Чудовище и три дракона - Эльвира Осетина

не понял в чем их уникальность. Что если в этом и есть её уникальность? Что если все драконы на неё так реагируют? Что если все драконы так реагирует на всех перевертышей-дельта? Мы ведь их расу не отслеживали и даже не интересовались их судьбой. Сколько их? Где они проживают? Чем занимаются? Никто не задавался этими вопросами. Никто их не изучал. Никто с ними не встречался… Дай мне с ней поговорить. Я из неё всю душу вытрясу, она мне всё расскажет.

— Думаешь, какой-то исполнительнице может быть известны ценные данные? — закатил глаза в потолок Тин. — Я тебя умоляю. Я сильно сомневаюсь, что она нас даже на заказчика сможет вывести.

— Расскажет, что знает, потом будем думать, что дальше делать с этими данными, — зло ответил Бриерд.

В библиотеке настала тишина, прерываемая лишь шумным дыханием Черного дракона, да постукиванием пальцами по столу Золотого.

— Хорошо, — ответил Орис, спустя долгих пять минут. — Попробуй, поговори.

Черный тут же метнулся из библиотеки в комнату, к проему с зеркалом и нетерпеливо нажал на рычажок, а Золотой тут же встал и пошел следом.

— Ты куда? — приподнял одну бровь Красный дракон.

— Посмотрю на допрос, — нервно дернул головой Тин.

— Не буду мешать, — хмыкнул Орис в пустоту.

Я решила помедитировать. Заглянуть в себя, прочувствовать все процессы в организме. Быть может так получится обратиться в ласку.

Никогда не любила этим заниматься. Мой зверь всегда в движении. Движение для ласки — это жизнь. Остановилась, прозевала врага или добычу, считай погибла. Это странно, но в образе человека я до первого оборота не была еще так долго.

Раз в день я все равно обращалась лаской. А уже прошло больше суток и вот, я человек.

Странные ощущения.

Абсолютная беспомощность.

То, что чувствовали мои жертвы в моих зубах.

Это карма?

Но… я никогда не убивала просто так. Я всегда это делала ради пропитания. Ради собственного выживания.

Мда, медитировать не так-то просто, особенно когда в голове столько мыслей.

А как от них избавиться?

Так, вспоминаем базовый курс по медитации.

Садимся в позу лотоса, и начинаем дышать. Полностью наполняем воздухом легкие, задерживаемся на десять секунд и очень медленно выдыхаем. Не забываем слушать своё дыхание, пытаемся услышать сердечный ритм. Кровь, льющуюся по сосудам. Все процессы, протекающие в организме… А заодно быстрые шаги Бриерда и его тяжелую ауру.

Я открыла глаза и увидела, как посыпался мой домик. Только и успела отпрыгнуть к стене, чтобы меня не придавило сундуками.

Черный дракон был зол, и ничего хорошего я от него не ждала.

Драться с ним?

Смешно…

Это же машина для убийства.

Даже будь я в образе ласки, сразу же попыталась бы сбежать.

Мой зверь никогда не рисковал понапрасну и трезво оценивал свои силы.

Здесь и сейчас, против дракона — живого бога, у меня ничего нет. Я абсолютно бессильна.

Бриерд подлетел ко мне и схватив рукой за шею со всей дури пришпилил к стене, выбивая из меня воздух.

Черт, это было очень больно и обидно…

Но слез он от меня не дождется.

Я зажмурилась и постаралась вдохнуть, но так как он сдавил своей рукой мою хлипкую шею, вдохнуть у меня не получалось.

Я на автомате обеими руками схватилась за его руку и попыталась её от себя отодрать, чувствуя, что начинаю терять сознание от нехватки воздуха.

— Ты убить её собрался, что ли? — услышала я сквозь шум в ушах голос Тина.

Дракон сразу же расслабил свою руку, позволив мне глотнуть воздуха. Черт… не знала, что воздух может быть настолько вкусным и хмельным, что даже голова от него закружилась. Или это от того, что Бриерд меня чуть не придушил?

Дракон поднял меня за шею вверх и придавил своим телом к стене, чтобы я была на его уровне.

— Лживая дрянь, — прошипел он мне прямо в лицо.

— Что? — попыталась сказать я, но у меня получился какой-то жалкий сип.

— Она так не сможет говорить, — опять вмешался Тин. — Отпусти её, а то еще повредишь голосовые связки, если уже не повредил.

Я не видела Золотого дракона, но судя по голосу, он стоял за спиной Бриерда.

Бриерд резко отпустил меня, сделав шаг назад, от чего я кулем свалилась на пол.

Вот ведь гад… ну подожди у меня, еще получишь.

И на этот раз, золотом ты у меня не отделаешься. Я возьму что-нибудь более ценное.

Специально выживу, только бы тебе отомстить…

Откашлявшись, я снизу вверх посмотрела на пышущего гневом дракона, и шепотом (так как голос еще не вернулся) спросила:

— В чем я тебе и когда лгала?

— В том, что не крала артефакта! — взревел злой дракон.

— У тебя, я ничего не крала, — прошептала я.

Хотелось бы, конечно, сделать это с гордостью и стоя, но пока сил подняться на ноги у меня не было, к сожалению.

Дракон наклонился и прошипел:

— Ты украла мой артефакт!

— Я. У. Тебя. Ничего. Не крала, — отчеканила я (опять шепотом), и добавила: — Ты сам позволил мне взять всё, что я захочу, на свой вес.

В глазах дракона заклубилась сама тьма.

Кажется, сейчас он меня точно убьет, вот только за что? Он ведь сам меня впустил в свою сокровищницу? Ладно бы Тин или Орис, я бы еще поняла, но Бриерд-то чего так взъелся на меня?

И от этого мужчины я еще и уходить не хотела?

Это в его объятиях я нежилась и чувствовала себя счастливой?

Этот дракон подарил мне ночь полную страсти?

Он псих, что ли?

— Потому что я думал, — прорычал дракон, нависая надо мной, — что ты моя истинная! Если бы я знал, кто ты такая, то я бы ни за что тебя не впустил в свою сокровищницу!

— И кто же я такая? — прошептала я.

— Ты эксперимент безумца! — процедил мужчина. — Я сожалею, что отдал голос в совете против уничтожения вашей экспериментальной расы. Я сожалею, что настоял на том, чтобы вас не трогать и дать вам спокойно существовать. Если бы я знал, на что способны перевертыши дельта, то сам лично отправился бы перебить всех вас до одного.

Какое-то время он буравил меня своим гневным взглядом. А до меня очень медленно со скрипом доходила вся абсурдность его обвинения и все его слова.

Погодите-ка….

То есть он думал, что я его истинная, поэтому пустил меня к себе в сокровищницу, сказал: «Бери чего хочешь в размерах своего собственного веса», а теперь за это ненавидит? И еще и приплетает всю мою