Пара для волка - Ольга Сергеевна Шерстобитова

Он молча достал меч и коротко велел:

– Держись рядом и следи, чтобы мы не сбились с пути.

И буквально в следующую секунду все эти чудовища набросились на нас. Я пискнула от ужаса, но этот звук потонул в начавшейся битве. Теперь я только и видела, как сверкал в руке Влада меч и падали в воду сраженные монстры. Врагов было столь много, что вскоре Влад применил частичный оборот. Теперь в ход шли и его когти, и зубы. Он кружил возле меня и рычал каждый раз так, что хотелось подпрыгнуть на месте, – низко и угрожающе на все болото, когда хоть кто-то из ретивых монстров оказывался близко ко мне.

Таким диким, хищным, невероятно сильным я этого мужчину еще не знала. Сейчас он буквально расшвыривал вокруг нас вопящих врагов и был совсем не похож на того вожака, который ехидно спорил со мной у костра, носил на плече и кормил земляникой. Здесь был зверь. Опасный и смертоносный. И этот зверь защищал меня, как никто другой бы не стал…

Эх… а я вот совсем беззащитна перед нечистью и ничем не могу ему помочь. А еще ведьма называется!

Тут я осознала, о чем подумала, ругнулась про себя. Это надо же настолько испугаться болотных чудовищ, что забыла о своей силе.

Я нырнула в сумку, достала зелья и… флаконы вспыхнули в моей руке, осыпаясь искрами. Та же участь постигла абсолютно все мои зелья, оставив сумку практически пустой, не считая запасной одежды и мелочей. Созданная ловушка не позволила использовать никакую магию, кроме поискового светлячка, буквально развеивала ее. С досады прикусив губу, понимая, что ничем не смогу Владу помочь, кроме как бежать дальше за светлячком, я увернулась от очередного монстра, который пытался мной подзакусить. В следующее мгновение он рухнул, сраженный мечом Влада.

Вскоре чудовища стали редеть и отступать, а неподалеку показалась небольшая поляна, за которой тянулась твердая и сухая тропа. Именно там и замер мой светлячок, горя ровным золотым светом. Значит, это место безопасное.

Влад, все еще прикрывая меня своей могучей спиной, настороженно осматривался, не спеша прятать меч. И только когда стало совсем тихо, убрал оружие и повернулся ко мне.

В следующее мгновение его глаза вспыхнули, словно огонь, полыхнув яростью. Он подхватил меня и буквально перекинул на поляну с такой скоростью, что из груди вышибло воздух, а в глазах потемнело.

Едва я рухнула на землю, как, не обращая внимания на боль от удара, вскочила.

Влад дрался с огромным и страшным монстром – выше моего оборотня в два раза, с пастью, полной черных зубов, с когтями, истекающими ядом. Похоже, тот выбрался из болота как раз на том месте, где я стояла секунду назад.

Еще несколько мгновений – и Влад вонзил в грудь чудовища когти, снося другой рукой с мечом голову. Монстр завалился в болото, утягивая за собой и Влада. Вода взметнулась, опадая, но моего оборотня я так и не увидела.

Не помня себя от ужаса, забыв обо всем на свете, я рванула к тому месту, где он ушел под воду и, не мешкая, нырнула в самую глубину. Вода, словно омут, потянула за собой, болото обрадовалось новой добыче, но я искала в ней Влада и, когда нашла, потащила за собой. Задыхаясь, чувствуя, как немеют руки и ноги, как перед глазами становится все темнее, я не сдавалась. И, наконец, вынырнула рядом с безопасным берегом.

Выплевывая воду и жадно ловя ртом воздух, несколько секунд приходила в себя, а после с неимоверными усилиями вытащила нас обоих из воды на середину поляны. Болото шипело вслед, булькало, казалось, так и тянулось, чтобы заманить обратно, но уже тщетно. Я никому не позволю забрать у меня этого мужчину – ни болоту, ни нечисти, ни смерти. Только не его.

Рухнув рядом, тяжело дыша, успокаивала трясущиеся руки и ноги, осознавая, что Влад так и не пришел в себя. Бросилась к нему, прислушиваясь к стуку сердца, которое, к счастью, билось. Затем зажала ему нос и нажала на грудь, заставляя выплюнуть воду, и только тогда и заметила растекающееся по рубашке алое пятно.

Рана в плече оказалась глубокая, но самое страшное – в нее попал яд того жуткого чудовища, и он расползался по телу черными нитями, забирая капля за каплей жизнь.

– Нет-нет-нет! – зашептала я, трясущимися руками стягивая с Влада одежду и проверяя, не зацепило ли его когтями еще где-то. – Ты не смеешь умирать, слышишь?

По щекам потекли слезы, но я вытерла их, шумно вдохнула и потянулась за сумкой. Должно же в ней остаться хоть что-то нужное!

Чистая запасная одежда, фляга с водой, бинты и ничего больше. Я промыла рану, перевязала ее, но это не поможет от яда. Он так и полз все дальше. Губы Влада синели, лицо становилось бледным. Я умывала его, стирала грязь и кровь, в панике думая, что могу сделать, как спасти и вытащить этого мужчину из лап приближающейся смерти.

Я прижалась к нему, обхватила лицо ладонями, ища хоть какой-то признак жизни. Его дыхание уже едва ощущалось…

Я не могу его потерять. Только не его! Всю душу он из меня вытряс, все сердце растревожил, всю жизнь перевернул… Эти чувства так и жгли сейчас изнутри, просились наружу и, когда под пальцами вспыхнула магия, я, не думая, опустила ладонь над его раной, отдавая всю, до капли.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть он живет! – шептала я неизвестно кому это странную молитву, и огонь внутри все рос и рос.

Я опутывала сейчас своей магией Влада, вливая в него силу, вытягивая яд, что попал в него, наверное, вечность. И когда его дыхание выравнялось, а кожа стала теплее, взглянула снова на рану, которая начала затягиваться.

Получилось! Не знаю почему вдруг моя магия проснулась и сработала, когда те же зелья пришли в негодность, но это сейчас не имело значения. Главное, Влад теперь вне опасности. Я обессиленно уткнулась ему в другое плечо, всхлипнула, не в силах от усталости даже двигаться.

Туман вновь затягивал пространство вокруг, отрезая нас сейчас от всего мира, когда я немного успокоилась, а Влад вдруг застонал, заворочался. Я встрепенулась, нависла над ним, ожидая, что откроет глаза, но вместо этого он, так и не приходя в себя, находясь в каком-то забытье, притянул меня ближе и впился в губы таким отчаянным поцелуем, будто я была его воздухом.

Не осталось ничего. Ни опасностей, ни болота, ни моего недавнего страха.