Ворон. Альянс с врагом - Екатерина Ромеро

— Давай еще.

— Мне хорошо. Мне хорошо... Очень, — шепчу, когда Вито ставит меня на колени. Он зажимает меня так, что даже дернуться не смею. Обхватывает грудь руками и при этом входит сзади.

Кажется, даже воздух пропитывается похотью, мы почти не говорим. Скрипит кровать, мне так хорошо, приятно. В сексе Вито не жестокий, но уверенный, очень умелый, и хоть на некоторое время в такие моменты я могу не думать о том, что он меня ненавидит.

Сейчас точно ненависти нет. Скорее есть его голод, похоть, желание разрядки.

А я тайно испытываю удовольствие. С ним, под ним, представляя, что я его любимая. Как же это глупо, Скай.

Как же хочется мне, чтобы хоть на миг, хоть один раз Вито меня поцеловал в губы. Больно, грубо — как угодно, но целовал! Но он не целует. Совсем.

Нет, больно он мне не делает специально, скорее просто пользует. Как куклу. Не любит, как я вообще могу надеяться на иное.

Каждая женщина это чувствует, так вот Вито сейчас хочет просто сбросить напряжение. Возможно, ему приятно, но он об этом не говорит. Он любит Софию. Софию, а не меня.

— А-а-ай! — кричу, когда оргазм накрывает волной. Вито не останавливается, растирает мой клитор, и тело пронзает сладостный спазм. Я кончаю первая, содрогаясь в его объятиях. Пусть нелюбимая, пусть это все мираж, но хотя бы так.

Я же тоже человек. Только сейчас понимаю, что у меня не будет другой любви, другого мужчины. У меня есть только Вито. И я хочу забрать эти крошки нежности, которые он мне дает. Своей ненавистной супруге.

Вито кончает следом, выходит из меня, и мы просто молчим. Я лежу на боку, совершенно вымотанная. Он рядом — тяжело дышит. Ни объятий, ни ласковых слов, он не для того на мне женился.

Я смотрю в стену. Холодную и серую, точно из бетона. Такое и его сердце, хотя уверена, с Софи Вито был совсем другим.

— Отпусти меня, пожалуйста. Я жить хочу. Я любить хочу! И быть любимой, — шепчу тихо в полутьме, он так и не включил свет. Чтобы меня не видеть.

— Нет. Ты моя жена. Ты сама сделала выбор.

— Ты не оставил мне выбора!

— Но все же ты его сделала.

— Я ненавижу тебя...

— Знаю, но тебе не мешает это быть моей женой.

— Тебе все равно, да?! На то, что я чувствую, на то, каково мне. Да, я не такая, как твоя жена.

— И никогда такой не станешь!

— Да, ты прав. Я хуже Софии, и я это знаю. Так же как и то, что ты женился на мне только из мести. Знаешь, лучше бы ты убил меня, чем так. Сделал бы быстро и не сравнивал бы теперь меня, потому что мы оба знаем, что я всегда проиграю эту битву.

Вито ничего не ответил, я и так все поняла. Это была чистая правда. Я была всего лишь его местью, не больше. Я хуже Софии, я и рядом не стояла с ней.

Какая же я дура. Я выходила за него из страха, я тогда хотела защитить мать, а теперь что? Вся моя жизнь так пройдет, мы будем чужими людьми, господи.

Вито любит Софи, даже если ее уже нет, все равно любит. И в его сердце нет любви для меня. Там просто нет больше места.

Глава 26

Вито

Она что-то делала, не произнося ни слова. Выводила меня на эмоции, которых я не хотел. Все, чего я ждал, — это подчинение, и оно было. Скай слушалась меня, не истерила, ну почти. Она успокоилась, когда узнала, что ее мать жива, и все выглядело лучше, но потом в спальне что-то поменялось.

Я хотел ее, а Скай плакала. Молча, в этой полутьме. Я чувствовал себя каким-то зверем, перед которым дрожала овечка. И я не хотел уже ее убивать. Мне было тошно от самого себя, если честно.

У нас с Софией все было иначе. Мы смеялись, бесились, дурачились. Мы были молоды и беззаботны, даже когда родилась Лесси. Я чувствовал, что это моя женщина, Софи полностью мне подходила.

Скай не такая. Нет, она мне не противна, она просто не моя. Вроде бы. Но и отпустить я уже ее не могу.

Я хочу ее. Вдыхать ее запах роз, смотреть на нее, на нее всю. Она нежная, сладкая роза, я бы облизал ее всю. Мне сложно от нее оторваться физически, но общение у нас не складывается. Она обижена, я знаю, но я не могу переступить через себя, зная, кто ее дядя.

Я и так первый раз с трудом ее взял. Не потому, что не хотел, просто внутри словно какой-то барьер стоял. Я был верен Софии, так было всегда. А теперь ее нет, а я, блядь, не понимаю, как мне позволить себе взять другую женщину.

Я не хотел делать Скай больно, но она все равно ревела. Даже стоя предо мной на коленях. И тогда я сам ее уложил на кровать и вылизал. Я хотел ее успокоить и не знал, как иначе. Я просто не знал.

Дальше был секс. Приятный, долгий, обучающий ее в каком- то смысле. Я не рвал ее, не терзал. Я брал ее, делал своей, показывал, подчинял. Скай слушалась, и все выглядело нормально. Кончила даже, я тоже кончил, а потом Скай расплакалась.

Этот пузырь повиновения лопнул, и на меня полились все ее обиды, обвинения. То, чего слушать не хотелось, но пришлось.

Я не выдержал. Она уже моя жена, ей надо было с этим смириться, но я понимал прекрасно, что предо мной двадцатилетняя девочка, она еще не знала жизни и не о таком браке мечтала уж точно.

Я вышел из спальни, Скай еще долго плакала. Я не ночевал с ней в эту ночь, не мог. Я сам себя загнал в угол, и, кажется, решения не было. Этот брак одобрил отец, я так хотел