Оживим лекарскую лавку, или Укольчик, Ваша Светлость? - Мотя Губина

Вы на ногах еле стоите! Хотите загнуться прямо в моей гостиной? А как я потом ваше бездыханное тело вытаскивать на помойку буду, вы хоть подумали? Ваша туша весит килограмм сто, не меньше, а я — не вампир, чтобы тяжести таскать. Да и с властями потом объясняться и доказывать, что это не я вас потихоньку посреди ночи заколола столовым ножичком. Совесть у вас есть?!

Вампир мне даже не ответил, а вместо этого развернулся и медленно, а главное — молча пошёл в другую часть дома, в мой кабинет.

— Куда это вы?

— Вы кровь нацедить хотели. Передумали? — спокойно проговорил он, открывая дверь.

Я злобно запыхтела и направилась следом. Вот же баран упрямоголовый!

Там мужчина сел на кушетку и постарался незаметно для меня перевести дыхание. Если он мог быть ещё более бледным — он им стал. Такая короткая прогулка по дому словно вытащила из него все силы.

— Как вы себя чувствуете? — подошла я ближе и взяла пальцами его запястье, пытаясь нащупать пульс. Другой рукой дотянулась до стеллажа и взяла в руки небольшой артефакт, напоминающий земные песочные часы, который заменял в этом мире секундомер.

— Это бесполезно, — хмыкнул он еле слышно. — У вампиров кровь течёт куда более медленно, чем у людей.

— Не считайте меня совсем уж глупой, — улыбнулась я, внимательно прислушиваясь к ощущениям и стараясь не пропустить тот самый толчок в вене, — я всё же несколько недель из учебников не вылезала. В том числе по анатомии разных рас. Я не собираюсь считать сердцебиение вампира, которое в сто раз медленнее человеческого. Иначе мы тут с вами до утра просидим. Но мне нужно сравнить его силу с той, что была, когда я вытащила вас из воды в первый день моего пребывания здесь. Я хорошо запомнила этот один-единственный, но очень сильный толчок, который приняла за ошибку сознания.

Кристианер посмотрел на меня удивлённо.

— Вы не шутите? Что вам это даст?

— В вашем лечении? Боюсь, что пока ничего, но мне нужно это сделать, чтобы… — тут под моими пальцами дёрнулась вена. С силой, с какой-то внутренней мощью. Словно сердце наместника было огромным заводом, который качал кровь пусть и реже, чем сердца людей, но с невероятной силой. Он буквально выбрасывал порцию жизни по всему организму вампира. Это не было медленным течением. Это было быстро, мощно, но очень редко…

— Вы замолчали, — напомнил о себе мужчина.

— Что? — очнулась я, быстро переворачивая часы и опуская его руку. — Секунду, я запишу.

Я бросилась к столу и быстро записала свои смутные ощущения. Не факт, что они мне когда-нибудь пригодятся, но при такой проблеме никогда не знаешь, какая информация может быть полезной.

— Так, о чём я? Ах, да… — я вернулась к мужчине и снова взяла его за руку, ожидая ещё одного толчка и одновременно смотря за временем. — Боюсь, что все эти знания, что я сегодня добуду, не помогут вам прямо сейчас. Но что-то обязательно пригодится, когда я буду пытаться разобраться с вашей проблемой в полном объёме.

— Я же сказал…

— А я вам говорю, что вы, наверняка, не единственный на всем белом свете вампир, у которого может возникнуть подобная проблема, — перебила его. — Если вам себя всё равно не жалко, то побудьте опытным образцом для науки и исследований. Если даже я не смогу найти решение вашей проблемы, то какой-нибудь лекарь в будущих поколениях его точно найдёт. Побудьте образцом для экспериментов. А там можете умирать со спокойной душой и совестью.

На меня та-а-а-ак посмотрели, что аж на секунду бросило в жар. Кристианер, пусть и выглядел изнемождённым, но его взгляд… прямой, до безобразия честный и упрямый, а главное — горящий, сказал мне сейчас больше слов.

— Не думал, — тихо проговорил он, — что какая-либо женщина заставит меня восхищаться ею. Вам будет сложно в браке, Светлана.

— Почему это? — так же тихо переспросила я, не в силах даже возмущаться. Я могла лишь смотреть в ответ. Такой взгляд… требует прямого ответа…

— Потому что вы слишком умны.

— Разве это плохо?

— Плохо? О нет, это вызывает уважение и искренний восторг. Но не всякий мужчина сможет пережить осознание, что женщина не менее образована и сильна, чем он сам.

Его слова меня даже немного задели. Пусть это было сказано как комплимент, но…

Я почувствовала второй толчок и тихо опустила его руку, одновременно кладя на бок часы.

— Не думайте, что вы меня знаете, господин наместник, — сухо проговорила ему, возвращаясь к столу и записывая новые данные. — То, что вы видите, — лишь небольшая грань моей жизни и моего характера. Не нужно строить выводы, основываясь на таких скудных данных.

— Как скажете, — усмехнулся он. — Что дальше, госпожа лекарь?

— Возьму у вас кровь, — пожала я плечами, отодвигая в сторону все лишние мысли и сосредотачиваясь на главном. Сейчас я — врач, а он — мой пациент. И только это имеет значение. — Кристианер, будьте душкой, разрешите взять кровь у вас дважды. Мне нужно сравнить анализ…

Я бормотала и одновременно затягивала его руку жгутом и подготавливала пробирку. Сделав небольшой разрез на коже и помогая надавливанием пальцев, я нацедила немного бордовой вампирской крови. Могу ошибаться, но кровь Ритина, помещённая в небольшой шкаф, где царило заклинание стазиса — местное медицинское оборудование, парочка таких досталась мне вместе с домом, — была… пожиже…

— Так, а зачем второй раз? — спросил вампир, и я недовольно поджала губы. Вот плохо иметь дело с умным пациентом.

— Она должна быть другой, да? — проницательно догадался он. — Изменённой, и для этого вы хотите…

Я подняла на него невинный взгляд и пару раз хлопнула ресницами. Беззаботно, по-женски…

— Нет, — отрезал он.

— Кристианер…

— Я же сказал, я не собираюсь пить вашу кровь.

— Но вы не можете умереть, пока я не нашла лечение вашей болезни! Это будет нелепая смерть.

— Видимо, я рано приписал вам разум, — сухо уведомил он, резко спуская рукав рубашки и тяжело поднимаясь.

— Послушайте, — я придержала мужчину за руку, — вы можете всё, что угодно, думать обо мне или о моих методах лечения, но у нас две проблемы. Первая — сам недуг. Вторая — ваше состояние