Паулина. Начать сначала - Елена Алеева

уже было по паре колготок для малышей. Себе я тоже планировала связать колготки, но для детей было быстрее, поэтому решила сначала связать им еще по паре. В общем, не успела оглянуться, на дворе уже светало.

Из донесения старшего стражи, Правителю земель Рузийских князю Рувану

Спешу доложить, все управляющие оповещены и заверили, что проверят каждую деревню на появление похожей девицы. Жду дальнейших распоряжений.

Глава 34

Глава 34

Спать я так и не легла. Подоив корову, пошла полоть грядки и окучивать картофель. Дел, как всегда, много, а меня еще и шерсть дожидается. Из нее нужно свалять одеяла. Заниматься ими я планировала прямо здесь, в сарае. Нужный мне стол есть, да и не жалко земляной пол, на который будет стекать вода.

— Паутинка, светлого утречка, — не успела зайти в сарай, меня окликнула Румка, — Я тута энто… Подушки и подстилку, — кивнула на ручную тележку женщина.

— Ого, — удивилась куче подушек, возвышающейся над тележкой, — Сколько здесь?

— Так, пяток подушек, все не уместились, да подстилка одна, — бросила Румка, внимательно наблюдая, как я трогаю подушки.

Стоило заметить, что сделаны они на совесть. В меру плотные и не жесткие.

— Беру, — подхватив три штуки, побежала домой.

Засунув руку в сундук, достала кошель и отсчитав нужное количество монет, снова побежала во двор.

— Вот, держи, — протянула монеты и прихватила оставшиеся подушки.

— Давай-ка, помогу че ли, — вытащив со дна тележки матрас, женщина поспешила вслед за мной.

— Ещо пяток привезу, — произнесла, осматривая «гостиную», — А энто чаво за ящык такой?

Подошла к холодильнику, прикоснувшись рукой к ручке, но вовремя остановилась.

— Холодильник это, — произнесла я и отодвинув женщину, открыла сначала одну дверцу, потом вторую.

— Ты чаво, девка? Попортятся жеж все продукты-то в нем… Ой, а в нем холоденько. И вправду, холодит. Как так?

— Вот так, — закрыла дверки перед ее носом, — Подушки тащи, а то мне на надел еще идти.

— Ага… Щас… Я мигом… Ты токма скажи, как он холодит-то? — уже у двери, повернулась ко мне, снедаемая любопытством.

— Кристаллы холодят.

— Ах… Кристаллы… Все, че ли?

— Все. Только их нужно подержать в горной реке, тогда будут холодить, — пояснила я. Нет в том тайны, люди же не дураки, и сами со временем догадаются.

— Ой! Памяти, как у куры! Параська у нас со спиной слегла, просила у Альмы травку ту, что Ганику на ноги поставила, ежели есть…

— Есть, токма не травка, а мазь, — услышала я голос Альмы за спиной, которая с гордостью выделила новое слово.

Я даже не заметила, что малыши уже проснулись, пока бегала тут с подушками.

— А чаво это за… мазь така? — подозрительно прищурилась Румка, пока Альма побежала в подпол.

— Она эффективнее, чем примочки, — ответила я за девочку.

— Ифи… Чаво?

— Быстрее действует. Боль снимает скорее, — вздохнув, пояснила я.

— А-а-а…Воно как, — произнесла женщина, принимая из рук Альмы маленький горшочек.

— Пусть тетка Параська мажет спину утром и вечером. Долго втирает, абы мазь впиталася, — строго давала наставления Альма.

— А как жа, я усе передам, — кивала Румка, переводя взгляд с меня на малышку, — токма к Параське забегу подушки прихвачу и вертаюсь. Я мигом…

Пока дети умылись, пока я заплела тугую косу Альме, накрыли на стол, в дом потянулись строители. А после завтрака и Румка вернулась с подушками.

Альб погнал на поле Буренку, Альма занялась изготовлением мыла, а я бодрой козочкой, поскакала на надел. Прополов вылезшие из земли картофельные всходы, которые меня очень порадовали быстрым ростом, еще немного и догонят ту, что на огороде, вернулась домой.

А там меня уже дожидался Торин, а рядом с крыльцом стояла новенькая коптильня.

— Вот… Заказ твой, Паутинка, — кивнул парень на металлический ящик.

— Ух ты! Ну, теперь его надо бы в деле проверить, — осмотрела коптильню, вроде все, как я описала Талану.

— А чаво коптить — то будешь? — с любопытством спросил Торин, наблюдая, как я устанавливаю коптильню между изгородью огорода и сараем.

— Придется на реку сгонять, ловушку проверить, — выпрямившись, осмотрелась.

Придется пока отложить валяние одеяла, местные скоро в город поедут, и мне нужно успеть накоптить рыбки.

— Айда, я с тобой схожу. Нечего по лесу одной шастать, — нахмурившись произнес Торин, на что я лишь усмехнулась.

— Ну, пойдем, — кивнула и прихватив корзину, вышла на улицу.

Свернув на тропинку, которая вела к реке, я заметила по другую сторону несколько местных, и старосту среди них.

— О, а что за сходка? — остановилась я, приложив руку ко лбу, — Почему меня не позвали?

— Так землю под сад готовят, — остановился рядом со мной Торин.

— Да ты, что! — радостно вскрикнула я, повернувшись к парню.

— А чаво? Ты ж сама хотела…

— Хотела. Просто думала, что никто не прислушался, — молодец Ермей, уверена, это благодаря ему, местные все же зашевелились.

— Вона, прислушались… — как-то грустно произнес парень, — Разве ж можно тебя не слушать?

Возможно, Торин хотел со мной о чем-то поговорить, но мои мысли были заняты своими проблемами, и я не сразу поняла его настроение.

До реки мы дошли быстро, в ловушке снова оказались три рыбины, которые я переложила в корзину, вернув вершу на место. Хотела подхватить корзину, но Торин меня опередил, перехватил мою руку и поднял на меня красноречивый взгляд.

— Паутинка, люба ты мне. Не отталкивай, — резко притянул меня к себе парень.

— Торин, мы уже говорили об этом, помнишь? — попыталась я вывернуться из его рук. Сильный, зараза, крепко держит.

— Чаво мне с разговоров тех? Тошно мне без тебя, — еще сильнее прижал к себе, с тоской заглянув в глаза, — Все для тебя сделаю. Детей приму. Дом построю…

И вроде говорит искренне, а влюбленный взгляд, казалось бы, должен поразить меня в самое сердце. Но, нигде не екнуло даже.

— А как же невеста твоя? — решила использовать железный аргумент, — Родители тебе не простят, если поперек их воле пойдешь.

— Они простят. Примут тебя потом…

— Нет, Торин. Они не примут, а ты потом себя не простишь, — вырвалась