Фейридейл - Вероника Ланцет

– После всех унижений, которые твой покойный отец заставлял меня терпеть долгие годы, я не вижу в этом ничего неприличного, милая. Я пойду на этот прием и хоть раз в жизнь повеселюсь, не оглядываясь через плечо в ожидании наказания. Прошел уже год, а учитывая репутацию Хавершема, никто не станет меня винить, – фыркает мама, задрав нос, и резко захлопывает веер, тем самым закрывая дискуссию.

Я устало вздыхаю и зарываюсь лицом в бархатную подушку кареты.

После внезапной кончины отца нам пришлось отказаться от лондонского сезона. Формально необходимый срок траура уже прошел, но я считаю, что еще слишком рано показываться в обществе – особенно после неприятных слухов о том, что моя мать приложила руку к его смерти.

Моя старшая сестра Оливия уже замужем и живет в собственном доме, поэтому здесь только моя мать, брат и я. Несмотря на то что титул перешел к моему брату, мать не сдерживает свои тиранические наклонности и следит за всем сама.

– Вот мы и на месте. Это наш шанс начать новую жизнь, – с благоговением выдыхает мать, когда в поле зрения появляется роскошное поместье.

– Скорее твой, – ворчу себе под нос.

Не то что я не люблю маму – люблю. Когда я была маленькой, она всегда защищала меня и пыталась уговорить других детей не обращать внимания на мою эксцентричность и принимать такой, какая я есть. Но она также чрезвычайно властная женщина, которая привыкла добиваться своего.

Даже будучи замужем за моим отцом, мама, при всей своей ненависти к публичному унижению, наслаждалась ролью полновластной хозяйки. Она серьезно относилась к своим обязанностям, так что поместье Хавершем приносило небывалую прибыль. Она нравилась персоналу, ее любили жители деревни, а все знакомые считали ее кем-то вроде феи-крестной.

– Элизабет! – в ужасе восклицает мама. – Это твой настоящий шанс найти подходящую партию. Не ту, что выбрал бы твой отец, – упрекает она. – Он переживал только о своих собственных интересах, а не о твоем благополучии. Но не волнуйся. Я буду рядом и позабочусь о том, чтобы у тебя были только самые лучшие поклонники, – кивает она сама себе, довольная своими рассуждениями.

Я заставляю себя улыбнуться и едва сдерживаю желание закатить глаза.

Мама уже позаботилась о моей сестре и подобрала ей богатого виконта, но я сомневаюсь, что сестра очень счастлива в браке. По крайней мере, именно такое впечатление у меня складывается во время наших встреч. Сестра постоянно сетует матери, что муж все еще посещает ее постель, хотя она уже подарила ему двух сыновей.

Мама, разумеется, посоветовала не перечить супругу и дала ей какое-то снадобье, чтобы сделать ситуацию более терпимой.

Я подслушала их разговор, поскольку мама никогда бы не рассказала мне ничего подобного о семейной жизни – что иронично, ведь однажды и мне придется с этим столкнуться.

Поэтому, видя, как глубоко несчастна моя сестра, я не доверяю материнским представлениям о достойной партии. Может, она и учитывает мои интересы, но свои собственные в конечном счете ставит превыше всего.

Когда наша карета останавливается и открывается дверца, мама выходит первой, а я следом за ней.

– Можешь поверить в то, что мы пробудем здесь следующие две недели? Больше никаких изгнаний, Элизабет. – Мама вздергивает подбородок, закрывая глаза, и у нее на лице появляется выражение истинного счастья.

– Конечно, мама, – киваю я, соглашаясь с ней.

Если для нее это две недели веселья, то для меня – просто пустая трата времени в детской. Отец умер как раз в тот момент, когда я собиралась дебютировать, и сразу после этого мы объявили траур. Поскольку я еще не вышла в свет официально, мне разрешено посещать только дневные мероприятия – чего нельзя сказать о суаре или балах, которые являются главной изюминкой празднеств у герцога Эссекского.

Мы приветствуем хозяев, и нас проводят в покои. Мне кажется странным, что нас селят отдельно: маму в восточном крыле, а меня – в западном.

Пока мы направляемся в комнаты, Мэри следует за мной по пятам, а рядом с ней идет один из лакеев, неся мой багаж.

После того как он заносит сундуки, Мэри дает ему на чай и выпроваживает за дверь.

– Скорее же, он там наверняка задохнулся! – в отчаянии говорю я и хватаю сундук поменьше, чтобы открыть его.

Через секунду появляется Мистер Мяу, вытягивая голову и издавая громкое мяуканье при виде меня.

– Мне так жаль, Мистер Мяу. Ты же знаешь, как мама к тебе относится.

Мне и самой неведомо, как у меня получается прятать его почти год. Обнаружив его на заднем дворе, я так и не смогла с ним расстаться, поэтому забрала в свою комнату и с тех пор кормила его и заботилась.

За этот год он стал моим лучшим другом. Он всегда был рядом, всегда понимающе мяукал или мурлыкал в знак утешения.

Может, мы и говорим на совершенно разных языках, но, как мне кажется, прекрасно понимаем друг друга даже без слов.

Мистер Мяу прыгает на меня и тщательно облизывает мое лицо, показывая, что на самом деле не расстроен поездкой в таком тесном месте.

– У меня есть для тебя угощение, – шепчу я, доставая из складок платья маленький кусочек еды и протягивая его котику.

Его глаза округляются, и он наклоняется вперед, одним махом проглатывая ветчину.

– Я украду для тебя еще, – обещаю я и наконец опускаю котенка на пол.

Я также привезла с собой маленькую подушечку, на которой он может спать, хотя всегда оказывается в постели со мной, а также ошейник, который я заказала специально для него. Вынимая украшение из шелкового мешочка, я снова вспоминаю, что потратила на гравировку все свои деньги.

И все же, надевая ошейник котику на шею, я не нахожу в себе сил сожалеть. Белый кожаный ремешок идеально подходит к белой шерстке, а по центру свисает маленькая серебряная подвеска, на которой выгравировано: «Мистер Мяу Лиззи».

Когда я смотрю на него, мои губы расплываются в широкой улыбке.

– Ох, ну разве ты не красавец, Мистер Мяу? – игриво спрашиваю я.

Будучи самым умным котом, он направляется прямиком к полноразмерному зеркалу на другом конце комнаты и останавливается, чтобы полюбоваться своим отражением.

До появления Мистера Мяу я и подумать не могла, что коты способны узнавать свое отражение, не говоря уже о том, чтобы искать его по собственной воле. И все это явно доказывает, что мой Мистер Мяу не