Развод с драконом. Опозоренная императрица - Александра Самойлова

Не оставила бы его одного в то время, когда ему грозила огромная опасность. Я ведь никогда не была эгоисткой, которая переживает только за себя. Но откуда мне было знать, что император попал в беду? Он вёл себя как обычно, просто казался более замкнутым. С правителями всегда очень сложно… На их плечи давит груз ответственности за народ. А у нас ещё разборки с белыми драконами намечались. Нам постоянно напоминали, что империи нужен наследник. И несмотря на то что детей драконам всегда приходилось дожидаться десятилетиями, именно меня негласно назначили виновницей того, что у Калеба всё ещё не было детей. Конечно, в открытую меня никто не обвинял, но этого и не требовалось — я всё видела по их взглядам.

— И какой у нас план? — спросила я, стараясь не смотреть на императора. Сейчас мне лучше не думать о том, что он не верит в то, что нам удастся его спасти.

— Я думаю, в первую очередь мы должны поговорить с Тадеушем, — ответил император. — Возможно, ты права, и всё это устроил один и тот же человек. Но мой советник не из тех, кто сразу начнёт выкладывать правду. Уверен, он попытается обвести нас вокруг пальца.

— Всё верно, — кивнула матушка, постучав пальцем по подбородку. — Не факт, что он начнёт откровенничать, даже если Анна будет сидеть перед ним связанная по рукам и ногам. Не все злодеи испытывают потребность рассказать своей жертве о том, что сподвигло их совершить злодеяние. Так что нам нужно придумать, как убедить этого предателя в том, что он должен исповедаться. Что мы вообще знаем про этого дракона?

— Он входит в Совет императора, — ответил Калеб. — Занимает свою должность уже несколько веков. Признаюсь честно, мне он не особо нравился. В последнее время я задумывался над тем, что его пора отправить в отставку... но затем я изменил своё решение. Потому что мне вдруг стало казаться, что этот старик — единственный, кому я могу доверять. Это было так странно... Я знал, что это неправильно. Но не понимал, что это связано с тем, как корона на меня влияет.

— Значит, этот артефакт хотел заставить тебя проникнуться доверием к советнику, — произнесла я, нахмуривая брови. — И при этом Тадеуш был тем, кто организовывал покушение на меня. Очевидно ведь, что за всем этим стоит один и тот же человек — то есть дракон. Выходит, Тадеуш точно знает, кто организатор.

— Я тоже думал об этом, — согласился мой супруг. — Но для меня всё же в приоритете было понять, почему кому-то пришло в голову открыть охоту на мою жену. О себе я не думал.

— Очень зря, — покачал головой Себастьян. — Видимо, этот артефакт хорошенько тебе мозги поджарил. У тебя за спиной всякая ерунда происходила, а ты ничего не замечал.

— Всё это время я как будто под каким-то сонным заклятием был... — нахмурившись, поделился император. — Порой мне становилось лучше, когда я вспоминал про Анну, но потом я снова терял связь с реальностью.

— Теперь понятно, почему заговорщики решили избавиться от императрицы, — произнесла Петунья. — Она единственная, кто удерживает твою человечность. Из-за этого её и хотели убить. Как только её не станет, ты больше не сможешь сопротивляться венцу и станешь с ним единым целым.

— Значит, изначально они не планировали никого убивать, — констатировал император. — Всё что им было нужно — объединить моё сознание с короной... Наверное, поэтому сейчас артефакт не может добраться до моего сознания. Это связано с тем, что смысл моей жизни находится совсем рядом.

Он сделал шаг мне навстречу и притянул руку, в которую я поспешно вложила свою ладонь.

— Значит, шанс на спасение есть, — заверила я и улыбнулась. — Но нам стоит поторопиться! Эта дурацкая корона может в любой момент взять над тобой верх.

— А если это произойдёт? Как мы поймём, что Калеб уже не Калеб? — нахмурился Себастьян.

— Скорее всего, он попытается меня убить, — ответила я и посмотрела в глаза мужа, который еле заметно кивнул.

— Всё верно, драгоценная моя, — с печалью произнес император. — Венец не остановит даже твоя беременность. Ведь дракон может получить наследника от любой женщины, а нового императора найти не так уж и просто.

Я снова обвела взглядом всех присутствующих. Каждый из них был мне дорог, и каждого я по-своему любила. Меньше всего мне хотелось, чтобы кому-то из них пришлось попрощаться со своей жизнью в борьбе за нашу с Калебом любовь. Но я была уверена, что никто из них не отступит, как бы я их ни упрашивала. Они знали, на что идут, и были готовы к любому исходу.

— Мы сошли с ума! — вздохнув, произнесла я, выдавив улыбку. — Вы хоть понимаете, что мы собираемся сделать? Впятером пойти против целой империи драконов! Я надеюсь, все знают, что наши противники умеют превращаться в огромных крылатых ящеров, плюющихся огнём?

— Да ладно тебе нагнетать обстановку, сестричка, — беззаботно отмахнулся Себастьян. — Мы вообще-то тоже не такие уж маленькие. И вообще, тролли ящериц не боятся! А северные тролли и подавно. Я готов плечом к плечу со всеми вами выступить не только против чёрных драконов, но и против целого мира.

— Себастьян прав, — улыбнулась Петунья. — Я всегда знала, что меня ждёт судьба великого воина. И теперь у меня появилась возможность доказать всем и каждому, что тролли не отбросы общества, что мы на многое способны ради любви и дружбы!

Я перевела взгляд на капитана, который стоял, прислонившись к стене со скрещенными на груди руками.

— Что? — спросил он, заметив, что все на него смотрят. — Если мы выиграем эту битву, я получу звание генерала. Так что я точно отступать не собираюсь. К тому же пять союзников — это не так уж и плохо.

— Прошу прощения, — внезапно донёсся откуда-то снизу хриплый голос профессора, — Я бы хотел к вам присоединиться. Когда ещё мне удастся поучаствовать в чём-то настолько эпичном? К тому же шестеро ведь лучше, чем пятеро? Ну, может, силёнок у меня не так уж и много, но я не совсем бесполезный старик…

Мы все уставились на кровать, из-под которой на локтях выбирался старикан с куцым букетиком полевых цветов.

— А ты что здесь делаешь, коротышка вездесущая? — возмутилась матушка. — И как давно ты нас подслушиваешь?

— Очень давно, — вздохнув, признался профессор, отряхивая колени. — Я вообще-то пришёл не для того чтобы за вами следить. Одолели меня романтические чувства к прекрасной Петунье. Я ей и