Капкан паучьей лилии - Лили Крайн

кавардака и не одобряла решения пустить всё на самотёк, но промолчала. Рабочий день подходил к концу. По дороге домой вместо привычных треков, они включили радио, и, когда заиграла старая песня Smokie «Living Next Door to Alice», Рэд буквально перекосило — она быстро выключила магнитолу, вызвав у Сонни недоумение.

— Вот тебя как дразнили в детстве или юношестве? — проворчала она на вопрос о том, чем этот поступок был вызван.

— Разное бывало. — Сонни нахмурился, вспоминая. — Но, в основном, всё по классике: ботан, заучка, очкарик. А что?

— Меня дразнили этой песней. — Рэд скривилась.

— Что в ней такого?

— В оригинале — ничего, — вздох, — меня дразнили перепевкой на другом языке.

Сонни заинтриговало это признание, но как он ни пытался узнать, как звучит тот вариант, Рэд твёрдо стояла на своём: «Это скучно. Не помню. Не знаю. Не хочу».

— Значит, чтобы тебя разозлить, достаточно назвать «Элис»? — Он не сдержал хитрой улыбки. Рэд закатила глаза.

— Зря я тебе это рассказала.

— Вовсе нет, друзьям положено знать такие вещи, — парировал Сонни, и на этом разговор был исчерпан.

К слову, друзьям также положено знать, когда их другу плохо. В том, что Рэд плохо, он не сомневался. Было непривычно видеть её такой вымотанной, наблюдать, как она периодически отрывает одну руку от руля, чтобы растереть переносицу и уголки глаз. А ещё, почему-то, становилось скверно на душе. Сонни захотелось не просто забрать Рэд домой, а закрыть её там: дать отоспаться, отдохнуть, накормить от души — и ни капли кофе! По крайней мере, пока она не придёт в себя или не придушит его в попытке добраться до ароматного напитка. Главное правило дружбы гласит: ты всегда должен помогать близкому, даже если он этого не хочет. Так что идея взять Рэд пожить к себе домой показалась Сонни крайне привлекательной. Нужно только постараться ограничить её общение с Вафелькой, а это может быть даже сложнее, чем спрятать кофе. Сонни рассмеялся собственным рассуждениям, уловил вопросительный взгляд Рэд в свою сторону и покачал головой. Знала бы она, какие дурацкие мысли приходят в его голову!

Стараясь подавить подобные идеи, Сонни попытался сконцентрироваться на чём-то другом. Вид за окном больше не увлекал его, нужно было найти что-то другое. Он вновь перевёл всё внимание на Рэд, отмечая к тому же облупленный местами лак на длинных острых ногтях: матовых, чёрных, с узкой красной полоской на кончиках. Но выбор маникюра его даже не удивлял. Взгляд зацепился за кончик шрама, рассекающий пальцы. Интересно, уже можно спросить? Или ещё слишком рано?

Машина слишком резко затормозила и Сонни встрепенулся. Приехали. Вот только теперь он понял, почему остановка была такой резкой: вдали, прямо перед порогом стоял белый грузовой фургон. Что-то щёлкнуло в его голове, Сонни догадался.

— До завтра. — Рэд попрощалась ещё до того, как он успел что-то сказать.

— Пока, — глухо отозвался Сонни и вышел из машины.

Он прошёл через ворота, помахал ей напоследок, но автомобиль уже развернулся и мчался в обратную сторону. Сонни как раз подошёл к дому, когда и фургон тронулся с места, отъезжая и освобождая площадку перед входом. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, он зашёл внутрь, отмечая, что некоторые части аппаратуры остались прямо возле двери. Значит приехал совсем недавно. Только вместо нужного имени, Сонни в первую очередь позвал:

— Вафля! — Тишина. — Вафля! — Опять без ответа. Он нахмурился, сделал несколько шагов вперёд. В этот момент на верхних ступеньках показался Мэт.

— Ты притащил домой собаку! — сказано было не столько с осуждением, сколько зло. Ну вот, опять.

— Где она? — Сонни не был настроен на ругань.

— Запер в кладовке. — Мэт кивнул в сторону. — Чтобы не мешалась под ногами, пока мы со всем разберёмся.

— Я взял её на передержку, это проба.

— Но не сказал мне.

— Хотел сделать сюрприз. — Тут Сонни заметил, как ощетинился Мэт, и поспешил добавить: — Прости, нужно было предупредить.

— Не предупредить, Сонни! Нужно было посоветоваться! Тогда ты бы знал, что я против.

— Чем она тебе мешает? — Он развернулся на ходу, заходя на кухню. Позади раздались гулкие шаги.

— Погрызёт всю аппаратуру.

— Будем закрывать дверь.

— Французский столик пятнадцатого века. — Чем парировать данное заявление, Сонни не придумал. — Да и вообще, будет носиться тут, всё сшибёт, а оно денег стоит.

— Она тут не первый день, всё нормально.

Второй раз за сутки ему приходится успокаивать взбесновавшегося человека. «Это кара», — подумалось Сонни. Он снова обернулся к Мэту лицом, перехватил того за ладони, подтянул к себе поближе:

— Просто дай ей шанс. И вообще, даже не поприветствуешь меня после длинной разлуки?

Несколько секунд ничего не происходило, затем Мэтью неожиданно кивнул, подался вперёд, обнимая Сонни — он отступил, редкое явление. Уличив момент, тот решил попробовать кое-что ещё:

— Кстати, у меня, кажется, появился настоящий друг.

— Кто он? — Мэт напрягся.

— Она.

— Тогда ладно, — пробормотав ему в плечо. — Я рад.

Маленькая победа на его счету, даже целых две. Сонни наконец расслабился. Казалось, все неприятности, ругань, споры ушли в небытие. И может, теперь он сможет жить спокойно. Осталось только разобраться с тем, как помочь Рэд, тогда будет совсем идеально. Улыбнувшись, Сонни уткнулся в светлую макушку носом, а где-то наверху раздался заливистый лай.

Серия 25

«Это не праздник, а какое-то безумие!», — раздосадовано подумал Сонни и встряхнул простыню, распрямляя её на постели. Он поправил подушки, одеяло, оглядел новое ложе и хмыкнул. Вечер, начавшийся вполне прилично, был окончательно испорчен, и теперь Сонни предстояло ночевать в гостевой комнате. По собственному решению. Он уселся на край кровати, уставившись в окно напротив, и задумался, пытаясь понять, как всё дошло до такого.

Был день благодарения. Не так давно, вернувшийся Патрик заявил, что хочет отпраздновать его в близком кругу и пригласил Сонни к себе, упоминая, что тот может взять с собой кого захочет. Естественно, Сонни позвал Мэта, в конце концов, он давно хотел познакомить партнёра и с менеджером, и с Рэд, которая тоже была приглашена.

В назначенный час они явились по нужному адресу. В дверях их встретил воодушевлённый Патрик и провёл через дом на задний двор, где находилась оранжерея, правда, в этот раз она выступала местом для проведения праздника. Посреди помещения, заставленного по бокам цветочными кадками, расположили небольшой прямоугольный стол и стулья. Возле него возились Рэд с Мартиной и ещё одна незнакомая Сонни женщина, оказавшаяся бывшей женой Патрика — Кэтрин. Они о чём-то переговаривались, тихо посмеиваясь над фразами друг друга, когда Сонни с Мэтом прошли внутрь.