В отчаянном разрушении - Елена Дж.

к себе. От этого движения я сползаю вниз по длине его бедер, задирая при этом шорты. Мое ядро тут же прижимается к его, и я стону, что застает меня врасплох. Это было совершенно непроизвольно. Я замечаю, что чувствую под собой, и не могу удержаться от вздоха.

Он медленно наблюдает за тем, как я осознаю, что подо мной выпуклость. Она все еще медленно увеличивается, когда я двигаюсь, чтобы устроиться поудобнее. Он снова шипит под нос, и от этого у меня внутри все трепещет.

— Это, — говорит он сквозь скрежет зубов.

— О, — просто говорю я, и улыбка начинает растягиваться на моем лице. То, что мы можем так медленно двигаться, но при этом так легко разжигать огонь. По крайней мере, я надеюсь, что разжигаю что-то катастрофическое и в нем.

Мои руки скользят к его шее, пальцы перебирают локоны у основания, а он бормочет проклятия на испанском.

— Могу ли я... Могу ли я двигаться? — спрашиваю я. Он все еще крепко держит меня за талию, и я не могу сдвинуться ни на дюйм. Как будто он прилепил свои руки к моему телу, и я навсегда застряла здесь, на его растущей эрекции.

Я не жалуюсь, но огонь в моей душе хочет, чтобы я двигалась. И мне нужно снять это напряжение, пока я не сошла с ума.

— Я думал, ты хочешь меня поцеловать? — поддразнивает он.

Моя сердцевина нагревается, а киска умоляет, чтобы ее использовали безжалостно и в его распоряжении. Я знаю, что пока мы не можем идти до конца, поэтому сегодня я получу только сухие поцелуи. Если он мне позволит.

— Я хочу, Арло, — шепчу я, еще сильнее прижимаясь к нему, и его хватка на моей талии становится еще крепче, если это вообще возможно.

— Тогда поцелуй меня, Клементина. Здесь все в твоих руках.

Несмотря на то что его слова звучат требовательно, его тон на мгновение колеблется, словно он ждет, что я позволю ему взять верх. Но я наслаждаюсь тем, что сейчас могу контролировать наши движения.

Не теряя времени, я прижимаюсь к его губам. Они мягкие и электрические. Тепло и успокаивающе. Мы на секунду отстраняемся друг от друга, и я снова погружаюсь в него, еще сильнее сжимая его волосы, а его руки плавно переходят на мою талию, а затем на бедра. Я задыхаюсь, и его руки останавливаются.

— Все нормально? — шепчет он между поцелуями. Я киваю и коротким движением руки хватаю его за запястья и перемещаю их обратно ниже, к бедрам, а затем к попке.

— Вот так, — бормочу я, и он соглашается, прежде чем мы снова целуемся.

Огонь, разливающийся по всему моему телу, доходит до точки кипения, а моя киска жаждет какого-то трения. Я практически чувствую, как там бьется чертово сердце, и мне нужна разрядка.

— Могу я двигаться, сэр? — шепчу я, когда мы разделяем наши губы. Он задыхается, прежде чем его пальцы крепко впиваются в мою задницу, и я резко вдыхаю.

— Ты можешь делать со мной все, что захочешь, Girasol.

Я снова целую его, и на этот раз я мягко двигаю бедрами. Прикосновение моей одетой киски к его эрекции ощущается как рай, даже если движения медленные. Я тихонько стону, а он делает то, чего я никогда не слышала.

Он так низко рычит, а его пальцы все глубже погружаются в мои мягкие бедра. И в этот момент я надеюсь и молюсь, чтобы его прикосновения были достаточно глубокими, чтобы отметить меня. Мне противно думать, что после всей той боли, через которую я прошла, и боли, которую я причинила своей коже, я хочу, чтобы его следы остались. Я хочу, чтобы его прикосновения обжигали меня. Стерло все предыдущие прикосновения не только Нейтана, но и шрамы, которые я сама себе нанесла.

Я продолжаю крутить бедрами по его эрекции, натыкаясь на что-то длинное, и понимаю, что это вена. Черт, если бы я только знала, как это выглядит на самом деле без этих треников.

Мое дыхание становится неровным, пальцы на его плечах сжимаются все крепче, а движения становятся более быстрыми. Скрежетание по его эрекции приносит некоторое облегчение, но мои мысли устремляются туда, где мне хочется большего. Но я также напугана. Поэтому я остаюсь на границе между желанием оставаться в безопасности и желанием окунуться в темные воды.

— Такая красивая, bebita.

Его голос прерывает мои мысли, и я моргаю, открывая глаза, даже не осознавая, что они у меня закрыты. Он снова целует меня, и я таю в его поцелуе. Мои бедра кружатся еще сильнее, а шорты поднимаются между бедер, еще больше надавливая на клитор из-за скомканной ткани.

— О, — хнычу я, когда мой клитор, кажется, попадает в идеальное место, и я начинаю по-другому тереться об него.

— Да? Прямо здесь? — шепчет он, перемещая свои губы на мою щеку, а затем на линию челюсти. Его поцелуи мягкие, почти как перья. Я сжимаю бедра вокруг него и продолжаю в погоне за облегчением.

— Пожалуйста.

Мой голос срывается, когда я увеличиваю темп.

— Я держу тебя, детка, бери все, что тебе нужно.

Его слова только разжигают во мне желание оседлать его до такой степени, что я не могу думать ни о чем другом. Все, что я вижу, слышу, чувствую, обоняю и ощущаю, — это он.

Я стону, когда его губы спускаются к моей шее, а мои руки перемещаются с его плеч на шею, пока я продолжаю находить правильный баланс. Внутри меня все сжимается, и я понимаю, что уже очень близко.

— Арло, я близко! — Мои слова сбиваются, когда я спотыкаюсь и мои бедра выходят из темпа.

— Кончи для меня, bebita.

Его губы снова приближаются к моему уху, и он покусывает мочку моего уха. Ощущения такие интимные, что я заикаюсь от бессвязных слов, пока все не обрывается.

Моя киска сжимается от напряжения, и я чувствую, как оргазм наступает в полную силу. Я сжимаю губы, пока скачу по нему, а его руки плавно поднимаются и опускаются по моей талии и бедрам.

— Вот и все, — выдыхает он дрожащим голосом. — Я так горжусь тобой, bebita.

Мои движения замирают, пока я пытаюсь успокоиться после разрядки. Я делаю несколько глубоких вдохов, прежде чем поднять голову и посмотреть на него. Его темные глаза с капюшоном прикованы к моим, а его руки становятся менее строгими и начинают мягкими движениями поглаживать мои бедра.

— Это было… — выдыхаю я, в голове полная каша.

— Я знаю, — улыбается он. Я прислоняюсь