Развод с драконом. Опозоренная императрица - Александра Самойлова

не смогу, никто не заслуживает подобной участи… А первый попавшийся злодей не сможет занять место императора только потому, что я нацеплю на него корону. Это должен быть кто-то из моей семьи…

— Наш ребёнок? — прошептала она, приложив ладони к своему животу. — Ты либо должен сделать его следующим рабом артефакта, либо умереть… Так?

— Все верно, мой свет, — кивнул я. — Тебе придётся это сделать, чтобы спасти наследника черных драконов. Ему суждено стать великим правителем. Но без твоей помощи он будет обречён…

— И когда ты это придумал? — поинтересовалась моя императрица.

— В тот момент когда понял, что моя империя кишит предателями… Другого пути у нас нет. Тебе придётся убить меня и спрятать артефакт. Только тебе я доверяю… Ты сможешь пообещать, что справишься? Драгоценная моя, от тебя зависит судьба всех чёрных драконов…

Анна.

Мир вокруг словно замер… Тишина обрушилась на меня снежной лавиной. Я почувствовала, что мне становится трудно дышать…

Мне хотелось упасть на пол, свернуться калачиком и заткнуть ладонями уши. Потому что я не могла слышать ничего о том, что я должна убить своего супруга…

— Да плевать я хотела на всех чёрных драконов! — прокричала я сжимая кулаки. — Я не стану тебя убивать даже ради спасения целой вселенной! Слышишь меня? И я не стану исполнять твои приказы как послушная марионетка!

— Но по-другому никак нельзя, — прошептал он, делая шаг в мою сторону.

И прежде чем я успела оступить, он резко схватил меня и притянул к себе, крепко обнимая. Я попыталась оттолкнуть Калеба, но силы были неравны. И внезапно я обмякла, почувствовав как глаза наполняются слезами. Я прижалась к императору всем телом и задрожала, от сдерживаемых рыданий.

Всё это время и искренне считала что смогу ненавидеть его. Но я не ошибалась!

— Ты не можешь просить меня о таком, — выдохнула я, уткнувшись в его плечо. — Ты ведь понимаешь, что я не смогу тебя убить…

— Ты не будешь меня убивать, — признался император. — К тому времени от меня уже ничего не останется… Ты убьешь венец. Он не должен продолжить существовать в моём теле как какой-то паразит… Он никого из вас не пожалеет. И я думаю, что ты это и сама понимаешь…

— Не понимаю! — воскликнула я, резко отстранившись. — Я не хочу этого делать! Одно дело — жить вдали от тебя и совсем другое — убить. Я бы знала что с тобой все в порядке и это согревало мне сердце…

— Мой свет, я понимаю, как тебе тяжело смириться с происходящим, — тихо произнес он, заглянув мои глаза. — Но ты должна спасти нашего ребёнка. Если бы я с самого начала знал о том, что происходит, я бы лично тебя спрятал подальше от чужих глаз.

Я не верила в то, что это происходит на самом деле. Не может наша красивая сказка вот так закончиться. Неужели для того, чтобы выжить, я должна пожертвовать тем, кого люблю? Разве это справедливо? Разве женщина, которая ждёт ребёнка, должна делать подобный выбор?

Пока я не знала причину, по которой мой супруг стал вести себя так жестоко, я была уверена, что смогу справиться со своей любовью. Я считала, что мне удастся спрятать свои чувства на самом дне разбитого сердца. Но я лгала самой себе. И теперь я понимала, что не готова с ним расстаться.

— Мы должны найти способ избавиться от венца, — прошептала я. — Любой артефакт можно лишить магии. Ты ведь сам мне об этом рассказывал.

— Драгоценная моя, — с улыбкой произнес он. — К сожалению, с такой силой не сможет совладать ни один из ныне живущих магов. Те, кто создавал корону, предусмотрели, чтобы их заклятие было нерушимо.

— Зачем ты вообще трогал эту корону? — спросила я.

— К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос, — вздохнул император. — Я вообще не помню, когда мне пришло в голову примерить венец и почему я стал носить его регулярно. Скорее всего кто-то заставил меня это сделать…

— Кто мог так жестоко с тобой обойтись? — прошептала я, глядя в его глаза. — У этого человека нет сердца. Ты всегда был добрым и справедливым правителем...

— Видимо, кто-то решил, что нет предела совершенству, — ответил он.

Я понимала, что ему страшно так же, как и мне. Только Калеб боялся не смерти, а того, что оставит меня без своей защиты. Он понимал, что в этом мире у него не так уж много союзников, но мне повезло, что они вообще появились. А что будет, когда Императора и правда не станет? Мне придётся до конца жизни подвергать опасности своих друзей, чтобы они раз за разом спасали меня от тех, кто попытается мне навредить? Это не риторический вопрос. Я ведь прекрасно понимала, что враги моего мужа так просто меня в покое не оставят. А я не готова всю жизнь прятаться. Всегда может объявиться тот, кто будет считать себя более достойным претендентом на трон чёрных драконов. А значит, мы никогда не будем в безопасности.

Кем бы ни был наш загадочный враг, он уже победил. Пройдёт не так уж и много времени, прежде чем Император потеряет разум. От него останется лишь пустая оболочка. А я даже не смогу его оплакать, потому что буду вынуждена сбежать в какую-нибудь глушь и растить своего ребёнка в полной изоляции. Но даже это не даст мне полной уверенности в том, что я нахожусь в безопасности.

— Я не смогу жить в мире, где тебя не будет, — прошептала я, взглянув на Калеба. — Если нам не суждено быть вместе, хочу вернуться домой!

— Ты уверена? — нахмурившись, спросил Император. — Если ты сейчас уйдёшь, то уже не сможешь вернуться. Наш ребёнок никогда не узнает, что ему было суждено править целой империей! Ты лишишь его возможности жить среди соплеменников. В твоём мире нет магии, а значит, он никогда не сможет обернуться… Он будет вынужден прожить жизнь обычного человека. И ты считаешь, что это справедливо?

— А справедливо бросать меня с кучей проблем? — всхлипнула я. — Справедливо заявлять, что я должна лишить тебя жизни и стать хранителем этой проклятой короны? Ты понимаешь, о чём меня просишь? Я не воин, я слабая женщина, и без поддержки я не справлюсь.

— Но у тебя есть поддержка, — заверил Калеб. — У тебя есть друзья, которые не дадут тебя в обиду.

— А им это нужно? — раздраженно спросила я. — Хотят ли они подвергать себя опасности ради моего спасения? Я вот точно не горю желанием стать виновницей чьей-то гибели. Ты должен либо придумать способ