — спросил он, вновь встряхнув меня, отчего я клацнула зубами.

Я хотела сказать, что поняла, но изо рта вырвался лишь жалкий скулеж.

И до меня дошло, что я нахожусь в образе своей волчицы. И что странно, впервые не чувствую никакой двойственности, как это было раньше.

— Молодец, что поняла, омежка, — хмыкнул он и добавил: — Ладно, не буду больше тебя пугать, располагайся, теперь это твой новый дом. Моё имя — Олег Дмитриевич Чернов. Можно просто Олег. Все же мы будем жить вместе.

Я думала, он просто отпустит меня, и уже сгруппировалась, чтобы не удариться об пол, но нет, что удивительно, мужик донес меня до кровати и аккуратно усадил на неё.

Но я на автомате пригнулась, пряча свой живот, и вся сжалась в комок, пытаясь врасти в матрас.

Он же провел своей ладонью по голове, отчего у меня вся шерсть встала дыбом и такая злость поднялась, что изо рта вырвался грозный рык.

И тут же я ощутила, как его рука резко оказалась на моей шее и сжала её так сильно, что я начала терять сознание, а мужик посмотрел мне в глаза и заговорил — тихо, но очень проникновенно:

— Еще один рык в мою сторону, и я вспорю твой живот, вытащу ублюдков Усольцевых и раздавлю на твоих глазах.

Естественно, о дальнейшем рычании не было и речи.

Он отпустил моё горло, и я закашлялась, жадно хватая воздух ртом. Точнее, пастью.

— Посиди в комнате, пока не придешь в себя. Как обратишься, можешь выходить. Одежду я тебе приготовил, она в шкафу.

Он вышел, прикрыв за собой дверь, а я всё еще продолжала дышать как паровоз и думать о том, что было бы, отдай меня Усольцевы сразу этому чудовищу.

Как бы вела себя моя волчица? Тоже бы покорилась? И кстати, где она? Куда подевалась? Если раньше я хотя бы чувствовала отголоски её эмоций, то теперь она будто вообще исчезла.

Отдышавшись, я всё же решила, что надо как-то брать себя в руки и прекращать мысленно паниковать.

Я всё-таки инструктор по самообороне и сама все время обучала девушек в первую очередь не ныть, не паниковать, а собраться и постараться сделать всё возможное и невозможное для спасения своей жизни и жизни своих детей.

И да, самое главное — адекватно оценивать врага.

А этого урода я сразу записала во враги, так как он угрожал моим детям.

Дружбы у нас с ним не получится никогда. Я таких тварей повидала на своем веку. Не конкретно таких, конечно, но очень близко.

Они как каток. Подминают всех и вся на своем пути. А кто не пожелает подминаться — просто уничтожают.

Да уж, теперь я четко понимала, почему моя волчица зацепилась за Усольцевых. Да они плюшевые зайки по сравнению с этим упырем. И она это сразу же почувствовала. В отличие от меня, идиотки.

У меня тут же засосало под ложечкой. Ведь я не знала, что с ними. Выжили ли они в схватке с этим чудовищем? Они же оба такие мелкие по сравнению с ним.

Я видела его волка. Это же зверюга в полтора раза больше, чем мои мальчики.

И